Швейцарский сыр. Зачем корове колокольчик - Ольга Владимировна Остапенко

едят одну порцию, – заметила Жанна, указывая на соседний столик, – нам бы тоже хватило одной.

– У них не одна порция, а несколько в одной сковороде, – пояснила я.

Теперь я понимаю, что если пришла компания и заказала много разных блюд, то для начала можно взять немного фондю на всех, а потом при желании дозаказать. Или, если посетители уверены, что одной порции всем не хватит, сразу попросить несколько порций в одну сковороду. В общем, варианты есть. Но сковорода в любом случае будет только одна, так принято. И согласитесь, когда друзья вымакивают сыр из одной посуды, это сближает.

Среди приборов на столах лежали специальные вилки для фондю. По сравнению с обычными у этих были удлиненные ручки: чтобы насаживать кусочки хлеба и обмакивать их в сковороде, не обжигаясь о ее горячие края. От блюда исходил резкий кислый запах, и тут мы поняли, чем пахло внутри ресторана. Тем не менее, на свежем воздухе, где мы сидели, запах не был таким приторным и отталкивающим. Оказывается, так пахнет растопленный сыр. Будем знать.

Кстати, надо же сфотографировать блюдо! Ну и меня с блюдом. И вообще, лучше записать видео. Все-таки, я впервые в жизни пробовала знаменитое фондю из сыра Грюйер, а это как-никак знаменательное событие. Жанна приготовила камеру. Как говорится: «Камера, мотор!» Я в белой шляпке и черный очках торжественно продемонстрировала поедание фондю, а Жанна все талантливо засняла. Готово! Эх, надо было мне для демонстрации отломать кусочек хлеба поменьше и поаккуратнее. Он бы лучше поместился в мой небольшой ротик. И сыр бы так предательски не стекал во время съемки. Но первый раз, он и есть первый. Пусть так и останется в памяти и на видео.

– Может переснять? Я могу, – сразу предложила Жанна.

– Не надо, мы, итак, долго ждали, – ответила я, – Давайте уже есть! Жанна, присоединяйся! Людмила, хочешь попробовать фондю?

– Нет, спасибо. Я только пить хочу.

* * *

Фондю в переводе с французского означает «растопленный, расплавленный, тянущийся». Это национальное блюдо швейцарской кухни. Оно также популярно в странах, граничащих со Швейцарией: во Франции и в Италии. Готовят фондю на открытом огне в специальной жаропрочной посуде. Употребляют его обычно в компании. Как вы уже поняли, во время трапезы в полученную массу обмакивают хлеб. Но это может быть не только хлеб. Из всезнающей Википедии я почерпнула, что в растопленный сыр можно макать картофель, корнишоны, оливки и другие продукты. Только теперь мне стало ясно, почему в меню ресторана после строки «Фондю» дополнительными строками были выделены картофель и корнишоны. Чтобы их макать! Если честно, с трудом представляю себе вкус маринованных огурчиков в кислом расплавленном сыре. А вы пробовали?

Мы с Жанной быстро насытились хлебом с жидким сыром Грюйер. Фондю сам по себе очень калорийный, а белый хлеб увеличивает калорийность блюда в разы́. Вообще-то я давно не ем белый хлеб. Мой фаворит – черный бородинский. Иногда я могу побаловать себя, например, круассанами, но чисто белый хлеб не ем уже много лет, не люблю. Ради фондю я, конечно, в этот раз сделала исключение. После нескольких кусочков хлеба я поняла, что больше в меня не поместится, и что я больше ем хлеб, чем фирменный сыр. После всех наших стараний мы с Жанной одолели половину или даже треть сковороды, наполненной растопленным сыром. Людмила по-прежнему отказывалась разделить нашу трапезу. Вскоре Жанна сытно вздохнула и откинулась на спинку стула. Я посмотрела на желтую массу в сковороде и поняла, что сыр я еще в состоянии поесть, но только без хлеба. Среди предложенных нам приборов была столовая ложка, и я решила ей воспользоваться.

– Уж не знаю, ест ли кто-то фондю таким странным образом, но я буду есть, – зачерпывая полную ложку жидкого сыра, я принялась поглощать его просто так, без хлеба.

Мои подруги с ужасом в глазах воскликнули: «Он же такой калорийный!»

– И ладно! – отозвалась я, смакуя сыр в ложке.

– Кстати, а где мой кофе? – вдруг вспомнила Людмила.

– Разве ты заказывала кофе? – удивилась Жанна.

– Да, сок и кофе. Оля, спроси, пожалуйста, про мой кофе!

Людмила не говорила по-английски. Какие-то отдельные слова она знала, но, насколько я поняла, основательно языками не владела. Поскольку наша официантка никак не выходила, я обратилась к другой с вопросом про кофе. Та кивнула и навечно исчезла в здании. У нас оставалось достаточно времени до отъезда автобуса, так что мы не торопились, спокойно сидели под своим желтым навесом и болтали о том о сем.

Напротив нас тянулся ряд невысоких светлых домов со столиками на улице. Повсюду были расставлены яркие клумбы с одинаковыми красными цветами. На домах четкими буквами выделялись названия отелей и ресторанов. Возле одного из них вдруг заиграла музыка, там появились молодые ребята и стали показывать акробатические номера. Люди, прогуливающиеся рядом, подошли ближе. А мы просто сидели за своими столиками и наблюдали за выступлением акробатов на расстоянии. Я наслаждалась музыкой и красивым шоу. Был прекрасный солнечный день: светло, тепло, приятная мелодия, артисты, цветы.

– Оля, где же мой кофе? – Людмила моментально вывела меня из романтического состояния. Все мое внимание переключилось внутрь нашей террасы. Веселые и расслабленные люди сидели рядом с нами, наслаждаясь своими блюдами, беседой и музыкой. Официантов не было. За соседним столиком у посетителей были полные тарелки овощей и стояла необычная деревянная конструкция с нарезанными сырами.

– Вот, что надо было заказывать, – вздохнула Жанна.

– Ты разве не наелась? – спросила я.

– Наелась.

– Мы же хотели попробовать фондю. Вот и попробовали.

– Ну да, – лицо Жанны выражало смешанные чувства. Такое бывает, когда человек сам еще не понял, понравилось ему или нет.

Если честно, фондю – конечно, блюдо на любителя. Вкус специфический, запах тем более. Но я была рада, что попробовала. Мы же все-таки в Швейцарии. И не просто в Швейцарии, а в само́м Грюйере. Сыр – можно сказать, визитная карточка города. Только в другой раз к фондю я бы взяла картошку или какие-то овощи, чтобы обмакивать в сыр не хлеб. С хлебом для меня чересчур сытно получается.

– Похоже, свой кофе я не дождусь, – начала переживать Людмила.

– Что-то с кофе у тебя не ладится, – заметила я и рассказала Жанне ту историю про капучино со льдом.

– Но я хочу кофе! – воскликнула Людмила, теряя терпение.

Наконец из помещения вышла наша пожилая официантка, неся тарелки с едой для гостей за соседним столиком. У меня все не получалось ее подозвать, потому что она к нам не поворачивалась. Но когда она, так и не глядя на нас, уже собиралась снова уйти в здание, Людмила громко крикнула: «Мадам, мой кофе!»

Пожилая мадам подошла и удивленно заметила, что мы