Соперница Аладдина - Шахразада

– Хусни, наставник… – Алим встрепенулся, глаза его горели от обиды. – Неужели вы думаете, что у меня не хватит сил, чтобы наказать глупого пришельца?

– Сил-то у тебя хватит, мальчик, в этом сомнений нет. Но вот хватит ли у тебя холодной рассудительности… Хватит ли внутреннего спокойствия, чтобы сделать это самым простым и надежным способом?

– Что может быть проще? Разорвать на тысячу бессильных людишек – да и все.

Наставник ухмыльнулся. Да, так когда-то попытались наказать его самого. Но он смог воспротивиться этому, успел поставить щит и остаться самим собой.

– Отложим все рассуждения до утра, мальчик. Думаю, на месте тебе будет виднее. А мы просто… будем прикрывать тебе спину, дабы еще дюжина кинжалов случайно не вонзилась в нее.

– Лучше позаботьтесь о школе, почтеннейший. Я опасаюсь, что этот чужак не совсем тот, кем мы его считаем. А если это лазутчик…

– Вот завтра на восходе ты это и проверишь.

Алим послушно склонил голову. Его беспокоила такая невозмутимость учителя. Но юноша понимал, что до высот знаний почтенного наставника ему еще расти и расти.

Алим ступил на камни у внешних стен еще до рассвета. Он чувствовал, что чужак стал ближе, однако по-прежнему пребывает в неведении, ожидая лишь одного, не слишком сильного соперника.

Где-то у самого края сознания юноша почувствовал теплое прикосновение – Хусни была рядом. Она умела преотлично прятаться. Прятаться во всех мирах, хотя, конечно, от его влюбленной души спрятаться не могла. Теперь Алим чувствовал, что готов ко всему. Не может же он упасть в грязь лицом, если лучшая из девушек мира рядом?!

Шаг, еще шаг, еще…

Теплые лучи солнца становились все ярче, внешняя стена школы удалялась все быстрее. «Ну, глупец, где же ты? Почему прячешься? Я же прямо перед твоим носом!»

– Воистину, прямо перед моим носом, – расхохотался высокий юноша, выходя из ниоткуда. – Но только это ты, долговязый дурачок, глупец. Ты, а не я…

Алим окинул противника всего одним взглядом. Однако теперь он знал, что перед ним враг во плоти. Из удивительного полуночного далека в теплые страны пожаловал кельтский колдун.

Надменность этих островных магов была преотлично известна всему магическому миру – они умели многое, но лишь то, что может быть дано одиночке. Они не представляли, как получать магическую помощь от друга, не знали, как многократно возрастает сила от помощи соратника, пусть даже и остающегося вдалеке. Точнее, они подозревали, что такое явление имеет место, но не использовали его и в расчет никогда не принимали.

Алим ухмыльнулся – да, именно эту наглость и надменность вчера он ощутил столь полно. Именно эту насмешку почувствовал. Ну что ж, знакомый враг всегда лучше незнакомого.

«Какой проти-и-ивный, – послышался голос Хусни. – Тощий, прыщавый, вонючий. Да он не мылся, похоже, добрую сотню лет…»

«Может быть, ему была предсказана смерть от воды?» – мысленно улыбнулся Алим.

Противник стоял перед ним. Однако юноша прекрасно видел, что тайна мысленного общения пришлому кельту неведома – и потому ни слов Хусни, ни его, Алима, ответа, он не чувствовал. Хотя, это тоже было весьма вероятно, полуночный гость и об общении таком не слыхивал никогда.

Хусни наверняка сейчас сморщила носик.

«Ну, вот мы его и умоем…» – подумал Алим. Но не успел сделать еще ни одного движения, как на друида обрушился настоящий водопад.

Тот закричал, попытался сотворить щит, который тут же был сметен новой порцией воды.

– Промок, незнакомец? – почти участливо спросил Алим.

Соперник пытался что-то ответить, но водопад лишь усилился – похоже, отвращение Хусни было куда больше, чем показалось Алиму.

– Ну хватит, красавица, – вполголоса проговорил юноша. – Дай мне потолковать с гостем… Он же утонет. А утонуть посреди пустыни несколько пошло. И недостойно столь могучего волшебника.

«Так и быть…» – ответила девушка.

– Да кто ты такой?! Да как ты смеешь?! – раскрыл рот незнакомец. – Я, великий маг, пришел сюда, чтобы вы покорились моей силе…

– Вот только помыться забыл, – пробурчал Алим.

Соперник задохнулся от гнева. Увы, сейчас юноше прекрасно было видно, что его вчерашние опасения оказались преувеличенными, и весьма сильно, – опасности колдун не представлял ни малейшей. Для магической школы, разумеется. Любой человек покорился бы такой магии, любое человеческое селение в единый миг признало бы его великим волшебником и своим повелителем. Но ученики великого Аль-Магеста, пусть и люди, но были весьма неплохими магами, чего этот надменный гость полуночи не видел и понять не пытался. Похоже, он был убежден в своем абсолютном превосходстве. И не пытался как-то изменить удобную картину мира.

– На колени, глупый волхв, – там временем вскричал пришелец. – Покорись моей силе! И не пытайся вновь перехитрить меня! Я-то знаю, что силы твои малы. Вижу, что для меня, великого мага, они более чем смешны. Здесь, на полудне, никто и ничего не умеет… Великое умение и великое знание присуще лишь нам, наследникам могучих волшебников, их выученикам и детям! Вы, полуденные крысы, даже слова магического правильно произнести не можете… На колени…

«Ох, как все запущено… – с некоторой даже грустью подумал Алим. – Полуночная школа знаменита своими магами и своей долгой историей, с этим трудно спорить… Но почему же ты, болтливый глупец, оказался здесь? Почему не остался у бьющего родника магических знаний? Быть может, ты проворовался… Или выставил наставника в неугодном свете… Вот и выгнали тебя прочь, как нашкодившего щенка…»

– Слушаю и повинуюсь, – проговорил Алим и опустился на колено. Так было куда удобнее собраться, да и при соприкосновении с матерью-землей силу поднимать было куда удобнее, чем брать из эфира.

– Опусти глаза, дремучий неуч!.. Внимай мне, только мне! Все, что ты знаешь и умеешь, – это лишь бледная тень полуночных знаний и умений! Готов спорить, твои учителя тебе запрещали даже прикасаться к магическому котлу…

«И зачем мне магический котел, дурачок? – пожал плечами Алим. – Думаю, что ты сейчас выболтал еще один свой секрет. Похоже, это ты оказался магом-недоучкой, полуколдуном, которого выгнали из-за длинного языка и полного неумения довести дело до конца. Полуночная школа, думаю, отказалась от тебя, отшатнулась, как от прокаженного. И теперь ты, глупец, пытаешься «нести свет» туда, где тебя должны бояться… Просто потому, что ты с полуночи, а мы нет…»

Это было весьма похоже на правду – пришелец все сильнее увлекался описанием своего могущества, своих знаний и своих связей с великими полуночными магами. Все распускал свой хвост. Только его слов Алим уже не слушал. Он видел истину – и этого было довольно.