Кровосход. Том 1 (СИ) - Антонов

сколько и мне, почему о ней ничего не знают родители? И почему она тут, в каком-то небольшом офисе, в городе, в котором я живу всего лет десять?

— Вы ведь неприёмный сын или не знаете это точно?

— Родной на все сто. Тесты ДНК и даже лицом с отцом мы почти клоны.

— Да, странно. Меня буквально вчера завалили, чтобы я нашёл это как можно быстрее. Надеюсь, у вас в жизни всё хорошо и нам это никак не аукнется.

— Я то, как надеюсь. — Не сводя со шкатулки взгляд, ответил я.

— Так позволите ваши документы?

Я передал ему всё необходимое и переписав их на листок, поставил печать и выдал обратно вместе со шкатулкой. Она была лёгкой. Внутри ничего не тряслось. Шума бумаги тоже не было. Не деньги. Одновременно хорошо и плохо. Хорошо, что проблем не будет, плохо, ибо они были бы желательны больше.

Всю дорогу ехал молча, крепко сжимая в руках коробку. Предвкушение от полученного подарка была запредельным. Сердце билось, словно еду на свидание к девушке, с которой будет мой первый раз. А это просто шкатулка. Наверняка там просто семейная реликвия, но даже если так, всё равно круто. Ведь у большинства семей нет даже такого.

Домой я буквально бежал, не обращая внимание на болящие мышцы. Раздевшись и помыв руки, на всякий случай помыл и саму коробку. Какого же было моё удивление, когда, казалось бы, покрашенный прозрачным лаком дуб, стал полностью чёрным, как уголь, а металлические части стали бордово-красными. На крышке выступил треугольник с треугольником внутри. Как-то всё это зловеще выглядит.

Минут десять я её вертел в руках, ища место, где она открывается. Вверх был виден чётко, но замочной скважины на ней не было. И каких-либо других отверстий тоже.

— Хм-м-м… — Я провёл пальцем по треугольнику. — Как же тебя открыть?

Ответ пришёл сам собой. Как только я коснулся центра треугольника, металлические края шкатулки засветились, и крышка открылась. Отпечаток пальца? Становиться очень интересно и… Страшно?

Что такое? Почему у меня такое чувство, будто я сейчас совершаю какую-то непоправимую ошибку. На руках выступил пот. В животе чувство, будто металла поел. Голову как будто чем-то придавило. Что это? Почему я этого боюсь? Что за бред? Я медленно приподнял крышку, надеясь, что там не бомба заложена. Но внутри оказалась…

Стрела.

— А?

На красной бархаткой подставке лежала небольшая, тридцати сантиметровая арбалетная стрела, слишком тонкая, чтобы быть болтом, целиком выполненная из металла, похожего на бронзу или латунь. Я взял её так, словно она была сделанная из золота. Возможно так и есть, уж больно цвет яркий. Позолота? Скорее всего, как в Африке главы бандитов себе золотое оружие делают, позолачивая его нитридом титана. Трёхгранное оперение и такой же наконечник, с идеально круглым красным камнем внутри. Похож на рубин. Но нет, это яшма. Жаль, а то уже обрадовался своему несметному богатству.

А камень красивый. Чёрные полосы, изображающие трещины, были похожи на сосуды сердца. Он был как будто живой, такой завораживающий и… Страшный.

Аккуратно отложив стрелу в сторону, проверил сам ящик внутри. Под подставкой ничего не оказалось. Не было никаких маркировок, подписей и царапин в принципе. Но коробка да, классная, такая. Страшненькая, модная. Буду в ней деньги хранить.

Не найдя ничего интересного, вновь вернулся к стреле. Что-то в ней такое было. Не могу понять. От неё словно чем-то веет. Стоп. Я её держу, а она не нагревает. Всё такая же холодная, словно из холодильника. Хм.

— Ай! — Я провёл пальцем по одной из граней наконечника и оно оказалось чертовски острым! Настолько, что я даже не заметил, что поранился, пока кровь не пошла.

И тут у меня в груди буквально стукнул молот.

Кровь по лезвию стекла на камень, и как только коснулось его, чёрные полосы зашевелились. Буквально. Это были не полосы. Это были лапы. Паучьи лапы. Тонкие и чёрные как смоль. Они вышли из камня как корни и теперь на меня своими маленькими красными глазами смотрел паук.

Он вышел и прыгнул мне на руку. Я только и успел вскрикнуть и отбежать, но эта мелкая дрянь была шустрее. Она прыгнула мне на руку и цепляясь за кожу, протыкая её до мяса, карабкалась мне на спину. Попытки раздавить тварь ни к чему не привели, она реально была из камня и просто перепрыгнула на другую руку.

Цель у неё почему-то была спина. Она забежала мне на спину, чуть ниже шеи и сделала свой укус. И клянусь всеми богами нашего мира, эта была самая чудовищная боль испытанная человеком. Я чувствовал, словно длинные лезвия вспарывают мышцы прямо под кожей, проходя через всё тело. Меня моментально парализовало. Последнее, что я видел, была эта злосчастная стрела, после чего мои глаза перестали что-либо

Глава 2

Честно, я никогда не был особым верующим. Пусть мы семьёй и праздновали все наши христианские праздники, для меня это было не более, чем возможностью вкусно поесть и отдохнуть во внеплановом выходном. Храмы посещал чисто по просьбе родных и не более. Я никогда не чувствовал себя приближённым к богу и не ощущал его взгляда на себе.

Крестик я не ношу уже лет семь, наверное. Но сейчас… Сейчас я осознал каким глупцом и невеждой я был тогда.

Господи. Не успел я покаяться предсмертию своей. И грехам моим прощенья теперь нет.

Когда я отключился, то как-то неизвестным чувством понял, что я больше не проснусь. Вернее, не проснусь в своей квартире, в своём родном мире. Никогда больше не увижу родителей и друзей. Не позалипаю в телефоне, не посмотрю фильмы, аниме и сериалы. Не буду травиться сверхвкусной пищевой химией и прочими способами баловать себя.

Первое время я ощущал себя как парализованный. Не чувствовал ничего, ни боли, ни конечностей, ни тела как такового даже глаз с веками. Я просто не чувствовал что двигаю ими. Да и вокруг была кромешная тьма, без намёка на какой-либо фотон света. Словно я оказался вовремя, когда вселенной ещё не было.

Однако бояться того, что я проведу здесь всю оставшуюся вечность, не пришлось.

В какой-то момент времени я осознал, что двигаюсь. Вернее, меня что-то движет и чем дольше я двигался, тем сильнее становилось сопротивление на пути моего движения. Не знаю, как это описать, когда ничего ни видишь и почти не чувствуешь. Но раз движения я почувствовал, значит какое-никакое тело у меня есть.

Странно так всё. Необычно. Чувствую,