Она не Я - Амелия Борн

Челюсти Кирилла сжались, на лице заходили желваки.

– Это не причина срываться…

– Я ответила ему вполне вежливо. Но у меня, если хочешь знать, имеются причины для срыва.

Я порывисто встала из-за стола и прошла в гостиную за альбомом. Вернувшись, бросила его прямо перед мужем и спросила:

– Что это за фото, Кир?

Он раскрыл альбом и на долю секунды мне показалось, что при соприкосновении с ним пальцы его едва заметно дрогнули.

Некоторое время он всматривался в одну из фотографий, потом поднял на меня глаза и нарочито спокойно произнес:

– Не понимаю, к чему ты ведешь. Это твои фотографии.

Я покачнулась на месте и вцепилась в край стола, чтобы не упасть. Но мгновением спустя от греха приземлилась на соседний стул.

И самой себе показалась какой-то ненормальной, когда сказала:

– Но я их не помню. Не помню, чтобы позировала. Не помню, чтобы вообще видела эти фото…

Рука мужа накрыла мою в успокаивающем жесте.

– Эти фото сделаны на заднем дворе нашего дома. Фотографировал я сам. И напечатал снимки тоже я. Поэтому ты, наверно, просто о них забыла. К чему так волноваться?

Его спокойный, мягкий голос мгновенно заставил меня почувствовать себя глупо. Может, все действительно объяснялось вот так просто, самой обычной рассеянностью?

Кирилл погладил внешнюю сторону моей ладони большим пальцем, добавил с непоколебимой уверенностью в голосе:

– Это ведь было, кажется, пару месяцев спустя после рождения Лилианы. Для женщины в послеродовой период нормально быть… немного не в себе.

Это звучало разумно. Во всяком случае, никаких иных объяснений я себе представить не могла. И все же кое-что меня беспокоило…

– Но почему тогда этот альбом оказался на чердаке? В потайном ящике?

Муж равнодушно пожал плечами:

– Наверно, просто провалился туда. Да так и остался в комоде, когда его перетащили на чердак.

Я кивнула, принимая это объяснение. На душе стало немного спокойнее…

– Не думай о такой ерунде, – шепнул мне Кирилл и, взяв меня за подбородок, заставил посмотреть ему в глаза. И под действием этого порочно-манящего взгляда, все мысли мгновенно вылетели из головы, сменившись пожаром, начавшим распространяться от живота и – по всему телу…

– Давай уложим Лилиану спать и… пойдем к себе, – шепнул мне Кирилл в самые губы и с последующим поцелуем глупые тревоги окончательно отступили…

Осталось лишь желание, которое он всегда так мастерски во мне будил…

Глава 3

Когда страсть утихла и муж мирно уснул, откинувшись на соседнюю подушку, я еще долго смотрела на его лицо, очерченное смесью темноты и лунного света, проникавшего в окно.

На губах дрогнула улыбка. Как его можно было не любить? Кажется, у меня не было ни единого шанса устоять в тот день, когда он так неожиданно ворвался в мою серую жизнь. Такой красивый, уверенный в себе, притягательно-настойчивый…

Никогда бы не подумала, что смогу привлечь внимание подобного мужчины. В голову снова полезли мысли: ну что он нашел во мне, простой продавщице из небольшого магазинчика?..

Но, видимо, Кирилл разглядел что-то, совсем недоступное другим. Открыл мне новую жизнь, окружил любовью и вниманием… Практически создал меня нынешнюю, как Пигмалион – свою Галатею.

Мне стоило радоваться и ощущать себя счастливой, но… в эту ночь я не испытывала ни одного из этих чувств. Только неясную, непонятную тревогу…

Мысли раз за разом возвращались к нашему разговору после ужина. Казалось, муж нашел очень простое и разумное объяснение моей находке. Но что-то все же упорно не давало мне покоя…

Неужели я и впрямь могла забыть о том, как Кирилл меня фотографировал? Это казалось довольно необычным явлением: я не слишком-то любила фоткаться, и все кадры с моим участием можно было пересчитать по пальцам рук…

На душе снова заскребло. Гонимая этим безумным непокоем, я поднялась с постели и протопала босыми ногами на кухню…

Альбом по-прежнему лежал на столе. С неприятным чувством какой-то неясной мне самой угрозы, я снова распахнула его, вгляделась в фотографию…

И по коже невольно пробежал мороз. Девушка на фото так уверенно улыбалась в камеру, явно наслаждаясь вниманием и восхищением того, кто ее фотографировал…

Разве я так могла?.. Неужели это мои губы так кокетливо изгибались, а глаза – призывно блестели?

Мучительно застонав, я захлопнула альбом. Почему каждый раз, глядя на свое собственное лицо на этих снимках, я чувствовала себя так, словно оно мне не принадлежало?..

Я сделала несколько вдохов и выдохов, пытаясь унять кажущееся параноидальным беспокойство. Снова открыла фотоальбом, пролистала…

Он был заполнен не весь. Помимо нескольких моих фото, здесь больше ничего не было. И я даже себе самой не могла объяснить, что именно тут искала раз за разом…

Сдавшись, я бессильно опустилась на стул, подтянула поближе всегда стоявшую на столе бутылку воды и жадно глотнула. Обняв себя за плечи, осмелилась хотя бы в уме задать себе пугающий вопрос…

Неужели я сходила с ума?..

Ну а как еще объяснить, что я не помнила ни этих фото, ни того, что могла вести себя так… раскрепощенно? И что куда страшнее – что еще я могла сделать в подобном состоянии, а потом забыть?..

От предположения, что у меня начались провалы в памяти, стало жутко. Уронив голову на руки, пытаясь хоть как-то успокоиться, я стала мысленно листать в уме месяц за месяцем, неделю за неделей, день за днем: все то время, что прошло с момента рождения Лили…

Мне казалось, я помню все достаточно четко. Первый крик дочки, первые шаги, первые слова… Эмоции, которые при этом испытывала…

Я помнила, в каком платье вернулась с ней домой. Помнила, как была одета в день ее крестин…

Но не помнила этого дня на заднем дворе дома!

Конечно, это был весьма обыденный эпизод, который легко можно было забыть. Тем более, как говорил муж, в послеродовой период…

Но ведь я не испытывала тогда ничего, похожего, например, на депрессию. Не ощущала, что я не в себе, не была рассеянна и разбита…

Конечно, оказалась не совсем готова к материнству, но разве есть те, кто полностью к этому готов?.. Кто знает наперед все ответы на вопросы, касающиеся того, как растить ребенка, как поступать в новых для себя ситуациях?

Шаг за шагом, так же, как Лили училась ходить, я, в свою очередь, училась быть мамой. И ни о чем не жалела. И уж точно не страдала ни от каких психологических проблем…

Или я и этого… просто не помнила?..

Нервно сглотнув, я призналась себе самой: похоже,