Ледяной огонь - Генри Каттнер

Котар не видел, что происходило на палубе. Его внимание сосредоточилось на корме корабля, которая нависла над водой. Золотистую галеру построили специально для плавания по озеру Лотусин. Она никогда не смогла бы плавать в Великом Соленом море, где бывали жестокие штормы. Для этого существовала королевская трирема, на ней император ходил по океану вдоль берега.

Варвар, пока он плыл, заметил бледный свет, исходивший от золотистой кормы. Там, где должна была бы находиться грудь лебедя, располагалась хорошо освещенная каюта. Руффлод говорил Котару, что император превратил ее в кладовую. Выступы, напоминавшие перья лебедя, были, видимо, достаточной опорой для рук, и по ним воры рассчитывали добраться до каюты.

- Это будет нелегко, - предупреждал Руффлод, когда они еще находились на суше, на городской набережной. - Стража Куроса охраняет Спираль лучше, чем самого императора.

Котар теперь понял, что вор прав. Вдоль перил корабля стояли солдаты в золотистых шлемах и кирасиры из Прокорианской Стражи, жестокие люди, взращенные для битв.

Котару стало ясно, что Некториус послал его как телохранителя Руффлода. Стражники выглядели очень опасными. Дротики сверкали в свете факелов. Да и короткие мечи в золотистых ножнах всегда были у них под рукой. Перекинутая через плечо перевязь с Ледяным Огнем, тяжелым, как якорь (хотя в руках хозяина огромный меч выглядел изящным прутиком), придавала уверенность варвару.

Руффлод подплыл поближе к Котару.

- Пошли! - выдохнул он.

Через мгновение Котар последовал за ним. Его влажная кожа сверкала в лунном свете. Перед тем как исчезнуть в мутной, темной воде, варвар встряхнул головой, далеко разбросав брызги. А потом под водой он скользнул за маленьким вором.

Вытянутой рукой Котар нащупал металлическую поверхность и бесшумно вынырнул. Он высунул голову из воды, как любопытная выдра. Его пальцы впились в золотые украшения.

Из темноты заговорил Руффлод:

- Сможешь залезть?

Варвар фыркнул.

- Тогда все в порядке. Я спросил на всякий случай. Мы должны оказаться за головой лебедя, где-то возле его клюва. Это единственное место где нас не могут заметить. Теперь... поднимайся первым...

Но он уже говорил в пустоту. Словно кот, скользнул кимберианец вверх. Пальцы и голые ноги, будто усеянные присосками щупальца моллюска, цеплялись за золотистые украшения. Он совершенно спокойно поднялся наверх. Еще мальчишкой Котар забирался на великие ледники Туума. Мускулы перекатывались на его могучей спине.

Руффлод усмехнулся и полез следом.

Голый, в мокрой набедренной' повязке, с мечом за спиной, Котар взобрался к основанию головы лебедя. Где-то ниже и чуть позади звенели арфы и дико завывали флейты. Легко повернувшись, Котар обнаружил, что отсюда отлично видно палубу. На маленьком железном троне, застеленном дюжиной леопардовых шкур, восседал Курос. Потягивая из золотого кубка, Курос наблюдал за обнаженной девушкой из храма Оазии, которая, покачивая темной прической и тонкими плечами, отбивала ритм голыми ногами по золотистой палубе, демонстрируя развратный танец, столь популярный на ее родине. Император, так же как другие мужчины и женщины на палубе, не отрывал взгляда от гибкого прекрасного тела маленькой танцовщицы.

Никто не думал о кладовой.

Руффлод появился рядом с Котаром.

- Я должен пробраться в каюту. Ты сможешь поддержать меня, пока я взгляну, что делается внутри?

- Могу ли я удержать куль с мукой?

Руффлод кивнул, довольный, опустил голову и скользнул над клювом, цепляясь пальцами за золотистые украшения. Котар схватил вора за ляжки и придержал. Варвар растянулся под головой лебедя, постепенно опуская Руффлода ниже и ниже, так что вор оказался висящим вниз головой у открытого окна каюты.

- Я вижу ее, - пробормотал Руффлод. - Боги... как удивительно!

Маленький человек оперся обо что-то и повис неподвижно. Его голос звучал спокойно, но чуть приглушенно, когда он прошептал:

- Отпусти меня. Отпусти!

Котар разжал пальцы.

Словно проворная обезьяна, маленький человечек опустился, перенеся свой вес на кончики пальцев, и бесшумно ударился ногами о золотистую корму. Потом, подтянувшись, он перелез через подоконник и исчез.

Котар лежал бесшумно, как тигр на охоте. Он прислушивался, но царило спокойствие: ни возбужденных голосов, ни звона сторожевых колокольчиков. Его варварские инстинкты подсказывали, что Руффлод должен подойти к окну и протянуть ему Спираль так, чтобы Котар мог взять ее и спрятать за перевязь меча.

"Клянусь Дваллоком! Где же он?"

Что-то случилось внизу, в каюте, освещенной бледным светом светильников. Но если бы там была стража, она бы подняла тревогу, он бы услышал звон мечей, выскользнувших из ножен.

Только сверхъестественная тишина и полумрак. По-змеиному бесшумно кимберианец скользнул вниз, чтобы заглянуть в окно, и в это время из каюты раздался крик. Мгновение крик висел в воздухе - крик, полный ужаса, полный страха, крик человеческого существа, перед которым разверзлись неведомые бездны времени и пространства.

Музыка на палубе прекратилась. Император вскинул голову, забыв и о девушке Оазии, и о кубке с вином. Он уставился на двери кладовой, где хранилась Спираль, и сделал быстрый жест рукой.

Котар услышал, как по палубе побежали стражники, следуя молчаливому приказу императора. Они бросились открывать двери каюты, чтобы заглянуть внутрь и узнать, кто кричал в таком страхе.

Он, Котар, тоже хотел увидеть, что происходит внутри каюты. Он быстро спустился вниз, цепляясь за золотистые украшения, чувствуя холод потустороннего всем своим телом. Его ноги зацепились за клюв лебедя, так что варвар смог свеситься. Его голова оказалась на уровне окна каюты.

Котар увидел, что каюта полна клубящегося белого дыма. Казалось, дым был живой. На эбонитовом треножнике в тумане возвышалась витая Спираль, тонкая и великолепная. Она поднималась с круглого синего металлического основания. Для Котара это была игрушка более трех футов высотой, больше ничего. Кроме Спирали, в комнате ничего не было.

Но где же Руффлод? Почему вор так кричал? Если его не схватили стражники, то что же тогда с ним случилось?

Котар почувствовал, как тело его покрывается холодным потом. Он не владел силами колдовства, но его нос учуял колдовство. Варварский инстинкт приказывал ему бежать - соскользнуть со своего насеста и исчезнуть в воде.

Но дикое желание одержать верх над Руффлодом, даже если тот мертв... и принести Спираль купцу Некториусу... Котар безрадостно улыбнулся. Он медленно изменил позу, перенес вес тела на свои могучие руки.

И в это время дверь каюты распахнулась.