Танец теней - Сьюзен Андерсон

В ванной комнате она несколько секунд колебалась, стоило ли ей принимать ванну, но в целях экономии времени предпочла душ. Она посмотрела на себя в зеркало с неудовольствием, отвела глаза и взяла щетку. Как было бы здорово, если бы кто-нибудь изобрел средство для моментального восстановления энергетики человека. Выпьешь таблетку — и ты свежий и бодрый. Она явно ощущала, что сегодня утром не в лучшей форме.

Расслабившись под теплыми струями душа, Аманда с наслаждением откинула голову назад, подставив лицо под потоки воды. Она рассеянно размышляла о том, как бы изменилась ее жизнь, если бы у нее была репутация отчаянной развратной женщины, а не холодной и неприступной, какой ее считают сейчас. Мысль эта вызвала у нее улыбку. Так или иначе, ей все равно перемывали бы косточки и наклеивали ярлыки. Она всегда знала, что принадлежать к танцевальному миру — это все равно что жить в маленьком городке. Каждый знает о тебе все, что только можно узнать, а если что-то неизвестно, то можно смело домыслить.

Ярлыки наклеиваются жестко и беспощадно. И если уж мнение о тебе сложилось, потребуется поистине божеское вмешательство, чтобы изменить его.

Продолжая вспоминать своих любовников, Аманда подумала, что Ларри с самого начала потянулся к ней именно из-за ее репутации неприступной гордячки. Отношения с Ларри продолжались два года и состояли из цепи непрерывных размолвок и примирений. То были два самых нелепых года в ее жизни. Их отношения с Ларри были совершенно непредсказуемы. То он был необузданно страстен, то совершенно холоден. Это выводило ее из себя. К несчастью, Аманде потребовалось почти два года, чтобы понять, что он ничего особенного из себя не представляет.

Словно бы отмахнувшись от неприятных воспоминаний, она с раздражением стала растирать кожу губкой. «Зачем травить себя воспоминаниями? — спросила она вслух сама себя. — Ты же окончательно порвала с этим парнем три года назад. И хватит об этом!»

Легко сказать! Она снова подставила плечи под струю воды. Аманда знала свой недостаток — копаться в какой-нибудь ситуации до бесконечности. Знала, но остановиться уже не могла, так как убедилась на собственном опыте, что если уж какая-то мысль застрянет у нее в голове, то избавиться от нее просто невозможно.

Теперь ей представлялось очевидным, что с самого начала Ларри стремился манипулировать ею, словной куклой, но она не сразу это заметила. Она была ослеплена его нежностью и веселостью, теми редкими прекрасными минутами, когда он просто тихо сидел рядом, говорил о пустяках и нежно и ласково целовал ее.

К несчастью, такие минуты выпадали редко, и теперь, когда все осталось в прошлом, она сильно подозревала, что все это было частью той игры, которую он вел с ней забавы ради.

Поначалу та ситуация «перетягивания каната», которая сложилась в их отношениях, тоже казалась ей забавной. Аманда, при всей своей мягкости, была не из тех женщин, которых можно держать в кулаке. Она была довольно упрямой и строптивой и совсем не собиралась позволять кому-либо обращаться с собой, как с маленькой девочкой. Вот почему игры, к которым так пристрастился Ларри, вскоре утратили для нее свою привлекательность, особенно когда возникло подозрение о беременности.

В конце концов их отношения стали по-настоящему мучительными, особенно после того, как до Аманды дошло, что Ларри любым путем стремился к власти над нею.

Выключив воду и выйдя из ванны, Аманда подумала, что хотя она и тихоня, но ей так долго пришлось прожить под одной крышей со своими родителями, которые были великими мастерами по части манипулирования ее поступками, что вновь подчиниться кому-либо она просто не в состоянии. Если Аманда что-то и поняла в жизни, так это то, что люди, стремящиеся к власти над другими — неприятные люди. Аманде и в голову не приходило, что возможны ситуации, когда можно захотеть подчиняться чужой воле добровольно.

Слегка помешкав, она принялась энергично просушивать под феном волосы. Да, конечно же, Ларри был не из тех, кто готов предоставить женщине право сказать последнее слово. Его нежелание дать ей свободу до тех пор, пока он сам не созреет для окончательного разрыва, вызвало у Аманды состояние глубокого стресса. Тогда ей казалось крайне необходимым, чтобы инициатива разрыва исходила от нее, от этого зависело уважение к самой себе. Так они и ходили по замкнутому кругу, пока не выбрались на «нейтральную территорию», на которой их самолюбию был дан отдых.

Аманда растерла душистым лосьоном руки, ноги, живот, грудь и плечи, натянула трусики и прошла в спальню. С чего начать: сначала одеться или накраситься? Еще один пунктик ее извечных сомнений. Конечно, сначала следует накраситься.

Набросив полотенце на плечи, она уселась перед туалетным столиком и приступила к макияжу. Через некоторое время она пристально посмотрела на себя в зеркало. Так, еще немного румян на скулы…

К тому времени, когда она заканчивала наносить тени на веки, ее желудок начал бунтовать. Она торопливо расчесала свои густые кудри и оделась. Уже почти полдень, а ведь она встала раньше обычного. Что поделаешь! Быть танцовщицей — значит жить по расписанию, которое отличается от распорядка дня «прочих смертных».

Грег тоже был танцором. Подумав о нем, она от злости даже топнула ногой, едва удержавшись от того, чтобы не удариться головой о стенку. Какого черта! Что за денек сегодня выдался? Сплошные воспоминания о любовных похождениях Аманды Чарльз. С чего бы это?

Дьявол! Обрывки воспоминаний, словно карусель, вертелись в ее голове и она не находила способа, как от них избавиться. Опыт совместной жизни с Ларри настолько обескуражил ее, что почти напрочь убил в ней всякий интерес к мужчинам. Действительно, после их разрыва прошло почти полтора года, прежде чем она рискнула вступить в новую связь. Она встретила Грега.

Из всех трех мужчин только воспоминания о нем вызывали в ее душе боль. Их профессиональная общность позволяла им лучше понимать друг друга. С ним было радостно и необычно. Но в конце концов она выяснила, что он все еще любит свою бывшую жену.

Аманда понимала, что ей никогда не придется испытать по-настоящему глубокой и всепоглощающей любви. В глубине души она подозревала, что такое чувство может существовать лишь на страницах романов или на киноэкране. Но все же она ощущала, что ее отношение к Грегу чем-то напоминало эту романтическую любовь. Ей все еще казалось, что сложись что-то иначе, чувство к нему непременно переросло бы в большую и настоящую любовь. Ведь только ему она могла доверить свои самые интимные секреты и сокровенные порывы души. Но что-то мешало ей полностью раскрыть ему душу. Быть может, то был здравый смысл. После его ухода она с горечью поняла, что не смогла бы постоянно быть в роли лекаря его сердца, разбитого прежней любовью и еще при этом рассчитывать на ответный порыв. Аманда была слишком горда, чтобы долго переносить ситуацию, при которой в сердце любимого мужчины она находилась на втором плане. И когда жена Грега признала свою ошибку и попросила его вернуться домой, это, конечно, уязвило Аманду, но не стало для нее неожиданностью. Наоборот, лишь укрепило ее в стремлении избегать каких-либо новых связей с мужчинами. К чему рисковать своим душевным спокойствием? Ей наплевать, что говорят о ней ее друзья. Она совершенно спокойно может обходиться без мужчины.