Кровные драконы. Академия - Анна Левин

волнение, но я ее знала лучше драконов. — Мы дорожим вниманием, которым нас одаривает благородная раса драконов, и всегда рады подтвердить свою преданность!

Я улыбнулась со всей прелестью юной девушки, скрывая другие, вовсе не возвышенные чувства, но комиссия осталась довольна. Допив ча, весьма вовремя поданный служанками, драконы наконец-то соизволили убраться. На прощание меня все снисходительно потрепали за щеки, пожелали удачи, дали несколько советов, пообещали в ближайшее время прислать приглашение в Академию, и удалились.

— Удалось, — прошептала Матильда, когда экипаж скрылся за парковой оградой, — тебе удалось поступить в Академию!

Я все еще сохраняла невозмутимый вид, хотя чувствовала, что скоро буря чувств вырвется на свободу.

Матильда это поняла.

— Пожалуй, тебе лучше вернуться в комнату, и отдохнуть. А вечером мы отпразднуем! Ступай, моя милая, ступай!

Элегантный книксен, ровная спина, безразличие к шепоту и взглядам, устремленным на меня со всех сторон. Коридор, лестница, второй этаж, коридор, дверь в мою комнату.

Время горевать, но я все равно не чувствую себя здесь в безопасности. До того, как меня приметили драконы, я была у всех на хорошем счету. Меня любили или хотя бы уважали, но теперь даже старые кухарки изнывают от обжигающей ненависти. Каждая девчонка и из служанок, и из таких же учениц как я понимает, что им не выпадет такой шанс, и страдают от самой страшной и болезненной зависти. Они готовы меня растерзать за то, что я получила шанс возвыситься, и сейчас, уверена, толкутся в соседних комнатах, прислушиваясь к каждому шороху, будут следить за каждым моим шагом в надеже сломить меня и мои перспективы. Больше здесь мне не рады, это место больше не будет домом, оплотом, источником уюта и безопасности.

Они и это у меня отобрали!

Чтобы не производить шума, я легла на кровать, укрылась одеялом, и с силой закусила подушку. Подавляемые рыдания вырвались на свободу, но я не проронила ни звука, судорожно выплескивая отчаяние, пока еще возможно.

— Итак, это большое достижение! — воскликнула госпожа Калмыкова, приглашенная в гости на праздник.

Я снова всем улыбалась, глядя на лица учениц, воспитательниц, подруг и влиятельных соседок Матильды. Она же упивалась торжеством: девушка из ее пансионата сумела поступить в Академию, драконы лично сюда прибыли для проведения экзамена. Для всей округи это — большой почет, и принесла его она, Матильда Стрелицкая, достойно воспитав свою подопечную. В любом случае именно так выразилась Калмыкова, супруга состоятельного помещика. Он был приближен к драконам, и благодаря этому изрядно возвысился. Моя опекунша всегда желала доказать, что ей не нужен богатый муж, чтобы чего-то стоить в глазах общества, и вот ее мечта сбылась. За мой счет.

— Благодарю, — сдержанно улыбалась Матильда, хотя ее глаза лучше слов выражали упоение. — Мы были рады принять таких высокопоставленных гостей в нашем скромном доме!

Еще одна шпилька в адрес Калмыковой: какие отношения у ее мужа ни были с драконами, крылатые гады никогда не посещали их жилище.

— Почему мы их не видели в небе? — требовательно спросила маленькая дочка купца Селиванова.

— Милая, они прибыли в экипаже, — мягко заметила ее мать.

— А почему не прилетели, они же драконы!

Присутствующие замялись.

— Сейчас очень модно разъезжать в экипажах, нынешний правитель драконов ввел такую моду пять лет назад, вот они сейчас и соревнуются между собой в богатстве и скорости своих экипажей.

Смятение сменилось понимающими переглядываниями и жеманными улыбками. Всем известно, что во время принятия истинного облика одежда на драконах разрывается на мелкие кусочки, и после обратного превращения в человека драконы оказываются голыми. Чтобы этого не происходило, нужно надевать особую одежду, придуманную учеными, но многие предпочитают обычные наряды и комфортабельные экипажи. Вроде сегодняшней комиссии: вряд ли кто-то из них постоянно упражняется в полетах и следит за фигурой.

— Ну и зря, были бы у меня крылья — я бы только и делала, что летала, — неукротимо заявила сударыня Селиванова.

Матроны поспешили перевести тему в иное русло, так как обычно люди не предавались мечтам, чтобы они делали, если были бы драконами. Мнение последних было однозначным: мы не имеем даже права мечтать о таком.

— Элиф, деточка, расскажи еще раз, что ты почувствовала, когда тебя выбрали?

«Что я ненавижу этих чванливых дураков!» — хотелось ответить, но вместо этого я выразила положенный восторг и скромность:

— Я едва осознавала происходящее, ведь это такая… честь! Сложно было поверить, что скоро я получу приглашение, и отправлюсь в Академию!

Словно по команде раздалось оханье и зацвели сентиментальные улыбки, хотя не всем удалось скрыть нотки зависти.

— Ты должна быть очень признательна госпоже Стрелицкой! — заявила Калмыкова тоном бравого генерала, идущего в бой. — Если бы она не взяла тебя на воспитание, ты бы не добилась такого успеха.

— Поверьте, я безмерна благодарна за все, что для меня сделали!

— Умница, хорошая девочка! Осталось только получить билет в успех.

«Билет в один конец» — мысленно поправила госпожу Селиванову.

Глава 2. Благородная высшая раса драконов

Густой туман мешал рассматривать пейзажи за окном, зато придавал моему отъезду фаталистичный, зловещий оттенок. Закрывая глаза, я снова видела вчерашнее утро: сундучки упакованы, поименованы, перевязаны и готовы к погрузке в экипаж, специально посланный за мной из Академии. В руках я сжимала великолепный конверт с тем самым приглашением внутри, и списком вещей, которые позволено привести с собой. Служанка помогла мне одеться, умыться, и оставила наедине с угнетающими мыслями.

— Всегда тяжело расставаться с привычной жизнью, и бросаться в объятья неизвестности, — мягко произнесла Матильда, входя в мою комнату.

Пока еще мою комнату. Интересно, кому ее отдадут?

— Ты боишься? Скажи честно!

Боюсь ли я просто перемен? Не знаю, все, что случилось, стало слишком неожиданным для меня. Новые перспективы, новые реалии, только в Академии я буду игрушкой, грязью под когтями тех, кому по большему счету я мешаю. Никто по-настоящему не станет меня уважать, или относиться с малейшей теплотой. Матильда удивлялась, почему меня это волнует, ведь какое мне дело до чужого презрения, если я могу получить диплом Академии? С ним мне откроются все двери, которые останутся закрытыми для большинства более жаждущих. И в ее словах присутствовал призрак истины, я тоже это чувствовала, но не принимала мудрые слова опекунши.

— Наверное, все дело в твоей природной скромности, милая, ты боишься, что будешь выглядеть хуже на фоне величественных драконов.

Нет, дело в моем честолюбии. Наконец-то я подобрала правильное слово! Моя гордость не принимала того, что я вынуждена довольствоваться малым, и даже самое престижное учебное заведение бросает мне