Сгори дотла, моя звезда! - Владимир Колычев

Маша еще раз повернула ключ, и еще, еще…

Она не заметила, как слева от автомобиля появился мужчина, но услышала, как он постучал в окошко. Строгий костюм, белая рубашка без галстука. Он стоял, пригнувшись, поэтому Маша могла разглядеть его. Круглое лицо, мягкие, сглаженные черты; взгляд открытый, на пухлых губах добродушная улыбка. Маша опустила стекло со своей стороны.

– Вы что-то хотели?

– Да, хотел предостеречь вас. Не надо загонять аккумулятор, а то, если он сдохнет, машину точно не заведешь…

– Вам-то что? Вызову техпомощь, они разберутся.

– Техпомощь?! А если они эвакуатор пригонят?

– И что?

– А если на платформу неудачно погрузят? Машина у вас красавица, новенькая, обидно будет, если краску сцарапают… Если хотите, я посмотрю, что там у вас могло случиться… Бензин есть?

– Да, есть.

– Откройте капот!

Она не давала ему согласия, но рука сама по себе нащупала рычаг под приборной доской.

Мужчина открыл капот, с видом знатока осмотрел мотор, потрогал что-то руками.

– Возможно, это предохранитель, – закрыв крышку капота, с видом знатока сказал он. – Если позволите…

Маша позволила ему занять водительское кресло, сама переместилась на переднее пассажирское. Но только он вскрыл блок предохранителей, неожиданно появилось еще одно действующее лицо. Парень в джинсовом костюме без разрешения и стремительно забрался в салон на заднее сиденье. Вне себя от возмущения, Маша резко развернулась к нему и увидела оскал электрошокера.

– Улыбнитесь, вас снимает скрытая камера! – широко улыбнулся парень.

И сразу все встало на свои места. Это же программа «Розыгрыш», в самом экстремальном своем варианте. По сценарию она должна стать жертвой разбойного нападения…

– Выйдите, пожалуйста, из машины! – решительно потребовала она.

Как и положено «звезде», Маша умела работать на публику. Пусть народ знает, какая она смелая и волевая личность.

– Только после вас! – ухмыльнулся «разбойник».

Она могла бы покинуть машину, но люди могут подумать, будто она струсила.

– Я сказала, выйдите из машины!

– Нам на следующей остановке, – сказал круглолицый.

И как ни в чем не бывало завел автомобиль. «Мерседес» быстро набрал ход и выкатил на Кутузовский проспект. Дорога была свободна от попутных машин, поэтому он смог разогнаться до сотни в час. Даже если захочешь, не выпрыгнешь.

– Вы играете с огнем! – с театральным апломбом заявила Маша.

– А что, наша «звезда» такая горячая? – ухмыльнулся парень.

Коричневые волосы, хищные глазки с темно-желтой радужной оболочкой, вялая бледная кожа, вислый веснушчатый нос.

– Когда обожжешься, узнаешь!..

– Можно прямо сейчас?

Он медленно потянул к ней свободную руку. Как бы хотела Маша эффектно схватиться за нее, взять на борцовский прием, но, увы, в силовых единоборствах ее ценность была равна нулю.

– Убери лапы! – шикнул на него круглолицый.

Маску добродушия он выбросил из окошка и сейчас играл роль агрессивного монстра, только Маша почему-то не очень его боялась.

– А ты останови машину! – в свою очередь потребовала она. И, немного подумав, добавила: – Пока я не разозлилась!

Но мужчина лишь пренебрежительно усмехнулся, бросив на нее насмешливый взгляд.

– Ну, смотрите, я давала вам шанс! – оскорбленно встрепенулась она.

Пельш, наверное, думал, что Маша Светлова будет умолять «преступников» о пощаде – телезрителям на смех. Но как же он просчитался!.. Она мысленно благодарила Женю, что он предупредил ее о возможном розыгрыше. И вместе с тем проклинала за те унижения, которые ей приходилось сейчас терпеть. А машина продолжала мчаться по Кутузовскому шоссе в сторону Кольцевой автострады…

Глава 2

Какофония света, вакханалия музыки, содом на сцене… Артем завороженно наблюдал за двумя жрицами разгульного распутства. Это было невероятно – одна стриптизерша, зависнув на стальном пилоне и отбросив назад руки, клонилась спиной к полу, другая лежала на ней, изображая страстный поцелуй в губы. Что та держалась, вцепившись ногами в шест, что другая… Артем даже протрезвел, любуясь этим шедевром стрип-дэнс искусства.

– Ну и чего ты на них пялишься? – капризно прозвучал над самым ухом девичий голосок.

И Артем понял, что не просто пришел в чувство, а вынырнул из провала в сознании. Слишком много он принял на грудь за этот вечер, потому и столкнул его зеленый змий в хмельную яму. Видно, весело ему там было, и хорошо, что сейчас на коленях у него восседала симпатичная шатенка с короткой стрижкой и длинной шеей. Она также была крепко подшофе, потому ревность ее не казалась шуточной.

– Я тоже так могу! – заявила она и неловко стянула с себя топик, обнажила соблазнительной формы бюст второго-третьего размера. – Ленка!..

На ее зов откликнулась жгучая брюнеточка с тонким станом и длинными ногами. Она соскочила с колен Макса и, так же сорвав с себя топик, бросилась в объятия пьяной подруги. Оказавшись в центре вакхальных событий, Артем не растерялся, слегка приласкал и шатенку, и брюнетку. Макс ржал как лошадь, наблюдая за этой сценой, но у него, похоже, не было сил, чтобы дотянуться до ускользнувшей подружки, облапить ее.

А девушки вошли в раж. Сначала просто чмокались друг с дружкой, а разогревшись, стали целоваться взасос. Неудивительно, что вокруг них образовалась толпа таких же одуревших от зелья зевак. И диджей вещал из своей будки что-то несуразное. Казалось, все сошли с ума. Или порядком накачались – кто спиртным, кто травяным дымом, а кто-то и «волшебным» порошком.

Артем уже собирался отогнать от себя порозовевших подружек, когда в двух-трех шагах от себя увидел здоровенного самца в леопардовой шкуре. Стриптизер, похоже, был под градусом – или от спиртного, или от восхищения собственным совершенством. Все бы ничего, но этот балбес изображал из себя биатлониста, руками и бедрами делал движения, будто отталкивался лыжными палками. Шатенка и брюнетка, увидев его, завизжали от восторга, потянули к нему руки, призывая к себе. А он и без того двигался к ним, показывая, как поступит с ними, если ему позволят присоединиться к импровизированной оргии.

– Пошел на! – гаркнул Артем, скривившись от презрения к этому жалкому ничтожеству.

К стриптизершам он вожделел, а их мужскую аналогию готов был рвать на флаги.

Музыка рыдала, забив пространство шумными децибелами, – танцор не услышал его. Он продолжал извращаться на потребу толпе. Пришлось Артему растаскивать ошалевших девушек, подниматься во весь рост.

Его метр семьдесят семь позволил сравняться с гламурным дикарем по высоте. Но по размаху плеч и мышечной массе он заметно уступал ему. Зато у него был мощный, четко поставленный и намертво заученный удар. И если он сейчас чего-то боялся, то лишь собственной бесшабашности.

Он ударил справа, без пристрелочного слева. Это была его коронка – кулаком точно в подбородок… Танцор обладал столь большой мышечной массой, что, пропустив удар, ни на пядь не подался назад. Округлив глаза, недоуменно глянул на обидчика. Свирепо взмахнув рукой, шагнул к нему, но, вдруг покачнувшись, мешком рухнул на пол.

И это было только начало. За порушенную собственность клуба вступились охранники. Одного Артем встретил прямым в челюсть, другого швырнул через бедро, а третий ударил его ногой в живот, после чего приложил носом к своей коленке…

Его схватили за руки, вытащили из зала, бросили на пол в какой-то комнате. Пока он приходил в себя, появился наряд милиции, дальше проще: браслеты наручников на запястья, зарешеченный отсек «уазика», дорога дальняя, казенный дом – камера для временно задержанных при отделе внутренних дел.

Из документов у него были только права и техпаспорт на машину, из денег – несколько мятых тысячных купюр плюс к тому банковская карточка.

Артем стоял перед оперативным дежурным, пошатываясь, с опущенной головой. Хмельные волны давно заглушили боль, и сейчас ему хотелось только одного – поскорее завалиться спать. Но капитан с выпуклыми надбровьями и острым подбородком не спешил препроводить его в камеру, неторопливо заполнял опись изъятых вещей и документов.

– Золотая молодежь, блин, – раздраженно-завистливо и вместе с тем ехидно хмыкнул он, рассматривая техпаспорт. – Нажрутся, а потом ездят на дорогих джипах…

– Не знал, что ваш «уазик» – дорогой джип, – погладив распухший нос, буркнул Артем.

– Да я не про «уазик», я про твой «БМВ»… Нажрутся, говорю, а потом ездят…

– Может, и нажрутся. Но не ездят…

– А по физиономии кому съездил?

– Стриптизеру.

– А-а, ну тогда молодец!.. Давай в камеру, проспись немного. А завтра тобой займутся…

Капитан провел Артема в камеру, закрыл за ним решетчатую дверь.

Здесь было только две кирпичных стены, остальные – сплошная решетка. И скамеек всего две – узкие, грязные. Артем сначала сел, прислонившись к стене, а потом, засыпая, завалился на бок.