Мадонна без младенца - Анна и Сергей Литвиновы

– А как еще?! Если по-другому у нас… у меня не получается?!

Он снова пошел на поводу у жены. И их пара – еще недавно почти идеальная – превратилась в треугольник. Третьей стала суррогатная мать их малыша, говорливая, шумная, чрезвычайно уверенная в себе украинка.

Игорь, едва только увидел ее, подумал: «Хоть бы ничего у тебя не получилось!»

Но нет: женщина с первой же попытки забеременела. И Верка с каждым новым УЗИ все больше расцветала. Летала, будто на крыльях, щебетала, как счастливая птичка. А потом произошло страшное…

Вот как эти люди с их куриными-то мозгами богачами становятся – для нее всегда загадкой было. Очень удивительно: при должностях, на машинах хороших, но дальше носа своего не видят. Она притворяется, откровенно, в наглую, – а эти дурачки на нее преданным, собачьим взором смотрят: спасительница! Мамочка их кровиночки! Скольких она уже развела – счету не поддается.

Ее должность в трудовую книжку не запишешь, нет официально такой профессии – чужих детей в своем брюхе таскать. Но только она в этом бизнесе уже седьмой год, и двоих младенцев (хрен знает, что с ними теперь) действительно родила. С остальными заказчиками – их больше десятка было – до роддома дело не дошло. Оно ей надо? Чтоб живот огромный, растяжки, целлюлит, одышка, волосы сыпались? А еще в последние годы такая тенденция: обязательно располосовать. Элита, блин! Начитались, что кесарево надежней. При естественных родах дитя якобы подпортиться может. Асфиксия, обвитие, получится какой-нибудь дурачок – а деньги-то плачены немалые. Что исполнитель на всю жизнь останется со шрамом – никого не волнует. Свинство, ее такой подход бесил ужасно. К тому ж, если позволишь брюхо разрезать, с непыльной работенкой можно попрощаться. Техника безопасности, чтоб ее. Рубец на матке снижает вероятность успеха.

Для суррогатных матерей вообще ограничений придумано выше крыши. Чтоб молодая, не болела ничем, не пила, не курила, чтоб свой ребенок был обязательно здоровый. Где только взять таких идеальных? Агентства, что в их деле крутятся, могут сколько угодно врать: что селекционируют мамашек, как отборных скакунов. А на деле (она на агентство тоже когда-то работала) – кого угодно берут. И с удовольствием помогают фальшивые справки оформлять. Ни за что, короче, деньги гребут – и с заказчиков, и с мамашек суррогатных.

Она давно уже сбежала от таких работодателей на вольные хлеба. Паслась на сайтах, где бездетные собирались. Вывешивала трогательные объявления: «Помогу вам стать родителями! Молода, здорова, ответственна, доброжелательна. Понимаю, как вам тяжело, и дорого не возьму».

От заказчиков отбоя не было. А что? Цена ниже, чем в агентстве, почти на четверть. И, главное, умела она сыграть роль: тихенькой, серьезной, безответной. Специальные наряды приобрела, чтоб заказчикам понравиться – платья в пол, платочек на голову. Всегда, прежде чем на встречу отправиться, намывалась по часу. Чтоб, не дай бог, табачный запах не унюхали. Зубы отдраивала от налета, антиполицай рассасывала. Красиво врала, что ненавидит спиртное. Показывала фотокарточки якобы сына (в Интернете нашла обаятельного мальчишку и скачала).

Медицинское обследование, правда, приходилось проходить, от этого никуда не денешься. Но, по счастью, забойных болезней, типа сифилиса или СПИДа, у нее не было. Уреаплазму вылечила. Зато сдавать кровь на венерический лимфогранулематоз не заставляли – болезнь редкая, анализ недешевый. Да и откуда у примерной девицы, глаза долу, в платочке – взяться венерическому заболеванию, которым чаще всего азиаты болеют? (От одного индуса, красивого, как бог, и заразилась.)

Тоже, кстати, пример людской глупости. Гонорар для сурмамы – на круг больше миллиона – народ выплатить готов. А на обследованиях экономят.

…Она объехала с «гастролями» уже почти всю страну. Городов-миллионников в России хватает. Везде разводила по парочке лохов и переезжала в другое место.

В Москве, правда, решила задержаться. В прошлый раз в патриархальном Волгограде ей аванс всего пятьдесят тысяч дали. А в сытой столице – деньги совсем другие. Но народ не умней.

Она очаровала очередных простачков, забеременела. Кормила их сказками, что любит младенчика даже больше, чем собственного сынулю. С удовольствием лопала фрукты и прочую полезную пищу, благодарно приняла абонемент в бассейн. Смекнула – чутье у нее уже звериное! – что в квартире, для нее снятой, установлены видеокамеры, и пивком-сигареткой баловалась только на улице.

Что дите родится с лимфогранулематозом, ее не смущало. Пока чего заподозрят, анализ сделают – она уже скрыться успеет.

Случилось, правда, по-другому: когда беременности было двадцать недель, ребенок сам вышел. Врачи потом объяснили: при лимфогранулематозе выкидыш – дело обычное.

Ну, ей же легче.

На страдания заказчиков решительно наплевать. Из-за другого расстраивалась – что итогового гонорара не досталось. Хотя тоже ничего. Она пока молода. Успеет развести еще с десяток доверчивых простаков.

А там, можно и на пенсию. Она, пусть любила иногда гульнуть, денежку копить умела. И вкладывала грамотно: понемножку, в долларах, в разные банки, на длинные депозиты. Специально выбирала такие, где досрочное расторжение договора со штрафом, чтоб искушения снять сбережения не было.

Может даже – ха! – на старости лет собственного ребеночка завести? Типа того безвестного симпатяги, чью фотографию она (для заказчиков!) в кошелечке под целлофаном таскала? Хотя нет, ну его. Достали ее уже дети – во всех видах! – за долгие годы работы.

Зеркало в стиль начальственного кабинета никак не вписывалось, поэтому любоваться на себя приходилось в будуаре – так Милена Михайловна именовала двухметровую подсобку. Здесь она переодевалась из уличной одежды в элегантную униформу. Коротко – в гарантированном одиночестве! – переводила дух. И если лицо выглядело совсем уж измотанным – накладывала экспресс-маску. Или делала быстрый массаж кубиком льда. На более серьезные косметические изыски времени не хватало.

Тяжело, конечно, жить в постоянном цейтноте. Но будь у Милены возможность бездельничать, порхать беспечной бабочкой из бутика в косметический салон – она бы не согласилась. Когда женщина при деле, у нее и глаз по-другому горит. И старость приходит позже. В том числе и потому, что мозг в постоянном тонусе, то одну задачу приходится решать, то другую.

А сфера деятельности у кандидата наук Милены Михайловны Лавровой наисерьезнейшая. Репродуктивная медицина, что может быть более непредсказуемо и интересно! Тут тебе и моральное удовлетворение – когда у безнадежно бесплодных пар вдруг появлялся с ее помощью ребенок. И хорошие деньги, конечно. Иные клиники репродукции старались числом брать – заманивали как можно больше пациентов, пусть даже не слишком кредитоспособных, обрушивали на них бонусы-скидки, работали на устаревших, с множеством побочных эффектов, лекарствах. Милена Михайловна такой конвейер не жаловала. У ее медицинского центра другой конек. Каждый пациент уникален, каждый случай – штучный. Самые современные технологии. Лучшее в столице оборудование для предимплантационной диагностики. Авторский метод микроскопического анализа качества сперматозоидов. Новейшие биологические среды для культивирования эмбрионов. И – как следствие! – самая впечатляющая в Москве статистика. Больше половины пар получали в ее клинике ребенка с первой попытки!