Сонеты - Валерий Куринский

восторга всех. И так легко заметить:

Земля – провинциальная планета,

которой не дано столицей стать,

куда съезжалось бы из всех галактик

бесчисленное множество галантных

существ, признавших, что она – Звезда….

Киев 10.07.99 09.38

x x x

Усталые вокруг, и впереди, и сзади,

но свежесть сил пусть бог лишь честным даст -

тогда бы чудо началось сейчас

и мы смогли бы с данностями сладить,

и давностей прекрасных привкус был бы сладок

для тех, кто книжки, словно в первый раз,

открыл бы, чтоб не отрывая глаз,

смотреть в источник будущего лада.

Вдали, но здесь, еще в "сегодня",

огромном и живом, вдруг был бы поднят

тот занавес в театре наших дел,

который видеть нам не позволяет

пути туда, где наша воля злая

пустой не потакала бы вражде…

Киев 11.07.99 10.11

x x x

Когда-то я в подарок получил

сознания извечную загадку,

чей смысл мне тут же изложили кратко

впервые в жизнь попавшие лучи.

И свет с тех пор- известие, где чист

и нов всегда не знающий упадка

фотоновый поток намеков сладких,

но обещаний чуть мутны ручьи…

Ответа до сих пор, увы, не знаю,

хотя, бывало, и казалось в маях,

что он уже звучать совсем готов,

уже свое мне кажет очертанье

и очень скоро воплощенным станет

на горе дленью дел моих и слов.

Киев 12.07.99 08.45

x x x

Не много ли мне одному досталось -

и то, и это, и еще – миры,

еще – скульптуры светлые из мглы

и труд, который победил усталость,

и все, что славно так нарисовалось,

не заразившись пошлостью игры,

что – радости, которые стары,

а знать не знают, что такое старость?

Прекрасен сон, продлившийся, не снясь,

с веками снова вышедший на связь

и с явью перемешанный так ловко

и так неразличимо для меня,

что вечерею посредине дня,

а ночью день беру на изготовку…

Киев 13.07.99 08.13

x x x

Пройти, не рвя лесную паутинку,

струну, блистающую поперек пути

забредшего в чужой поток, но вдруг узнавшего родное в диком…

Прекрасное – безбрежно многолико

быть может, для того, чтоб ты урок

мог извлекать, где только что извлек,

где в нас безмолвий многотомных вскрики

рождаются из тишины опять,

и хочется антично воспевать

внимательному явленное взгляду,

идти, цепляя повести ветвей

и становиться чуточку живей

благодаря тому, что небо – снова рядом.

Киев 14.07.99 08.42

x x x

Блестящее господствует. Июльский

чешуйчатый везде рассыпан свет

и сладостью созревшей манит ветвь

рябины, с чьею накануне пуска

расположившейся зарею, в узком

проходе в будущее милый зверь

ноздрями повстречается – он ведь одной породы с нею, он из музык,

которые мечтается сыграть,

он – вымурлыкивающий нам: "Пора!"

и в то же время вьющий: "Слишком рано!",

виляющий прохожему хвостом,

скульптурен по-оленьи, но тайком

всецело – человек, века и страны…

Киев 15.07.99 12.15

x x x

Спасется парусная ночь. К утру, как водится, корабль ее прибудет

и спустятся по трапу люди,

и руки радостно потрут.

Испуганной монашенкой в миру

окажется, когда светлее будет,

и обязательно прибудут судьи,

чтоб осужденья продолжать игру.

Но ей-то что? – свиданье просияло

и струны в черном ахают рояле,

устроившимся под окном,

повисшим в воздухе, который Гершвин

под утро в стиле блюз, несдержан,

играл, настаивая на своем.

Киев 16.07.99 09.15

x x x

…И Троя снова нам откроет тайны,

и сон грядущий вновь соорудит

какой-нибудь заезжий эрудит,

исчезнувшее сделав чрезвычайным.

Мы будущее строим из преданий,

из лоскутков оставшегося сшит

его манящий новым флаг,

на вид для нас такой и впрямь необычайный.

Чутье ведет нас – за былым вослед

идет рабочий, зодчий и поэт,

спешит весь мир, желающий иного,

очередных коснувшись совершенств,

досочиняя бесконечный жест,

бытийною предписанный основой.

Киев 17.07.99 08.43

x x x

…Как ни растягивай – допьется кофе,

и как ни медли – быстро все пройдет.

Нам объясняет нас то век, то год,

и вряд ли кто-то объяснит толковей.

И время тоже – разновидность крови,

оно в набухших жилах вдаль течет,

а мы ведем по капиллярам счет,

и, жидким им, навек наш ум закован

похлеще, нежели железа твердь

способна заковать. Вот и ответь,

попробуй, честно на вопрос вопросов,

не сомневаясь где-то в глубине:

зачем там много нам, тебе и мне, -

и жизнь, и смерть, и все, что так не просто?

Киев 18.07.99 08.18

x x x

Пойду-ка по аллее зимней тихо,

и, глядя на таинственную ель,

все буду, разговаривая с ней,

желать людей, не заменимых книгой

любого бытия… Я даже мига

припомнить не могу, когда б милей

мне было бы отсутствие друзей,

чем даже их докучливости иго.

Всегда тоска по глубине бесед,

по продолжению того, в чем нет

подвоха ловкого, угрозы скрытой,

желания воспользоваться сном,

который навсегда лишь об одном -

стремлении не быть метеоритом…

07.02.00 14:33

x x x

Мой лучший день еще когда-то будет.

Он ждет за деревом, растущим вдаль

и шелестящим в ночи иногда,

жизнь обнадеживая первопутно.

Диктует некто мне диктант и будит,

прекрасное пообещав

и дав мелодию для вариаций,

встарь бессмысленной считавшуюся, судьям

от музыки мешавшую и всем так докучавшую…

Во всей красе она должна предстать, преображаясь

на все лады, то замереть веля,

то становясь, как целая Земля,

но как ребенок пробуждая жалость.

04.02.00 0:50

x x x

Вселенных тьма. И все решают кварки.

Но все они зависимы от глаз,

на них смотрящих, значит, и от нас,

и все обязано тому, что ярко

во всех вселенных светит взгляд; что сталкер

дознанья тонкого проходит в первый раз

в когда-то не доступном месте, лаз

проделывая, чтобы нам подарки

невиданные в мысли передать… И

так творилось новое всегда,

так есть и будет вечно в миллиардах миров,

где мы, того не зная, суть

в нюансах множим… Вот и я несу -

как все! – изобретенное азартно…

06.02.00 9:33

x x x

Устраняются файлы без всяких трагедий,

уходит под лед устаревший шумок

и кто-то погиб, и ты вновь одинок,

но все же по-прежнему яростно светел

день, затемненный оценочной ветвью,

втоптанный в грязь миллиардами ног,

взорванный кем-то, кто с Богом не смог

существовать миротворно на свете.

Вечно

увечным

здесь должен быть кто-то,

вечны обиды и вечна забота,

нечто ужасное… да, навсегда,

но бесконечны и чудные дали -

те, что нас ждут и те, что настали,

в душах оставив для нас города.

02.02.00

x x x

Такое зрение сегодня развивалось,

когда родное виделось вдали,

припомнившись внезапно, из земли

ростком явившись. И нужна ведь малость -

всего лишь, чтобы грудь твоя вздымалась,

чтоб, ум, волнуясь, был нетороплив,

спеша припомнить радости разлив,

священного безумия нормальность…

Поменьше холода друг к другу – нам,

побольше воздвигающего храм

посреди улицы, на стогнах, в душах,

и громких торжествующих скворцов,

потоньше мыслей, поточнее слов -

и сможем лучше мы смотреть и слушать…

01.02.00 0:09

x x x

Весна предзнаменуется во всем

и начинается неотвратимо

сначала в нас, по горло вмерзших в зиму,

а после в ней, наполненной огнем,

пока подспудным. Мы уже поем,

но звук еще не слышен. И незримо

так ясно видимое нам. И дыму,

дни опьяняющему, рады, об одном

мы думаем торжественно: о солнце

над всем, что здесь от холода спасется

в тепле апрельском и в тепле души.

Напрасно что-то все испортить тщится

отчаяньем окрашивая лица

и мысль пытаясь… глупости лишить.

03.02.00 10:54

x x x

Бог земледелия, Сатурн, был дядей мрачным,

быть может, оттого, что вспоминал, как мир был счастлив,

как он времена не торопил и славил, как утрачен

был вдруг… И память пятилась по-рачьи,

прошедшим наполняясь, и, полна

прекрасного, глядела из окна

на мерзости, что новый мир, не пряча,

для обозренья нагло выставлял.

Но знал Сатурн, что расцветет Земля,

затем плоды обрадуют живое,

и он как бог исполнит честно долг,

а мыслью трезвой подведет итог:

мир не улучшишь, урожай удвоив…

30.01.00 10:12

x x x

Все те же клавиши, а сладкозвучье

из области неслыханного нам необходимо брать…

Не зная дна в колодце граней новых черпать!

Учит сама природа нашей жизни лучик сиять,

чтоб здесь, в одном и том же, создана была

корпускула (и с ней волна),

что вовсе и не хуже, и не лучше,