Сонеты - Валерий Куринский

Играет гаммы бог на флейте утра.

Простор старательными снами убран -

не осознать сознанье Естества

и не осмыслить вечные законы

до самого конца… Листок зеленый

читает нас, мой друг. И мысль – жива.

Киев 09.19

x x x

Хочу в ямбические травы

упасть, как будто в глубину,

чтоб времени в глаза взглянуть

и в жизни кое-что исправить.

Лесные мысли сладко правы,

и нет сомнений, и вину

суть искупает, чтоб уснуть

могло сознание… Отравлен

пластмассовым цветочком мир,

и нужно, чтобы каждый миг

был деревом наполовину, -

иначе замутненный пруд

одни кикиморы займут

и новый век затянет тиной.

Киев 23.06.99 11.39

x x x

Стремительны цветы – так быстро вянут.

Быстр и покой, недолговечный брат

тому, кто сменам жизненным не рад, -

у полюбивших их он постоянней.

Экспресс безостановочен. Не станет

самой Земли, но мчать вагонный ряд

куда-то будет дальше, – все стремят

законы бытия. И думать странно

о вечности, о тайнах тех времен,

в которых мир уже не населен

людьми, деревьями и муравьями,

времен, где все уже давно не то,

где даже их нет,

так же, как простой недели,

вновь изобретенной нами.

Киев 24.06.99. 10.46

x x x

Без осложнений нет благополучий,

когда они – подобье скорлупы,

которую проклюнуть позабыл

птенец событий внутренних. Мы учим

на память счастье.Но ему поручен

отмены подвиг господом: судьбы

нерукотворной нет у сути, быть должны

мы вечно по-другому, лучше,

чем раньше, только что… Прыжок

необходимо совершать из "хорошо",

чтоб все благополучно снова стало.

И нет ни йоты бесовщины в том,

что удивительного – полон дом,

а нам его через мгновенье – мало.

Киев 25.06.99 08.38

x x x

Осенний грустный дождь пошел в июне,

решив порепетировать октябрь,

и увядания лесного дятел,

все оглушая, застучал. И дунул,

пытась рвать задумчивые струны,

бездушный грубый ветер. И, всеяден,

какой-то монстр, внушив, что он приятель,

остаток пожирать стал вечно юный -

и дней, и слов, и сущности твоей…

Успеть, понять бы все это полней,

да незачем, мой друг, по сути дела.

Река сознания все шире, шире,

но все уже круг, которому дано

понять глубины бывшего несмело…

Киев 26.06.99 08.40

x x x

На улицах опять светают дети

и вечереет взрослая толпа.

И жизнь одновременно – на рассвете

и на закате. Зряча и слепа

одна и та же (разная!) судьба,

и тайны нет в том, что она в секрете

от нас пытается держать. Скупа

определенности богиня – редко

являет нечто ненасытным нам.

И так прекрасно душам и умам,

когда им в ощущенье дан хоть очерт,

хоть самый малый ясности намек…

Был ночью дождь. Мой лучший луч намок

и в яркой мысли обсушиться хочет.

Киев 27.06.99 09.54

x x x

Стремленьями расшиты полотенца

в светлице продолжений. Древний сказ -

надеяться, что не в последний раз

синицам мыслей удалось слететься,

чтоб музыку создать на тему детства,

неизлечимо длящегося в нас.

Надежд ткачихи ткут себя.

И страсть вновь оживает, и на сердце – дерзко,

и, слава богу, хочется желать,

идти – идя, не выгорать до тла, а знать,

что есть чему гореть и дальше, что "дальше" –

есть, что снова манит даль,

которой жизнь опять готов отдать,

казалось бы, все виды повидавший.

Киев 28.06.99 12.56

x x x

Вновь с будущим подписан договор,

но о благих намереньях всего лишь,

и сути потому не обезболишь,

от раны не избавишь ножевой.

И вновь не существует status quo,

умеющего продлеваться, полость

его – лишь праздный призрак, не наполнишь

ее вовек тем самым… Ничего

на свете не бывает неизменным,

однако постоянство в нас от тлена

спастись способно, – принимая вид

всегда иной, чтоб сущность сохранялась

и зря не пропадала даже малость

того, что в яви идеалы длит.

Киев 29.06.99 11.14

x x x

О, жизнь не вся приходится по вкусу,

в ней столькое – от смерти и пустот,

и гибельности, от которой жжет

под ложечкой и бесконечно грустно.

И кто-то вдруг – нет-нет, да и укусит,

и за приятельство предъявит счет,

и утаит полправды, и уйдет,

когда всю ночь так нужно быть изустным,

когда необходимо превратить весь мир

в беседку, продлевая нить,

в тот миг уже готовую порваться…

Однако ж, даже крошечный восторг

велит монархом, чтобы я расторг

с печалью договор – в кругу оваций!

Киев 30.06.99 10.53

x x x

Торопятся покинутые вдаль,

надеясь потушить свои пожары,

проветрить жизнь, где горя газ угарный

возобладал, как будто навсегда…

Текут не слезы – судьбы. И следа нет

на щеках у вечности, и лары

дом покидают драгоценный, старый,

который заменял им города.

И дань дьяволиада собирает,

когда мы при воспоминанье рая

переживаем муку, замерев, не понимая,

что же здесь творится,

на этом свете, где размылись лица

и люди не смеются на заре…

Киев 01.07.99 16.02

x x x

Прибой в ушах, но – высохший какой-то,

и ветер слышен, да недвижен лист,

и дни столпились яркие, но мглист

слепящий душу воздух, без работы

оставшийся в июльском пекле. Подан

сигнал о помощи, но дымна высь

и тоже гибнет, кажется. Сошлись

в немузыкальной точке все аккорды,

чтоб до поры до времени молчать -

пока для жизни слишком горяча

нам выкипать велящая погода…

А впрочем… Что-то все-таки внутри,

в душе, не так. В том месте, где горит,

коптя, всего-то свечечка, но – гордо…

Киев 02.07.99 19.12

x x x

Не верится, что глупость есть болезнь

и от нее на свете нет лекарства,

но вновь и вновь похабное лукавство

опровергает все надежды песнь

создать из песенки… Клинична спесь

и логика хрома у тех, кто по указке

ее верховной выдумкам дикарским

ума остаток посвящает весь…

Увы, увы! И мы с тобой пойдем,

глубокий честный славный друг, вдвоем,

куда-нибудь, чтоб сочинять здоровье

переживаньям, лучшим на Земле,

чтоб света прибавлять там, где темнеть в родстве

вдруг с небом стало нашем кровном…

Киев 04.07.99 12.00

x x x

Пускай уж будет так, но только – будет…

Мне нравится безумная жара

и колкая печаль во всем с утра,

и полумысль застрявшая о Будде.

Строка не кончилась. И рифма будит,

когда Господь решает, что пора

карабкаться, хоть и крута гора,

а праздные вокруг смеются люди…

Я слишком жив, и этим виноват

в глвзвх того, кто засушил свой сад,

положенный в существованье этом

по разнарядке нам велящих сил -

всем от рожденья, всем, кто так красив,

когда высоким переполнен светом.

Киев 06.07.99 08.37

x x x

Красоту подсказывают дали,

исчезает красота вблизи.

И приближенья демон исказил

все контуры, что силу предкам дали

продвинуть мир сюда, где мы едва ли

довольны тем, что есть уже… Но сил

у нас полно – грядущий миг красив!

Его опять для нас нарисовали

небесные умельцы, чтоб вперед

стремились мы, предощутив,

что ждет разочарованность очарованьем,

когда, привычкою не став, оно нам

брезжащими не обновлено картинами,

где мы другими станем…

Киев 07.07.99 09.50

x x x

Дома бессильны – не уйти им в тень.

Они уже расплавиться готовы,

а мы в жару их остаемся снова,

мечтая погасить себя в воде.

Парник построен! Не спастись нигде,

опасно стало под небесным кровом

и только в нас включить мы можем слово,

способное о мире порадеть, чтоб заглушить

и заменить моторы и воздух починить,

который скоро иначе всех, кто жив еще, убьет…

Но – свежестью внезапно потянуло

и так прекрасно в нынешнем июле

вдруг устремляться стало нам вперед!

Киев 08.07.99 08.54

x x x

Слетается любимых мыслей рой

и счастлив ты, и не мешает тело

душе лететь, куда она хотела

давным-давно – к своим, в свое

и в свой, воистину душевный жизни слой,

где можно расковаться до предела…

О боже мой, как думается смело

тому, кто за прекрасное горой

стоит в освобожденное мгновенье

и, слыша шорохи растущих звеньев,

бамбук событий внутренних рукой,

умелой вдруг, рисует без бумаги

и без холста – на времени, с размахом,

озвучивая линии собой!..

Киев 09.07.99 08.17

x x x

Лишь посмотри – все снова незнакомо

и в облаках неведомый заряд.

Но ливня ждем который день подряд,

а только дождик брызжет в окна дома.

Событий механизм как будто сломан

и демон в кубок дня подсыпал яд,

а на телеэкране говорят

неведомо о чем. И все есть, кроме

восторга всех. И так легко заметить: