Мирра. Роман - Виктор Пятницкий

Мирра посылала деньги матери. Она сказала ей, что теперь работает продавцом в магазине модной одежды. Однажды мать нагрянула к ней с визитом на пару дней. Мирра взяла выходные и тряслась от страха, боясь, что мать всё узнает про неё. Это потом она поняла, что в Москве можно спрятать стаю слонов и самые страшные и грязные тайны, о которых никто никогда не узнает. Другое дело города поменьше. Её опасения были напрасны, но мать почувствовала её нервное поведение. Она подумала, что дело в мужчине. Она почти угадала. Только дело было не в мужчине, а в мужчинах. Знала бы она сколько их у дочери было. Дочь сама уже сбилась со счёта. Мирра на это сказала матери, что она дружит с неким мужчиной Вадимом, но у них пока ничего серьёзного не было. Она якобы присматривается к нему.

Через три месяца Мирру начали мучать угрызения совести. Она спасалась тем, что ходила в церковь и молилась там о своём спасении и просила прощения у бога. Потом она сделала загранпаспорт и полетела отдыхать в Грецию. Так она узнала, что наш мир большой и есть в нём такие местах, в которых всё обстоит всё совсем по-другому, не как на родине. Некоторые девчонки из борделя мечтали смотаться навсегда из России куда-нибудь заграницу, лучше в Европу, Штаты, Канаду или Австралию. Они были во многих странах и сравнивали их. Эта идея не очень нравилась Мирре. Она понимала, что никогда не выучит иностранный язык хорошо. И потом для переезда надо было скорее всего выйти замуж за иностранца, какого-нибудь старика или урода, а таких типов она насмотрелась на работе. Она совсем не хотела замуж. Не было у неё такого стремления и всё. Даже за Ди Каприо или Брэда Питта. Зачем? Мужикам нужен секс, а ей нет, разве что изредка для здоровья.

Девочки в борделе менялись часто, кто-то уезжал отдохнуть и не возвращался, предпочтя работу в другом месте; кто-то наоборот возвращался после долгого перерыва. Много новых лиц. Мирра ни с кем так и не подружилась толком. Общалась, не закрывалась, старалась быть открытой, но близко к себе никого не подпускала. В борделе появилось знакомое лицо. Ксюша была из Ярославля. Она училась в одной школе с Миррой на два класса младше. Когда Мирра увидела её, она испытала шок и острый укол в сердце. Они были незнакомы, но видели друг друга. Ксюша тоже растерялась. Через пару минут Мирра собралась духом и отвела землячку в сторонку для откровенного разговора. Она рассказала о всём, что ей предстоит испытать, если она останется здесь, на что Ксюша только спросила:

– А с бабками не обманывают?

Она имела в виду о большом заработке, обещанном работодателями. Описание ужасов, описанных Миррой, кажется, на неё не произвели никакого впечатления. Ксюша была блондинкой кукольного типа, что-то вроде Даны Борисовой, но только с более грубым голосом и более резкими движениями. Мирра тогда уже имела в месяц около сотки тысяч рублей.

– Всё будет от тебя самой зависеть, – сказала Мирра.

– Тогда я согласна, – решила Ксюша.

Денег у Ксюши не было совсем, и она собиралась жить в борделе первое время. Мирра пожалела её и поселила временно у себя. Как часто бывает временное стало постоянном. Вдвоём дешевле было платить за жильё – экономия. Ксюша была развита интеллектуально и духовно ещё меньше чем Мирра. Она не любила читать и думать о чём-то серьёзном. Единственное что её интересовало – это деньги, тачки и шмотки. Церковная литература в квартире, которую Мирра приносила из церкви вызывала в уме практичной Ксюше бурю непонимания и недоумения.

– А, что бог говорит о проституции? Это как-то помогает добиваться в жизни успеха?

Ксюша задавала много глупых вопросов по поводу церкви, на которые у Мирры не было ответов.

– Хочешь, пойдём со мной, может быть, поймёшь, зачем мне это нужно, – предложила однажды Мирра.

Ксюша согласилась, но испугалась перед входом в церковь и убежала. Она ждала Мирру на улице.

– Что с тобой было? – спросила Мирра, когда вышла из церкви.

– Не знаю, мне страшно, боюсь чего-то.

У Мирры время от времени появлялись клиенты из Ярославля. Они сами говорили об этом. Она их не знала или не помнила. Они тоже не знали её. Она говорила им, что она из Подмосковья, из Зарайска. Встречи с земляками пугали её. Она понимала, что тут может встретиться с кем-нибудь из знакомых. Так и получилось. Его звали Вадим. Он был из параллельного класса. Вадим знал её. Они случайно пересекались в каких-то компаниях и на мероприятиях. Вадим был сильным, светловолосым, немного полным. Оказалось, что он служил в полиции оперативником, приехал в Москву по служебным делам и решил устроить себе досуг. Вадим выбрал её. Он вёл себя невозмутимо, спросил: «Как дела?», поинтересовался: «Нравится ли тебе тут?» На что Мирра пролепетала:

– Что тут, может быть, хорошего?

– А ты мне нравилась ещё в школе. Не думал, что смогу с тобой перепихнуться в такой необычной обстановке.

Он был немного груб, но не требовал чего-то слишком извращённого. Потом он лежал голый на кровати на спине, закинув руки за голову и рассказывал про свою жизнь. Он женился и имел уже ребёнка, хвастался, что у него красивая жена, но одновременно жаловался на то, что она не любит у него брать в рот. Вадим был сама простота. Он закончил какой-то техникум и был уже лейтенантом. В полицию его устроил родственник. В провинции было престижно служить в полиции или армии, не то что в Москве. Такие мужчины там котировались среди женщин. Вадим под конец предложил:

– Не оставишь телефончик, можно будет встречаться в более приятной обстановке?

Мирра быстро нашлась:

– Ой, нет, сейчас не могу, я собираюсь менять оператора, этот совсем невыгодный. Оставь свой на всякий случай.

– Я, вообще-то женат. Позвонишь, жена может заметить непонятный номер.

– Тогда не судьба.

Мирра поняла поведение Вадима. Он был типичный прагматик-карьерист. Его она интересовала сугубо, как выгодное вложение. Тело, которым можно будет попользоваться при удобном случае, если завести с ней нормальные отношения.

Через какое-то время Мирре её работа даже начала нравится. А, что такого? Известно, что мужикам нужен секс, так почему бы не поиметь с них за эту их животную сущность. Да бывает мерзко и неприятно, но, когда воображение рисует сотку рубасов в месяц, приходит осознание, что на всё плохое в работе можно закрыть глаза. Где она ещё может заработать столько денег?

Не обходилось в работе и без опасных инцидентов. Юра был худым среднего роста брюнетом с лысиной, с овальным осунувшимся лицом. Он был юристом. Лет ему был слегка за пятьдесят. Пришёл он в первый раз в шляпе, строгом костюме, плаще, с кейсом. Несмотря на свою невыразительную внешность, он держал себя гоголем. Голый он напяливал на ноги длинные шерстяные красные носки. У него был пунктик, он любил комментировать секс. Это его заводило. Когда он менял позу Мирры, он мог потребовать:

– Блядь, ты чего так долго ноги раздвигаешь, давай быстрее.

Он мог сделать комментарий типа:

– Ты чего сучка прикидываешься мёртвой? Только не говори, что тебе это всё не нравится.

Юра хотел, чтобы Мирра подыгрывала ему; тоже комментировала, огрызалась или говорила всякие непотребные фразы и словечки. Мирра стеснялась. Во время второй их встречи она попробовала ему подыграть. Ей это казалось смешным, а Юра распалялся всё сильнее. Во время их пятой встречи Юра пригрозил ей прямо во время секса:

– Гадина, если ты не станешь моей женой, я тебя убью.

Мирра восприняла это, как элемент игры, но оказалось, что Юрий не играл и не шутил. По окончании сеанса, одеваясь в свой костюм, он заявил:

– На следующий неделе пойдём в загс, будешь жить у меня. Сегодня же уволишься из этого грёбанного борделя.

Тогда Мирра напряглась.

– Ты поняла меня? – строго спросил Юрий.

– Я должна подумать.

– Ты издеваешься надо мной?

– Тебе уже пятьдесят наверно, а мне всего двадцать три года.

– И чего? Кому ты нужна? Ты же шлюха. Подумай о своём будущем. Или ты хочешь всю жизнь прокувыркаться в кроватях с уродами, а потом, когда потеряешь товарный вид, выйти на дорогу, где тебя будут иметь грязные водилы и чумазые крестьяне во все дырки?

– Я не могу так сразу.

– Всё, хватит, этих блеяний: не могу, не знаю. Я не терплю, когда мне говорят: нет. Значит, делаем так.

Юрий сел в кресло и продолжил.

– Увольняешься из этой блядской дыры и послезавтра мы встречаемся где-нибудь в кафе, чтобы обсудить вопросы подачи заявления в загс и свадьбы. Впрочем, я думаю свадьба необязательна. Ты, как думаешь?

Мирра пожала плечами.

– Не ссы, девочка моя, прорвёмся. Ты девочка глупая, и тебе нужен наставник, хороший наставник. Я буду за тебя думать и решать все твои проблемы.

Он не шутил и не играл. Мирра поняла это. Она уже несколько узнала его характер. У него был её номер телефона, так как он был её постоянным клиентом, а постоянным клиентам было принято давать свои номера телефонов для согласования будущих встреч. Он ей совсем не нравился, психопат и извращёнными наклонностями, возомнивший себя кем-то вроде Марлона Брандо или Аль Пачино с внешностью серого неприметного клерка. Что будет, если она не пойдёт с ним в загс? Почему у него нет жены? Потому что он псих и извращенец. Какой он муж? Будет ли он о ней заботиться и давать деньги? Это, конечно, можно всё обсудить, но Юрий, кажется, не любит обсуждений и возражений. Мирра рассказала всё менеджеру Светлана. Светлана курила часто. Пепельница на столе на маленькой кухоньке была полна окурков с помадой на фильтре. Выслушав Мирру, Светлана села за стол и снова закурила.