Аль! Пу-пух… - Руслан Алексеевич Михайлов

Черной Баронессы и картинно припала к грязной мостовой. — О великая…

— Пф… — фыркнула Баронесса и обошла темную фигуру кланового взломщика.

Ничуть не огорченный этим Шепот подпрыгнул, крутнул в воздухе сальто и, оказавшись за спиной ЧБ, ударил кинжалом, угодив им в воздух и… разочарованно зашипев, когда ему в горло мягко ткнулся кончик стилета Черной Баронессы.

— Однажды у меня получится! — буркнул тихушник и, аккуратно обойдя стилет, убрал свое оружие и подбросил на ладони увесистый красный бархатный кошель с золотым тиснением. — А я вот только что на улице нашел… раззява какой-то, наверное, потерял… а я нашел… в его потайном кармане с магической защитой… ха! Я крут?!

Проглотив последний кусок спелого горного лунокса, Баронесса повторила свой тяжкий вздох, и, уловив настроение кланового лидера, Шепот убрал деньги и заорал на всю улицу:

— Злоба! Что за проволочки?! Где Ветерок? Лидер уже стонет от скуки!

— Я здесь! Я тут! Я дух Вальдиры! Призрак друга! — упавшая с неба фигура выпрямилась, отбросила полы зеленого плаща и с изящным почтением поклонилась. — Я упоение небес! Я вестник всех чудес! Та-да-а-а-ам…

— Наконец-то, — улыбнулась Баронесса, делая шаг к улыбчивому темноволосому парню сто тринадцатого уровня — А это что?

Сдвигая с лица маску-череп, Озорной Ветерок ответил столь же широкой искренней улыбкой:

— Ну я же призрак Вальдиры! Новогодний праздничный дух!

— С бубенцами звонкими! — добавил подскочивший Злоба и удивленно уставился на друзей. — Чего вы так на меня пялитесь?

— Не при даме же так хохмить, Злоба, — укоризненно вздохнул Ветерок.

— А?

— Ну ты и пошля-я-як…

— В смысле?!

— Новогоднее веселье! — прорычала Баронесса. — Ну?! Когда уже?! Или я сейчас начну веселиться по-своему! Могу поднять мятеж луноксов и бросить их в атаку на Плосефонт…

— Новогоднее восстание вальдирских мандаринов? — Ветерок задумчиво прошелся пальцами по седой эспаньолке. — А звучит вполне празднично… Добавить бы к их лобовой атаке канонаду шампанского и ударить с флангов поднятыми из помойных могил отрядами селедочных скелетов… Но! У меня есть предложение получше! Глядите сюда! — в его гордо поднятой над головой руке ярко сверкнул стеклянный шар. — Удалось урвать!

Две стремительные тени рванулись в прыжке. Упавший Шепот глянул на свою пустую руку и, зашипев от ярости, покатился по уличной брусчатке. Баронесса же, изящно приземлившись в шаге от Ветерка, с задумчивым интересом глядела на свою добычу.

Стеклянный шар… так похожий на пламенную или кислотную бомбу. Но внутри не огненные всполохи, не кислотные бурления, а сплошная снежная буря, не позволяющая заглянуть глубже, хотя оттуда нет-нет и пробивались разноцветные огоньки. По стеклу бежала светящаяся золотая вязь, что порой мелко моргала и пропадала, будто неумело задуваемое свечное пламя.

— Шар зимнего мага Полаторуисса, — прошептала ЧБ. — Настоящий…

— Настоящий, — подтвердил Ветерок, не скрывая гордости.

— Как? Он делает всего сорок таких шаров в год… и все они предназначены лишь для его друзей…

— Ха! Упертость, помноженная на старание! Я с прошлого Нового Года обхаживал старого волшебника! В свободное время выполнял все его поручения, делал неожиданные визиты с подарками, таща ему корзины пряного вина и копченостей. И вот сегодня он… внес мое имя в свой золотой список. И предложил на выбор снежный шар или боевое заклинание…

— И ты выбрал шар?! — выпучившийся Злоба вцепился в плечи Ветерка и затряс его. — Ты выбрал чертов шар?! Надо было брать магию!

— И подарить ее тебе?

— Конечно!

— А праздник нам?

— Праздник в клане — это когда в нем есть могущественный чародей с кучей прокачанных заклинаний!

— Снежный праздничный шар, — в голосе произносящей эти слова Баронессы больше не было и намека на скуку. — Наш праздничный шар…

— Ивент только для четверых! — напомнил Ветерок и опять смешливо фыркнул. — Я точно в числе избранных. Как и ты, ЧБ. Это мне с тобой… к-хм… нам, счастливчикам, особый новогодний подарок. Остальных выбирай сама.

— Хм…

— Я гордый боевой маг! — выпрямившись, Пылающая Злоба надулся, расправил полы красной шубы. — И никогда не опущусь до мольбы! ЧБ! Умоляю! Возьми меня с собой! Возьми!

Его отпихнул Шепот, тревожно забормотав:

— Какой Новый Год без убийцы и вора, ЧБ? Ну ты сама подумай — так не празднуют!

— Мы вчетвером, — кивнула Баронесса. — Мы… отправляемся в праздник…

Злоба понимающе кивнул:

— Время действия телепорта ограничено.

Ветерок добавил:

— Еще сутки — и шар превратится в уникальный коллекционный сувенир. Каждый неповторим. И я знаю троих коллекционеров, кто готов заплатить бешеные деньги за любой из них. А нашему клану деньги не помешают.

— Да, — согласилась Баронесса, держа шар в ладонях и пытаясь вглядеться в его глубину. — Да…

— А среди тех коллекционеров я знаю одного «местного», что обещал мне в обмен на шар надежную информацию о какой-то вроде как даже легендарной сетовой броне на воина. Там что-то с волчьей тематикой, но это все, что он готов поведать до того, как увидит шар…

— Да… — девушка вздохнула еще глубже, и на ее лицо вернулась грусть. — Если делать выбор, то делать его мудро. Клан превыше всего. Что там за информация про сетовую легендарку? И сколько золота он готов…

— Это Новый Год! — заорал стоявший рядом Шепот и врезал по шару ладонью.

Вырвавшийся из рук ахнувшей Баронессы стеклянный шар сверкающим снарядом пронесся до безжалостно твердой мостовой и… со звоном взорвался облаком осколков.

— Шепот! — рявкнула ЧБ. — Убью!

— А чего лицо радостное? — возразил тихушник. — А чего не поймала? Ты же ловкая!

— Уникальная магия… можно было выбрать крутое заклинание, — проскулил Злоба, глядя на растекающийся у их ног подернутый золотой рябью снежный туман. — Мы даже не подготовились!

Озорной Ветерок усмехнулся:

— Шар разбит и выбор сделан…

Вскинув руки, Шепот пронзительно завопил:

— Да пожрет нас праздни-и-и-ик!

Вспышка… и четверка игроков исчезла с узкой улочки. Затих перезвон мистических колокольчиков. Тихо прошелестел над улицей чей-то вроде бы и веселый, а вроде бы и чуток зловещий смех… Недоуменно пискнувшая белка приподнялась на задних лапках и принюхалась, глядя, как медленно тает