Подруга по контракту (СИ) - Трифоненко Елена

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

2

Рекрутинговое агентство встретило меня небывалым гвалтом. На мгновение мне показалось, что я попала на какое-то торжественное мероприятие. В холле толклась целая армия напомаженных женщин, и лица их, как на плакатах, отражали высшую степень одухотворенности. И, конечно, надежды.

Я невольно попятилась обратно к выходу, решив, что напутала с адресом, но потом интуиция побудила меня остаться. А может, это была не интуиция, а банальное любопытство. Впрочем, неважно.

Я еще раз обвела взглядом толпу у ресепшн. Хм… Сегодня, наверное, проводят сразу несколько собеседований, и одно из них на должность топ-менеджера Газпрома.

Мои губы тронула сочувственная улыбка (ох уж эти амбиции!), но тут до ушей донесся разговор ближайших ко мне дамочек.

— У меня три языка, высшая категория и десять лет стажа в кадетском училище, — с гордостью произнесла одна.

А другая почти рассмеялась ей в лицо:

— Так вы только с мальчиками работали, а я пятнадцать лет тренирую девочек. Бальные танцы, зумба, йога, кулинарные мастер-классы…

Я даже заморгала от неожиданности. Что тут происходит-то? Ни за что не поверю, что все эти женщины, разряженные в кипенно-белые блузки и юбки-карандаши, мечтают о том, чтобы менять кому-то слюнявчик и вытирать сопли. Сколько тут адептов делового дресс-кода? Штук двадцать? Тридцать? Впрочем, раскудахтались как целая сотня.

Переложив свежеприобретенные шарики из одной руки в другую, я решительно шагнула к стойке администратора.

— Здравствуйте! А где проводится собеседование на должность няни для девочки?

— Здесь, — ответила зеленоглазая шатенка, чиркнув по мне отсутствующим взглядом. — Ожидайте. Вас вызовут.

Серьезно?

С легким недоумением я отошла к стене и задумалась. Так что, все эти дамы и правда мои конкурентки? Неожиданно! Взгляд мой невольно опустился на подол любимого сарафана, выбранного в утренней спешке. Мой наряд никак не вязался с местной публикой. Нежно-розовый, в цветочек, он казался зефиркой, брошенной в домино. Зато просто идеально подходил к коралловому лаку на ногах, который я не преминула нанести перед выходом из дома. Сейчас, в свете офисных ламп, лак этот почти сиял и приковывал все без исключения взоры.

Задумчиво пошевелив пальчиками на ногах, я достала из вязаной сумки зеркальце, проверила макияж. И с тушью, и с губной помадой все было в порядке, но смутная тревога уже бросилась в атаку на мой боевой настрой. Может, мне тоже стоило одеться серьезней? Черный низ, белый верх, туфли, созданные для того, чтобы убивать вкус к жизни…

Ох, какое занудство! Даже от мысли о таком наряде тоскливо.

Чуть усмехнувшись, я взбила пальцами распущенные светлые волосы и неожиданно порадовалась, что только на днях закрасила отросшие темные корни. Ну хоть в чем-то я выгляжу как среднестатистическая кандидатка! Правда, мой скучный блонд оживляет розовая прядь, но это ведь ничего? Я быстро заправила ее за ухо и заметно приободрилась.

Интересно, что же там за наниматель такой, если все вокруг вырядились, как на инаугурацию?

Выдвинуть хоть одну серьезную догадку, впрочем, не удалось — интуиция завопила, что надо срочно избавиться от неуместных шариков. Я снова вернулась к ресепшн и спросила у администратора, можно ли оставить свою пеструю связку у нее. Девушка аж позеленела:

— Нет! Нельзя! Не смейте!

Вид у нее был такой, будто я предложила ей покараулить гремучую змею. Или бомбу. Мне пришлось напрячься, чтобы не прыснуть от смеха. Нет, ну скажите на милость, что ей могут сделать мои шарики? Унести к потолку?

Немного подумав, я решила привязать злосчастную связку к одному из стоящих поблизости стульев. И все бы хорошо, но женщина, сидящая на нем, вдруг стала голосить, как совершенный неадекват. Я, конечно, не растерялась и попыталась ее успокоить. Вразумить. Пустила в ход все свои ораторские способности, и в этот момент высокий женский голос грохнул на весь зал:

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Васина! Лидия Васина!

— Что? — чуть не подпрыгнула я.

— Проходите! — пригласила элегантная брюнетка, появившаяся на пороге одного из кабинетов. — Вас ждут.

— Э… Сейчас! — я предприняла очередную попытку намотать хвостик шарикового облака на спинку стула.

Его обладательница дернулась и зашипела как кошка.

— Да что же вы нервная такая, тетя? — не выдержала я. — Они же не кусаются.

— Васина! — с нажимом повторила брюнетка. — Не тяните резину. Пройдемте!

Лицо ее так напряглось, словно каждая бесцельно потраченная секунда грозила нам всем апокалипсисом. Я невольно чертыхнулась и скорчила гримасу женщине на стуле (фу такой быть!), а уже через секунду ноги сами поднесли меня к брюнетке.

Девушка чуть отступила, давая мне зайти в кабинет первой. Это было весьма любезно. Я благодарно кивнула и притянула шарики к себе, дабы протиснуться в дверной проем максимально грациозно. Получилось, впрочем, так себе. Я немного оступилась и пихнула свою провожатую. Та ойкнула, качнулась и замахала руками, чтобы удержать равновесие.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Как же я ненавижу все эти неловкие моменты!

Чтобы хоть как-то компенсировать неуклюжесть, я растянула рот в максимально приветливой улыбке:

— Добрый день, дамы и господа. Я — Лидия Васина.

Впрочем, дам передо мной не наблюдалось. За огромным п-образным столом не было никого, кроме двоих мужчин, взиравших на меня с почти эталонным изумлением.

3

Неприятная пауза все длилась и длилась. Я переводила взгляд с одного рекрутера на другого и от нечего делать прикидывала, в кого бы из них двоих я охотней влюбилась.

Оба были чертовски привлекательны и чем-то походили друг на друга. Но тот, что сидел слева, выглядел моложе и веселей. Его серые глаза почти лучились, а на губах играла улыбка. Тот, что расположился справа, выглядел этаким мятежником: двухдневная щетина, уставший взгляд и упрямо поджатые губы.

Мужчины пребывали в оцепенении и не мешали моему кастингу, потому уже секунд через пять я смогла выбрать фаворита — им стал тот, что выглядел постарше и помрачней. Его зеленые глаза, казалось, смотрели мне прямо в душу. И даже нахмуренные брови их не портили.

Именно зеленоглазый прервал затянувшуюся паузу. Правда, обратился не ко мне. Мой «избранник» повернулся к коллеге и еле слышно спросил:

— А это чудо что здесь забыло?

В его тоне отчетливо клокотало обидное раздражение.

— Не знаю, — пожал плечами второй мужчина, оглядывая меня с всевозрастающим интересом. — Но кандидатура любопытная.

Не дождавшись приглашения, я присела за стол и постаралась расслабиться. Ничего, что первое впечатление не очень. Сейчас мы все исправим.

— Вы хотите, чтобы я рассказала о себе? — с улыбкой подсказала я мужчинам. — Или у вас есть какие-то вопросы?

Мой фаворит с недобрым выражением наклонил голову набок:

— Мне, в принципе, и так все ясно. Мы вам позвоним, если в нашей жизни будет отчаянно не хватать розового. А сейчас вы можете быть свободны.

Я сначала даже ушам своим не поверила. А потом одним махом вычеркнула зеленоглазого из списка привлекательных мужчин. Грубиянам там не место! Прищурившись, я чуть подалась вперед:

— Одну минуту! Вы хотите сказать, что подвергаете кандидатов дискриминации по их цветовым предпочтениям? А ответственности не боитесь? Может, у меня в сумочке диктофон?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Мужчина чуть вздрогнул, раздражение в его взгляде выросло и окрепло.

— Что, простите? — насмешливо переспросил он. — Где вы увидели дискриминацию? Просто у нас есть более релевантный кандидат. Без шариков.

— А вот сейчас обидно было. Пара десятков резиновых изделий не делают человека хуже.