О наших ежегодниках - Уильям Теккерей

Мы напустились так на мистера Мэдоуса, ибо он самый даровитый из художников, занимающихся такого рода живописью, и, несомненно, способен создать значительно лучшие произведения. Так почему же он тогда не соизволит быть пристойным и естественным? И почему, спрашивается, должна мисс Корбо писать голых женщин-, именуемых лилиями, и писать их при этом скверно? А мистер Юинз изображать группу существ женского пола ("Гиацинты"), сложенных самым противоестественным образом и припадающих, к земле в весьма неловких и неестественных позах? Мы уже убедились, что оба эти художника способны на гораздо большее; и лишь дурной вкус современников вынуждает их унижать свой талант и искусство, которому они служат.

Весьма утомительно заниматься разбором произведений, столь мало заслуживающих внимания или похвалы. Хорошая картина тем и отличается от посредственных, что из великого множества увиденных вами она одна невольно приходит на память. А вот, просмотрев целых двести иллюстраций, помещенных в двенадцати ежегодниках, мм не могли припомнить ни одной даже на следующий день. Ну не постыдно ли, что столько времени и таланта было растрачено совершенно впустую? В "Приношениях дружбы" {"Приношения дружбы и Зимний Венок", рождественский, и новогодний подарок на 1838 г., Лондон, 1838, Смит и Кo.} и "Незабудке" {"Незабудка". Рождественский, новогодний и именинный подарок на 1838 г., редактор Фредерик Шоберль. Лондон, 1838. Изд. Аккермана.} нам встретились - не считая гравюр, помещенных на заглавных листах, - всего лишь, два довольно приличные картины: итальянский пейзаж Стэнфилда и вернеровский вид Венеции. Из-за ничтожности сюжетов пошли прахом труды и искусство гравера. Удачней обстоят дела с гравюрами в "Ежегоднике Робертса". Роберте талантливый художник, и с его рисунков гравюры делать куда легче, чем с женских фигур и исторических сцен. Что же касается иллюстраций, помещенных в "Христианском Кипсеке" {"Христианский Кипсек" за 1838 г. Под редакцией достопочтенного Уильяма Эллиса, Лондон, 1838. Изд. Фишера.} и "Салонном альманахе" Фишера {"Салонный альманах". Посвящен королеве Виктории. Со стихотворными комментариями Л. Э. Л., Лэндон, 1838. Изд. Фишера.}, - все они, с позволения сказать, сплошное шарлатанство. Одни взяты из богословских журналов, другие из мемуаров разных миссионеров; некоторые из галерей исторических портретов - и лишь немногие оригинальны; впрочем, в сущности даже и эти не оригинальны, ибо, хотя служат сейчас благочестивым целям, были написаны, по всей очевидности, для целей весьма мирских; нельзя без горечи читать слово религия, столь часто повторяемое только для того, чтобы набить старым рисункам цену и увеличить доходы издателей. В точности такое же шарлатанство и "Альбом для юношества" {"Альбом для юношества" Фишера. Рис. Агнес Стрикленд и Бернарда Бартона, Лондон, 1838, Изд. Фишера.}, пользующийся теми яге самыми источниками, из каких берет свой товар "Христианский Кипсек". Плохие старые гравюры помещены здесь под видом новых, со специально сочиненными для них прозаическими и стихотворными комментариями. Гравер приготовил новую гравюру, придумано новенькое звучное название - и перед вами позапрошлогодний портрет принцессы Виктории, и старый Замок Карлайл, и молочница Гейнсборо, и Магдалина Дуппа (или Карло Дольчи). Доверчивые покупатели изданий мистера Фишера были бы очень удивлены, если б узнали, как много там содержится перепечаток и с какой ловкостью им подсовывают одну и ту же гравюру то в "Альманахе", то в "Видах Сирии" {"Восточный альбом" Фишера, 1838 г., Сирия, Святая Земля, Малая Азия и т. д. с иллюстрациями. Серия пейзажей, рисованных с натуры У.-Г. Бартлетом, Уильямом Персером и др. Комментарии к гравюрам Джона Кариа, эскв., автора "Писем с Востока". Второе издание, Лондон. Изд. Фишера.}, то в "Христианском Кипсеке". Одному богу известно, сколько еще изданий выпускает это заведение и сколько разных наименований там дают каждой гравюре! Ну вот, мы уже почти добрались до самого конца нашего списка. "Книга жемчужин" {"Книга жемчужин", - современные поэты и художники Великобритании. Редактор С.-К. Холл, Лондон, 1838. Изд. Уиттэкера.} мистера Холла с полным основанием претендует на значительно более высокую оценку, чем остальные ежегодники. В ней нет старых рисунков, и иллюстрации в целом хороши; гравюры выполнены тщательно и изящно; художники и граверы вполне заслуживают, чтобы размер рисунков был увеличен втрое; отлично подобраны стихотворения. Эту книгу можно положить в любой английский гостиной, не опасаясь, что она оскорбит чью-нибудь скромность или вкус. Но вот перед нами роскошные тома "Жемчужин красоты" {"Жемчужины красоты" с двенадцатью отлично выполненными гравюрами страстей с рисунков Э. - Т. Пэрриса, эскв. Вольное толкование в стихах графини Блессингтон, Лондон, 1838. Изд. Лонгмена.} и "Картин Финдена" {"Картины Финдена", серия живописных сцен, иллюстрирующих национальный характер, красоту, костюмы. По картинам различных живописцев. Эскизы У. Перринга. Редактор Мэри Рассел Митфорд, автор "Нашей деревни" и др. произведений. Лондон, 1838. Изд. Тилта.}, и среди великого множества помещенных в них иллюстраций нет ни одной хорошей. Стихов и прозы, иллюстрирующих иллюстрации, мы на сей раз не станем касаться. Мисс Лэндон пишет столько хорошего, что нам не хочется критиковать посредственные произведения, принадлежащие ее перу; а мисс Митфорд подарила нашим читателям так много приятных часов, что мы должны простить ей несколько скучных. И тем не менее нельзя не удивляться, как обе эти дамы, при всей своей одаренности, могут без отдыха, без срока писать стихи - порой неважные, но чаще превосходные - к таким бездарным и жалким рисункам. Так, например, в издании, именуемом "Альбом Фишера", мисс Лэндон демонстрирует нам истинное чудо, - быть может, это "чудо вместо искусства", - однако же мы все равно не в силах постичь, как могла одна-единственная особа сочинить такую уйму стихов на самые разнообразные темы, причем, возможно, что этим же темам она уже и прежде посвящала стихи для полудюжины предыдущих "Альбомов". Да будет нам позволено спросить, считает ли мисс Лэндон, что ее незаурядный талант заслуживает подобного применения? Ведь он дарован ей богом, дабы она берегла, лелеяла и развивала его, а вовсе не затем, чтобы она отдавала его тому, кто больше платит, или пускала в оборот за столько то фунтов со страницы. Людям менее способным (вроде тех, о которых мы здесь говорили) позволительно торговать своим дарованием ради хлеба насущного, - но у таланта существуют более высокие обязательства, а мисс Лэндон унижает свой талант, создавая заурядные произведения.

Но тут уже под самый конец месяца появляются "Дворянские дети" {"Портреты дворянских детей"; серия отлично выполненных гравюр, изготовленных под наблюдением мистера Чарльза Хита с рисунков Альфреда Э. Шалона, эскв. (К. А.), и других известных художников. Стихотворные комментарии знаменитых авторов. Редактор миссис Фэрли. Первая серия, Лондон, 1838. Изд. Лонгмена.}, прелестная серия портретов, написанных Шалоном, Востоком и Маклизом. Главное достоинство этих портретов в том, что они, несомненно, писаны с натуры, в то время как всевозможные Лейлы, Лилы и тому подобная дрянь порождены весьма убогим воображением. Милая, печальная мисс Коплиз! Нежная, загадочная леди Сомерсет! Обворожительная леди Мэри Говард! Вы затмили собой все "Жемчужины красоты", сплавленные воедино, и весь букет "Цветов очарования". Эта книга истинное сокровище. Большая часть картин принадлежит кисти мистера Шалона, нашего английского Ватто. Рисунки мистера Маклиза восхищают нас своей правдивостью и глубиной чувства; и то же самое можно сказать и о произведениях мистера Востока. Все эти господа, отнюдь не последние среди художников, не считают для себя зазорным писать с натуры живую плоть и кровь, и в результате, во всем издании нет ни единого плохого рисунка. А теперь взглянем на "Книгу красоты" {"Книга красоты", 1838 г., с отлично выполненными гравюрами. Редактор графиня Блессингтон. Лондон, 1838. Изд. Лонгмена.}, в которой тоже много портретов. Различие между живыми и искусственными красавицами очевидно до нелепости. Айша Шалона, Долорида Мэдоуса и еще кто-то Дженкинса - вымышлены, вне всякого сомнения, и потому являют собой три наихудшие иллюстрации в книге. Долорида просто непристойна - еще одна толстуха в сорочке. И будь это хотя бы натуральная толстуха, в каком угодно наряде, но из настоящего коленкора, мы бы не стали сетовать; однако женщина не только некрасива, но столь же неестественна как ее сорочка. Мы хотим также обратить внимание читателя на разницу между шалоновской Айшей и его же миссис Лейн Фокс. Если первая - карикатура на женщину, то вторая... мы затрудняемся что-либо сказать о второй; в этом портрете столько чарующей неги, что даже смотреть на него или описывать его - небезопасно. К слову сказать, переплет у этой книги - на редкость безобразен, ни дать ни взять - изношенный жилет лорда Пальмерстона.