Рандеву с водяным - Дарья Калинина

Гешкин притон просуществовал примерно три года. В нашем районном отделении милиции у Гешки работали два его приятеля, которые за малую мзду закрывали глаза на Гешкины художества. Но наконец поток жалоб соседей перевесил чашу терпения, и Гешку арестовали. Обрадованные, должно быть, родители тут же поспешили продать освободившуюся квартиру. И таким образом в квартире появился новый сосед — Михаил, который сразу же начал водить проституток, а потом попал в больницу.

— Нехорошая квартирка, — выразила нашу общую мысль Мариша. — Как бы ее вредная атмосфера на рыбках не сказалась. Пошли, хоть посмотрим на них, пока они еще живы.

И мы пошли. Рыбки плавали в своем аквариуме, и не было похоже, что они чем-то всерьез обеспокоены.

— Вид у них вполне здоровый! — заметила я.

Мариша не ответила. Она глазела на аквариум, обходя его со всех сторон. И даже попыталась заглянуть под днище, но ей это не удалось, так как аквариум стоял прямо на полу.

— Осторожно! Расплещешь! — испугалась я, когда Мариша попыталась приподнять один край аквариума, чтобы посмотреть, что у него снизу.

— Да ладно тебе! — возмутилась Мариша. — Должна же я их хорошенько рассмотреть. Иначе как мы с тобой выясним, что это за порода. И чем ее кормить. И вообще, как за ней ухаживать.

— А разве их всех кормят не одинаково? — наивно спросила я.

Но Мариша меня высмеяла.

— Ты даже не знаешь, хищники твои рыбки или питаются планктоном, всякими там другими рачками или водорослями, — сказала она.

На это я уж точно не могла ничего возразить. Мариша смоталась ко мне в квартиру и вернулась обратно с толстенной книжкой, каждая страница которой была испещрена картинками с экзотическими рыбками.

— Кажется, они похожи на фуоней, — сказала Мариша. — Но я не уверена. Потому что, если это фуони, то тут у нас собрались одни самки.

Что же. По крайней мере теперь стала ясна печать задумчивой печали, застывшей на физиономиях наших рыбок. Несладко провести свою короткую жизнь в обществе порядком надоевших подруг. И когда на всем обозримом пространстве нет ни одного мужчины, пусть даже самого плохонького.

— А чем их кормят? — спросила я. — Этих фуоней?

— Не знаю, — пожала плечами Мариша. — Эта книжка на английском. Британское издание. А в качестве питания для фуоней тут приводятся готовые кормовые смеси, которые мы вряд ли с тобой найдем в наших зоологических магазинах. И еще тут написано, что в разное время фуоней нужно кормить разными, специально предназначенными для данного периода кормами.

— Чего? — переспросила я.

— Для каждого времени года у них должен быть свой корм, — объяснила мне Мариша.

— Ужас! — сказала я. — А как узнать, какой у них сейчас период?

— По раскраске, — сказала Мариша. — Сейчас им нужен корм с сухими червячками, мотылем и прочим. То есть сейчас они плотоядны.

— То есть, если мы их не покормим, то они могут начать жрать друг друга? — испугалась я.

— Кто их знает, — пожала плечами Мариша. — Судя по цене, по какой продаются эти фуони, такие эксперименты вряд ли на них кто-то отважится проводить.

Я заглянула Марише через плечо и присвистнула при виде трехзначной суммы со значком на конце. Значок этот мне был хорошо известен и обозначал фунты стерлингов. Самую дорогую из известных мне валют. Даже стоимость одной рыбки могла здорово подорвать мой бюджет.

— Скорей побежали за кормом! — заволновалась я. — Пока они друг на друга не набросились.

И мы поспешили вниз, где нас ждал Маришин «Опель». Занимательную книжку Мариша прихватила с собой. Так что за руль пришлось сесть мне, а Мариша всю дорогу продолжала читать статью про фуоней. На рынке, куда я домчалась самостоятельно, потому что Маришу невозможно было оторвать от книги, было полно различных кормов для рыбок. Были и сухие смеси. Но я ради эксперимента взяла каждого корма по чуть-чуть. Решив, что рыбки сами выберут, что им больше по вкусу.

— Тут еще написано, что самки фуони долго не могут проводить время в воздержании, — сообщила мне Мариша, когда я вернулась в машину с многочисленными пакетиками.

— Что? — спросила я. — Что ты имеешь в виду?

— Трахаться им нужно, вот что! — сказала Мариша. — В принципе, фуони когда-то были двуполыми. Но в процессе эволюции у них в организме что-то сдвинулась. В общем, без занятий сексом они хиреют, самки пытаются превратиться в самцов или наоборот, но что-то у них в организме разлаживается, и они дохнут, так и не доведя дела до конца.

— Ужас! — только и смогла сказать я во второй раз.

Никогда бы не подумала, что уход за рыбками — это такое хлопотное дело.

— И что ты мне предлагаешь? — спросила я. — Поискать нашим дамам сексуального партнера? Вернемся на рынок? Может быть, там продаются самцы фуоней?

— Вряд ли тут мы его найдем, — покачала головой Мариша. — Из-за дороговизны и прихотливости в содержании эти рыбки очень редки.

— Еще бы, — проворчала я. — Да еще возни с ними сколько. Лично я ни за какие деньги этих неврастеников, которые чуть что меняют пол, у себя держать не захотела бы.

— Но ничего. Тут написано, что у фуоней на родине, в Китае, приступ сексуальной активности наступает только вследствие установившейся хорошей погоды и, соответственно, прогревшейся до нужной температуры воды.

Как только Мариша произнесла эту фразу, у меня от ужаса в голове помутилось. Потому что я кое-что вспомнила. А именно: аквариум стоял как раз напротив окна. И вообще-то оно у Михаила было занавешено плотными шторами. А я дура, когда гуляла по вверенной моему попечению квартире, эти шторы раздвинула. И теперь на аквариум уже, наверное, битых полчаса светит яркое солнышко. А вдруг оно прогрело воду до нужной температуры, и сейчас мы вернемся и найдем в аквариуме десяток дохлых, наполовину поменявших пол фуоней?

— Поехали домой! — закричала я. — Случилось страшное!

— Что случилось? — недоуменно спросила Мариша. — Что за спешка?

Но я, не отвечая, жала на газ. Поняв, что внятного ответа она от меня не дождется, Мариша снова уткнулась в свою книгу. Ни слова не говоря, я вырвала у нее из рук мерзкую книжонку и закинула ее далеко на заднее сиденье.

— Эй, ты чего? — удивилась Мариша.

— Не хочу ничего больше знать про этих мерзких рыб! — рявкнула я. — Потому что, если выяснится, что они живут только в дистиллированной воде или требуют присутствия возле себя какого-нибудь редкого вида аквариумного растения, я окончательно рехнусь.

— Вообще-то я как раз дошла до того места, где сказано, что воду в аквариуме нужно менять не реже одного раза в неделю, — необычайно робко для нее сказала Мариша.

— И что еще? — не удержалась я. — Говори уж, я же вижу, что ты что-то хочешь добавить.

— И что перед этим водопроводная вода должна отстаиваться не меньше двух недель, хотя другие породы рыбок согласны поселиться в воде, которая постояла всего несколько дней, — сказала Мариша и добавила: — Я имею в виду… их британская водопроводная вода.

Тут мне стало по-настоящему плохо. Голова у меня к этому времени была основательно забита странностями фуоней. И я серьезно принялась думать над проблемой добычи подходящей воды для наших рыб. Но, сколько я ни ломала голову, я никак не могла взять в толк, где раздобыть сподвижника, который бы раз в неделю мотался в Лондон за их водопроводной водой. И как объяснить таможенникам, зачем нам нужна эта самая вода.

— Боюсь, что с этим на таможне возникнут проблемы, — бормотала я себе под нос.

— Что ты там бормочешь? — спросила у меня Мариша.

Я не ответила, потому что к этому времени мы уже доехали до дома. И я бросилась наверх. В дверях сороковой квартиры торчала какая-то бумажка, но мне было не до нее. Открыв дверь, я метнулась к аквариуму и издала вздох облегчения. Рыбки были живы и, насколько я понимала, менять пол и ориентацию в ближайшее время не собирались. Плавали себе по воде и лениво шевелили плавниками. Я поспешно задернула тяжелые темные шторы на окне и присела на пол, чтобы отдышаться.

— Ну как? — послышался у меня за спиной голос Мариши.

— Пока все в порядке, — сказала я. — По крайней мере, с рыбками. Они живы.

Потом я вспомнила про корм и начала сыпать по щепотке в специальную плавающую на поверхности кормушку. Рыбки оживились и поспешили к столовой. После ряда проб выяснилось, что они охотней всего уминают сухих беленьких червячков, но не брезгуют и любой другой пищей, которую мы им сыпали. Не знаю, как это могло сказаться на их здоровье, но жрали они в три горла.

Кроме того, тут же появилась радостная новость. Кроме самок, в аквариуме плавало еще и три самца. Просто раньше мы их не заметили из-за обилия зеленых растений в аквариуме и ракушечного замка. Мариша тут же сказала, что самцы фуоней любят одиночество и не склонны к общению с самками, кроме того периода, когда тем наступает время метать икру.