Горгона. Скипетр Мирозданья - Лана Шеган

пропал голос. Ко всему еще мой давний соперник какую-то гадость магическую повесил, все лекари руками разводят. Золотой голос Майоры, сипит как старая свирель. – Несчастный схватился за голову. – Лекарственная трава отца закончилась, и я вспомнил про свиток, там же нашел план местности, где остался портал.

– Почему ты думаешь, что он еще там? – Спросила я.– Кроме твоего отца, остались в живых еще трое охрамов?

–Я точно знаю, что все они мертвы и не оставили наследников.

–Это будет просто удивительно, если портал все еще на месте, – сказала я, – теперь об оплате, я хочу десять тысяч золотом за свои услуги.

Тавр думал недолго, согласно кивнул, и мы хлопнули в ладоши, закрепляя нашу сделку, опять магия конечно. Теперь пока этот типчик не получит свою травку (главный предмет нашего похода) я не получу своих денежек. Все что я найду помимо заказа моё. Вышли мы из кабинки спокойные и решительные. Смешки за спиной меня сейчас совсем не злили.

После сборов и прохода через заставу Майоры наш путь шел вглубь проклятых земель.

2 глава

Возле границы тварей Некруса было не много, хотя последнее время они почему-то активно кучковались, собираясь в небольшие отряды. Почти два дня мы шли спокойно если не считать нападение маленьких аринчи и мелких гиппи (похожие на барсуков животные, они не вызывали опасения… пока не превращались в метровых монстров, с двойной глоткой). На карте усадьба была указана точно, но вокруг было столько нежити, что пришлось применять заклинание высшего круга; огонь полыхал полдня. Портал тоже оказался на месте, металлическая круглая платформа со светящимися красным светом рунами. Словно в последний раз я вдохнула побольше воздуха, и мы ступили на основание портала. Сначала было неприятное чувство раздвоенности, словно тебя разбирают и собирают заново, только уже в другом месте. Темнота постепенно превращается в серую мглу. Вокруг каменные стены, поросшие 'гнилью', грибок проклятых земель, если её коснутся, можно заразится 'проклятьем' земель. Что-то типа проказы, только вот лечить его дорого и долго. Во время цветения 'гниль' может раскидывать споры, которые вызывают галлюцинации, а потом и смерть от разрыва сердца. Мы долго стояли на портале не решаясь сойти с него, словно после этого случиться непоправимое. Шум в ушах, который все время мучил меня во время вылазок в проклятые земли, усилился. Даже казалось, что я слышу голос. Мой заказчик испуганно таращился в темноту, ну конечно, он вообще ничего не видит. Странно, что на нас мелочь не нападает, это говорит о плохом, о том, что здесь живет хищник побольше. Говорила же этому олуху 'посиди дома сама все принесу', нет же 'сын охрама не побоится трудностей', тьфу. Где-то в вышине серело маленькое оконце, через которое просачивался тусклый свет. Храм поражал размерами. Не знаю, какому богу посвящен этот храм, но его почитали и любили очень сильно. Гниль, наросшая мерзкими глыбами, не смогла скрыть былое великолепие. Кое-где сверкала позолота на узорах стен. Разноцветная чудная мозаика, показывала фрагменты удивительных картин. Где-то вдалеке на постаменте стоял алтарь. Огромная фигура незнакомого бога, наполовину залепленная 'гнилью' и паутиной и каменный стол к которому вела узкая лестница.

Словно наяву перед моим взором предстало величие храма. Жрецы в длинных переливающихся золотом и серебром одеждах, поющие восхваления своему богу. Преклоненные фигуры просящих милости людей. Длинная вереница страждущих, которые подносят свои дары на каменный алтарь. Я покачала головой, наваждение пропало, но оставило какое-то чувство успокоения, словно забытый бог давал свое благословение. Чертыхнулась и полезла в сумку, которая висела через плечо. Достала зелье, помогающее видеть в темноте и дала Тавру. Маску, которая помогает очищать воздух певец не захотел одевать, аргументируя это тем что он задыхается, травма психологическая что ли. Дрожащей рукой схватил пузырек и одним глотком выпил. Молодец! Зелье то еще гадство. Немного подождали, пока оно начнет действовать и осторожно пошли в сторону выхода. Когда-то массивные двери теперь превратились в труху, лишь позолоченные узоры, смятые под разными углами, говорили о былой красоте. И тут послышался вздох, словно тихий ветерок прошелся рядом, шевеля висящую паутину. Схватив за шкирку певца, спрятались за огромным куском выпавшего барельефа. Перед глазами предстала кошмарная картина. Биортоны растопырив мохнатые лапы, спускались с потолка. В голове сразу несколько мыслей. Не заметят можно выскользнуть, но потом, когда вернемся, нас будут ждать неприятности, это если при везении не будет погони. За несколько выходов в чистилище я поняла одно, сколько бы ты не убивала этих тварей, их становиться больше. Блин!!! Если начну убивать пауков сейчас, не факт, что на шум не сбегутся другие твари. Как ни сделай, все одно тихо не будет. Один из биортонов приблизился к нам. Два меленьких отростка торчали из его глазниц. Они шевелились и дергались, точно учуяли.

Ну, алхимик Сиклер, тебе капут. Зелье, которое он втюхал мне как отбивающее запах, амулет, который скрывает ауру и еще много какой фигни явно не действовали. Дышать становилось совсем тяжело. Не помогла даже усовершенствованная мною маска. Воздух в проклятых землях был тяжелый и ядовитый. Вдыхать лучше мелкими глотками, стараясь не сбиваться. Сколько было случаев, когда новички, забывая обо всем от страха, умирали от того, что разъедало гортань. Еще нужно каждые два часа глотать эликсир 'Чудо', который подлечивал раненое горло. Одно, но, таскать с собой кучу зелий тяжеловато. Я, конечно, тихо себя лечила, хорошо научилась применять печать Инсуу по назначению. Свет, который исходил от моей руки, был лучшим лекарством. Но после его применения нужно было драпать, куда-нибудь подальше. Потому что твари проклятых земель ужасно любили покушать светлых магов. Поэтому те, у кого было сильно выраженная светлая энергия, в проклятые земли не лезли. Биортон был все ближе, все-таки придется здесь немного пошуметь. Я активировала амулет на шее Тавра и указала на его неплохой меч. Управлялся с ним, певец умел хорошо. Жестами попросила сидеть на месте. Как бы мне это не нравилось, но с заказчиками нужно было держаться, вежливо почти нежно, блин. От напряжения закусила губу, здесь стихия земли не поможет. Мертво все вокруг. А сила хаоса, что витает в воздухе, словно хищник ждет еще жизненных подношений. Сгруппировалась, запрыгнула на осколок узора и упала прямо на паука. Твердый панцирь проткнула таилирами. В разные стороны брызнула мерзкая вонючая жижа. Саккараш словно тонкие хлысты легко отрезали конечности биортона. Уже мертвый паук упал на брюхо. Гулкие звуки, конечно, услышали другие биортоны. Мгновенная передышка и я мчусь к тому пауку что ближе. Главное, чтобы они