Восьмой зверь - Владимир Ильин

— Условия поступления и процент смертности. — Бертран поспешил сменить скользкую тему. — А вы знаете, что в этом году поступает первый наследник рода Змеи?

— Сам Роберт? — Гретта взглядом прервала мужа, пожелавшего было вернуться к обсуждению обучения. — Вы хотите сказать, что он будет учиться вместе с моим Филиппом? — Калейдоскоп перспектив так и закружился в глазах практичной дамы. Это же верный путь в высший свет через дружбу детей!

— Вообще-то на первый год зачисляют десять групп, так что — увы, — развел руками Бертран. — Ничего нельзя сказать точно.

Между тем, группа зашла в одну из аудиторий, ныне пустующую. Длинные ряды парт и стульев амфитеатром возвышались над местом лектора.

— Но архимаг обещал поспособствовать… — Намекнула Гретта, улыбаясь функционалу.

— Если его милость будет лично формировать группы, не избежать скандала. — Бертран подошел к окну, оставив семейство посереди зала. — Сами понимаете, с подобной фигурой захотят учиться многие. Любое решение его милости по этому поводу неизбежно породит обиженных.

— Может, как-то можно договориться? — Подзуживаемый яростным взглядом второй половинки, вперед выступил Георг. Ему, как чиновнику, не в первый раз вести подобные переговоры. — Например, щедрое дарение в фонд преподавателей? Или преподавателя?

Бертран отвернулся от окна и заинтересованно посмотрел на Георга. Незаметным, но вполне понятным жестом он пригласил главу семейства подняться и присесть за крайнюю верхнюю парту. Двинувшуюся было за ними Гретту остановил очередной жест.

Двое мужчин двадцать минут о чем-то переговаривались, порою срываясь на яростный шепот, а иногда и вовсе замолкая на пару минут. Гретта с надеждой ждала результата, баюкая на коленях заснувшего сына — дорога изрядно измотала всех. Наконец, мужчины завершили торг и с разными выражениями лица спустились вниз. И если Бертран чуть ли не сиял от удовлетворения, то ее муж, увы, еле сдерживал кислую мину, пряча чековую книжку во внутренний карман сюртука.

— Все будет в лучшем виде, я вас уверяю! — Функционал довольно кивнул. — Изволите поехать в гостиницу? — Господин указал на сонного паренька, разбуженного переменой в обстановке.

— Пожалуй, да, — кисло отозвался Георг. — Нам должны были заказать номера.

— Истинно так, карета уже дожидается вас у входа. Позвольте, я вас провожу.

Обратное шествие было менее торжественным. Гретта озабоченно посматривала на мужа, но все же поостереглась открыто спрашивать о сумме.

Перед входом действительно поджидал знакомый паромобиль.

Дождавшись, когда здание академии скрылось из вида, жена все же не сдержалась.

— Сколько? — И было в этом вопросе столько эмоций, что муж даже как-то съежился от предчувствия.

Вместо ответа, Георг достал чековую книжку и продемонстрировал копию чека, отпечатанную через кальку на специальной подложке.

— Ты с ума сошел!

— Проживешь пару лет без новых тряпок. — Угрюмо огрызнулся мужчина.

— Да тут не только новые тряпки! Это же почти все наличные средства! — Жена беспокойно пыталась составить список, от чего ей придется отказаться. Балы, званые приемы, посиделки с подругами. Да от всего, что составляло светскую жизнь! Останется лишь на скромное, хоть и сытое, но такое скучное существование. — Ах! — Дама попыталась упасть в обморок, но из-за очередной кочки на дороге чуть не прикусила язык.

— А если бы он отказал, ты бы меня со свету сжила. — Недовольно отозвался Георг.

Что правда, то правда — молча констатировала Гретта.

— Будем считать вложением в наше будущее. — Примиряюще закрыла тему жена. Ох, только бы они подружились! — А сегодня мы будем праздновать!

— Заедем в ресторан? — Оживился мужчина.

— С ребенком? Закажем в номер. — Игриво улыбнулась Гретта, поправляя прядь волос. — Как в те времена, когда ты ухаживал за мной.

Между тем карета остановилась перед роскошным зданием отеля. Учтивые слуги чуть ли не на руках довели семейство до пятикомнатного номера. Неслышными тенями обслуга за пару минут сервировала богатый стол с напитками и так же незаметно пропала. Впереди у супружеской пары была длинная приятная ночь, полная тихих стонов и длинных разговоров о будущем в перерывах.

А вот утро не было столь благостным. Все началось с того, что пара не обнаружила завтрак в гостиной.

Казалось бы, мелочь, но вот метрдотель взволновал новостью, что номер был оплачен всего на ночь и попросил либо оплатить проживание, либо покинуть номер до вечера. Никакие ссылки на архимага не произвели на персонал ни малейшего влияния. Какое-то недопустимое головотяпство! Более того, так и не прибыли их вещи!

Скрежеща зубами, Георг выписал чек, а семья временно переселилась в номер попроще. Глава семьи, ушедший разбираться в возникшей накладке, вернулся через три часа далеко не в лучшем настроении.

— Дорогая, нас ограбили. — Мрачное выражение лица не оставляло ни надежды на сомнения.

Глава 1

— Пришло время прощаться. — Передо мной присел Роуд и взлохматил мне прическу. — Засветился при снятии средств, надо бежать. Прости малыш, взять тебя с собой не могу. — На глазах впервые со смерти родителей появились слезы. Это было действительно больно — потерять очередной островок надежды и уверенности.

Роуд посидел еще некоторое время, пытаясь заглянуть мне в глаза, но я молча отводил взгляд.

— Там два сундука вещей под твой размер. Я не стал их продавать, потом посмотришь. — Еще одна его фраза падает в бездонную тишину комнаты. — Знаешь, что с ними надо делать? Не попадешься?

— Выкинуть все примечательные вещи, носить только магазинные, спороть именные нашивки и кружева, — хмуро отозвался я.

— Верно, — еще одна неловкая пауза. — Не унывай. Я правда не могу взять тебя.

— Верю.

— Когда-нибудь мы обязательно встретимся. — Все таки ловит мой взгляд и улыбается. Я не удерживаюсь и улыбаюсь вслед за ним. Силе его обаяния никто не может противостоять, вот и я не удержался. — Деньги в условленном месте. Помнишь, как надо их тратить?

— Крупные менять заранее, платить только мелкими монетами, держать при себе два кошелька на случай грабежа. Большие суммы с собой не таскать. Золото не светить, — заученно отвечаю прописные истины существования в пригороде.

— Ты справишься, большой уже, — подбадривает. — Прощай.

Через полминуты хлопает входная дверь, а я остаюсь совсем один, вновь.

Роуд уходит так же внезапно, как и пришел в мою жизнь. Когда это было? Да, почти четыре года назад.

Я тогда «работал» на городском вокзале, устроенный туда милостью очень важного человека. Был бы он пекарем, месил бы я тесто, да торговал хлебом. Ежели торговцем — стоял бы я за лавкой, да зазывал народ у входа. Но один из ночных хозяев города понял мою просьбу по-своему, и озаботился пристроить на прибыльное место — обворовывать пассажиров транзитных поездов.

Очередной поезд, суматоха и океан дыма на платформе, всюду снующие грузчики и вышедшие размять ноги пассажиры. Стоянка поезда длится полчаса, но даже за это время случится может многое. В тот раз я деловито уцепился за объемный баул, оставленный под зорким приглядом соседей одним из вышедших пассажиров. Пригляд был настолько ответственным, что даже не спросил у юноши в форме станционного грузчика, куда это он поволочил массивную поклажу.

Уверенность в действиях, хороший внешний вид и напор — три кита, на которых держалась моя стратегия. Любой посторонний видел во мне не воришку, а человека, занятого своим делом. Так что я особо не волновался, ровно до того мига, как мое плечо не сдавила мертвая хватка рослого мужика в военном мундире.

— Гаденыш, это ты куда пополз с моими вещами? — Другая рука обворованного пассажира взметнулась было дать мне оплеуху, но была схвачена другим мужиком — куда более представительно выглядевшим. — И ты с ним заодно? — рявкнул первый, резким движением освободил свою пятерню и отступил на шаг.

— Простите, сударь, но тут какая-то ошибка, — отступил второй на шаг назад и миролюбиво выставил руки вперед. — Это нанятый мною юный господин, я велел ему забрать мой багаж, но, видимо, он спутал вагон.

— Сейчас позову стражу и пусть разбирается. — Мужик вроде чуть успокоился, но продолжал буравить нас злющими глазами. Видимо, не в первый раз теряет вещи.

— Я вас уверяю, давайте пройдём в мой вагон — у меня точно такой же багаж. Парень просто спутал.

Я сделал виноватый вид и ангельским взором посмотрел на мужика.

— Простите, господин! Я действительно обознался! — Покаянно смотрю себе под ноги.

Тень сомнения посетила лик мужика и он все таки решился посмотреть на поклажу моего спасителя. Удивительно, но багаж оказался в точности таким же. Еще пара минут взаимных извинений, серебристый кругляш, перекочевавший из рук в руки, и проблема была решена к обоюдному удовлетворению сторон.