Штабс-капитан Круглов - Глеб Исаев

– Погоди.- Сергей поднял палец, призывая к вниманию.- Ну хорошо… Эти, д-демократы, понятно. А что Брежнев, значит ни при делах?

– Брежнев? – Макс пожал плечами.- А что Брежнев. Он не из космоса к нам прилетел. Нормальный мужик. В меру пьющий, относительно честный, и что характерно, искренне желавший, пока были силы, сделать как лучше. Но учти. План Даллеса включал в себя не только идеологический развал…

Не секрет, что Штаты вынырнули из войны в куда более выгодном положении. Аксиома… Даже говорить лень.. Им не нужно было страну восстанавливать, и десятки миллионов не у них выбило… А самое главное доллар. Приватизировав печатный станок они получили возможность тратить деньги без оглядки. И воспользовались этим своим преимуществом.

Гонка вооружений. Слово набившее оскомину. Но ведь никуда от этого не деться. Не сами мы в нее влезли. Лучше было позволить им получить военное превосходство и дождаться такой ситуации, когда они смогли бы нанести решающий удар? Выбора у Ильича не было. Ошибкой, а может просто объективной реальность, стал тот факт, что разорваться на два фронта он не сумел. Обеспечить ракетно-ядерный паритет могла лишь самодостаточная энергетика и военно-политические союзы. А вот внутренние проблемы решить не смогли. Да впрочем, до порыв и не пытались. Вначале было не до того, а ближе к второй половине семидесятых Брежнев заболел. Опять отложили, на потом, до нового генсека… – Макс поежился.- Лето вроде, а знобит. Пойдем к столу. – Предложил он.

Вернулись в палату, выпили.

– Ну и что ж это за проблемы такие… – Сергей подвинул свой фужер.- Колхозы, или там продукты?

Макс помедлил, потом усмехнулся и махнул рукой.- А пусть слушают, у нас сейчас эта, гласность… Он повернулся к розетке. – Хрен ли нового услышите. Владимиров щелкнул пальцами.- Ходил в середине восьмидесятых по рукам один интересный документ. ДСП, но нам на курсах его свободно разрешали конспектировать. Бестужев-Лада его составлял. Социолог от бога, и надо сказать, в чем-то провидец. Так вот. Главной проблемой он назвал теневую экономику.

– Могу соврать, давненько читал… – Максим замолчал припоминая… – Ага вот. Цитирую: Огромные деньги не остаются просто в кубышках или на сберкнижках. Они пускаются в действие. Один за другим формируются "черные рынки": квартирный, автомобильный, репетиторский, книжный, обувной, цветочный. И всюду, сообразно законам функционирования "черного рынка", создаются иерархии "боссов" со своим аппаратом, канцелярией, телохранителями, неизбежно возникают враждующие друг с другом кланы "мафии", предпринимаются настойчивые попытки коррупции контролирующих органов и т.д.

Он выдохнул, и вновь напонил фужеры. – Заметь, Сергей, это еще в восемьдесят пятом написал, поднял палец Макс. И продолжил цитату:

На наш взгляд, в сложившейся обстановке нет более грозной внутренней социальной опасности для социалистического строя, чем эта "черная" растущая сила, для которой ещё не придумано даже достаточно адекватного обозначения, потому что это, конечно же, не буржуазия, не мафия западного типа, не нувориши времен НЭПа. Это -- существенно новое социальное явление, развитие которого мы порядком проглядели и запустили".

Не уверен, что дословно…- Оговорился Максим, окончив цитировать, но смысл верно передал.

Он щелкнул пальцами, ловя нить рассуждений и продолжил: Так, что вроде бы и говорили умные люди, предупреждали. Но то одно, то другое, а потом Афганистан… Вот и дооткладывались…. Они как думали: Ладно, мол, пусть, потом одним махом всех и прихлопнем. В политику мол все равно не пролезут… А пугнуть изредка жулики и присмиреют. Так и было, до поры… Вот и дождались. Перестройка, перестройка. Тут эти гниды во власть и полезли. Чиновники поняли, можно брать. А с их капиталами купить этих куда проще.

Сергей покачал пальцем. – Во-от. Пе-ре-стройка. – Произнес он по слогам. Это все он затеял. Сами его выбрали, там наверху. А он под корень систему… Выходит, проглядели Михайлу то Сегеича?

Максим потер лицо, и слегка удивленно глянул на остатки коньяка. – Или меня от шока так развезло? Он перевел взгляд на сидящего напротив капитана. Выглядел тот ничем не лучше его самого.

– Может в напитке дело?- Попытался осмыслить причину столь быстрого опьянения Владимиров, но рассуждать было лень. Он махнул расслабленной ладонью. – А и ладно. Даже если все это происки хитромудрого Медведя, страха нет… Как сказал этот паренек? Сам хотел…, да все не решался.

Так о чем мы? – Вернулся он к теме застольной беседы, ах, да, перестройка… Нет, Сережа, насколько я знаю, никаких таких глобальных планов и замыслов у папы в первые годы его правления не было. Он просто считал себя очень крепким, да какой там, великим экономистом…

– Как там у Шварца? Жаль королевство маловато? Это я про край… А тут все карты в руки… Гуляй не хочу. Вот он и размахнулся. С первых дней он начал твердить, что уже в ближайшие два года выведет экономику на передовые рубежи. Говорил, говорил…, и говорил. И соратников себе подобрал таких-же гоаорливых. Рыжкова с Лигачевым… Парочка. Баран, да Ярочка…. Те тоже знали, что и как… Вот втроем на олимпе устроились, и… принялись кроить.

Макс поднял свой бокал, выпил и отставил в сторону. Сергей последовал его примеру.

– Вот ты сам сказал про борьбу с пьянством. – Припомнил Макс брошенную Алексеевым фразу. Вот с нее и начали.

Этим вопросом орготдел ЦК занимался. Лигачев дожал… И что удивительно… , едва только эта подготовка началась, как в ЦК письма с мест лавиной. Не сто, не тысяча… Десятки тысяч. И от граждан, и протоколы собраний разных там коллективов и даже книги амбарные с подписями. Все это за введение сухого закона.

– Все вроде правильно. Стихийная воля народа…, но было какое-то ощущение… Режиссуры. – Макс втянул носом воздух.

– Слушай, чего это я так напился?- Невольно спародировал он Никулинскую фразу, но отвлекся и вернулся к прерванной фразе.- Кого? Не ведаю. Но как говорится, главное правило римского права: …ищи кому выгодно… А кому оказалась выгодна эта компания?

Владимиров склонился к сидящему напротив Сергею. И произнес громким шепотом: Правильно. Теневым дельцам. Из этого закона кто-то миллионные капиталы сколотил. Целые индустрии подпольные появились, алкогольные… Тебе это ничего не напоминает? – Поинтересовался Макс у осоловелого собутыльника.

– Нет? А я скажу. – Сухой закон. Тридцатые в США . И стал он у них рождением мафии. – Макс прищурился. – А теперь вспомни про план Даллеса, Чьи уши торчат? Они свой опыт нам бесплатно… Конечно, не все так примитивно…- Оговорился советник. – Теория заговора, пПроиски врагов и все такое, но без Лэнгли тут не обошлось, это уж точно. В крайнем случае, они нашу глупость, или не глупость… а умысел чей-то сумели правильно оценить и использовать в своих интересах. А результат. Авторитет самого борца с пьянством и партии, от имени которой он все это делал, упал ниже плинтуса, народ озлобился, миллионы рублей из бюджета в черную экономику ушли.-Я уже не говорю про Госагропром и министерства…, которые он с помощью Рыжика в Бюро Сомина по машиностроению превратили.

Сергей, который похоже выпал из реальности, и слышал только отдельные слова, поднял голову. – И… что.- Вовсе пьяным голосом спросил он, и икнул.

– А ничего… Лопнул пузырь. Старое сломали, а новое не заработало.

– Да? – Алексеев опрокинул свою порцию коньяка и облокотился на руку.- К-какая жалость…

Но Макс, уже не интересуясь, слушают его или нет продолжал говорить о наболевшем: Эта компания не преступлением была, нет… хуже ошибкой. А когда мы в этом болоте завязли янки цены на нефть и обвалили. С тридцати до тринадцати… за баррель. А?

– Да ты что?- Попытался вникнуть в сказанное собутыльником капитан. – Ты правильно говоришь… У меня приятель в МВД служит.- Решил вставить свои пять копеек в разговор захмелевший Сергей, он мне сказал… Еще при Черненко на него…, ну на Самого где надо во-от такое дело собрали. Все что он там, в Краснодаре наворотил. Своего часа ждет…

Тут капитан потряс головой и попытался прийти в себя.- Что то я совсем ослабел.- Пожаловался он. -Ты извини… Пойду я прилягу. Поднялся и нетвердыми шагами двинулся к себе.

Не успела закрыться за ним дверь, как в палату заглянула врач. – Это что такое. – Вздернула брови интерн. – Вам же лекарство инъекцию сделали, Максим Андреевич. Вам спиртное категорически нельзя. Она схватила со стола пустую бутылку. – Ох попадет мне… Ложитесь немедленно, товарищ Владимиров… Она попыталась приподнять слабо соображающего пациента со стула.

Максим осоловело глянул на миловидное лицо и попытался обнять медичку, промахнулся и мягко завалился на кровать.

– Ох, попадет, если узнают… – Торопливо убрав остатки суровой мужской пьянки, врач распахнула форточку, удовлетворенно прислушалась к мерному дыханию спящего и вышла из палаты в коридор.