Загораются звёзды - Ольга Горошанская

Лео привыкла думать, у нее очень хорошая память, и все, даваемое преподавателями, откладывалось у нее в голове: учебники достаточно было пролистать перед занятием и вспомнить, о чем говорилось. Казалось, информация приходит из окружающего воздуха, или это ее память так работала? Но, в основном, много читала и не только художественной литературы, в которой иногда вскользь упоминались довольно интересные факты и тогда, с упоением выискивала в книгах или научных трактатах все связанное с этим занимательным явлением. Иногда часами просиживала в институтской библиотеке, забывая об обеде и ужине, а порой даже и о сне, так как часто брала книги на ночь, которые всегда возвращала перед открытием библиотеки.

Вернувшись к брошенному занятию, то есть рисованию, обнаружила еще одну записку, которой уж точно быть не должно.

«Давай смоемся с английского и пойдем в кино? Сейчас как раз идет премьера какого-то мультфильма. О Китае, а такие без драконов не бывают. У меня есть два очень хороших билета на 12.00. Владимир Парлеон».

«Знает же слабое место. А главное — ему известно, английский я все равно прогуляю, потому что здесь ничему новому не научат, так как в школе была очень хорошая подготовка», — подумала Клеопатра, колеблясь, писать положительный или отрицательный ответ и писать ли его вообще. Ей не хотелось оставаться должной, но и в кино пошла бы с удовольствием.

«Кстати, а кто проболтался о моей нездоровой любви к драконам, а если и качественно рисованный или вообще в 3D, так наизнанку вывернусь, но пойду? — подметила, еще раз осмотрев весь поток факультета. — Точно Влас, ведь они — друзья».

«Пригласи лучше Вику. Мультик ей, собственно, как тебе — не нужен, а вот время проведете хорошо», — написала ответ и с сожалением отправила обратно клочок бумаги, мысленно планируя одиночный поход в кино.

Владимир казался невероятно красивым, словно сошел с картинки, да и в ее вкусе: брюнет, если бы волосы были немного длиннее, Лео смогла считать его неотразимым, так как они, скорее всего, могли выгодно обрамлять идеального овала лицо с правильными, немного утонченными чертами. За ним все девчонки института бегали, желая ухватить хоть чуточку внимания. Ему достаточно было поманить, и любая бы согласилась стать мостиком, переброшенным через глубокую лужу.

Клеопатре он почему-то напоминал Диониса — греческого бога веселья, как представляла его себе. А самое обидное, на выбранном ею факультете — экологии — парней было аж десять на весь поток в девяносто человек.

«Надо было идти на химика», — сетовала, в очередной раз сидя на лабораторной работе по химии, так как ей очень нравился этот предмет, да и преподаватель был хорошим — всегда рассказывал интересные нюансы, а иногда разрешал приходить после занятий и поучаствовать в каком-нибудь внеклассном опыте. Нередко появлялась в лаборатории по вечерам, а профессор, казалось, даже радовался такому вниманию к его предмету.

Зато все остальные факультеты насчитывали малое количество девушек, так как энергетикой могли заниматься именно парни. Вот Лео и была будущим экологом — защитником «отечества», как издевался ее брат. Сама не понимала, зачем родители отдали ее в это заведение, ведь так было хорошо, и даже поступила в институт иностранных языков, который находился как раз возле дома. А этот — в совершенно другом городе, на отшибе, где до центра нужно добираться через околицы, раскинувшиеся на протяжении десятков километров, так как институт располагался на таком себе полуострове, с трех сторон окруженном водой. В город необходимо ехать на катере, где всегда ее укачивало.

На удивление, ответ на посланную ею записку все же пришел, а развернув листок, Лео сразу обратила внимание на множество небрежно нарисованных рожиц.

«Какую именно? Их у нас пять, если ты помнишь».

Почувствовав на себе тяжелый взгляд, быстро осмотрела всех сокурсников. Профессор стояла у самой доски спиной к аудитории, а вот на второй парте, возле двери, сидела одна из Вик и с ненавистью смотрела прямо ей в глаза. Темноволосая студентка быстро перевела взгляд на Вову, меняя злое выражение лица на щенячий восторг, а Лео хмыкнула и написала ответ.

«Сейчас она смотрит на тебя, словно на сметану кот», — улыбнулась и отправила послание, мысленно хихикая, не понимая, как можно не замечать таких вот взглядов.

Вова, прочитав новый текст, осмотрел класс и, заметив взгляд Вики, смешно скривился, а потом повернулся и подмигнул ей.

— Светлана Ивановна, а Демронат записками разбрасывается, — заявила Вика, состроив невинное выражение лица, получившееся более комичным, чем невозмутимым.

«Ох, сколько же можно коверкать мою фамилию?! Снова звучит как деруны», — негодовала Клеопатра, неосознанно выпуская из пальчиков золотое украшение.

Преподаватель повернулась, и Лео, словно в замедленной съемке, наблюдала, как та надевает маску гнева, морща лицо, кривясь и багровея, как набухают голубые вены, угрожая лопнуть.

— Демронат, чем это ты занимаешься? — жестко спросила профессор, нахмурив брови, а на лбу прорезались безобразные глубокие мимические морщины и выступили легкие бисеринки пота.

«Вот сволочь, я ей, можно сказать, свидание устраиваю с самым популярным парнем института, а она… ну ладно, понадобится тебе лекцию списать, скажешь мне, что ничего не успела…»

— Чертиков рисую, — выражая полное удовлетворение, ответила, поднимаясь из-за парты и беря в руки конспект, написанный практически идеально, только почерк не казался красивым от быстрого написания, направилась к кафедре.

Лицо профессора сразу стало напоминать сморщенную свеклу, так исказилось оно в гневной гримасе, готовое выплюнуть очень длинную тираду по поводу умственных способностей студентки, но Лео уже положила на стол конспект.

«И кто дернул меня за язык? Обычно же я не отвечаю так», — попеняла себя, понимая, возможно, ее сейчас выгонят из аудитории, а лекцию потом ни у кого не допросится, даже если извернется.

А потом придется очень долго пересдавать экзамен по этому предмету и еще биологию, медицину, экологию человека, так как все эти предметы вел именно этот преподаватель, хотя все отлично знали, это ей муж написал диссертации, благодаря которым и стала профессором.

— Естественно я пишу лекцию, — продолжила, начиная понимать, разгневанная профессор даже не посмотрит в ее тетрадь и вообще вряд ли слышит. — Прошу взглянуть.

— Ты что, придурошная?! — заорала преподаватель, как и предполагала Лео, не слыша слов.

«И чего она такая нервная? Точно беременная. Хотя, может, всего лишь настолько толстая? Ну да, а яблоки на каждой перемене ест от недостатка клетчатки», — чуть не прыснула Лео, изо всех сил стараясь не захихикать, но до тех пор пока преподаватель не выдала новое оскорбление, спокойно заверила: