Искусная в любви - Мэри Бэлоу

Джентльмен обернулся, поклонился аудитории, а затем широко улыбнулся Виоле, которая смеялась и хлопала, считая это самым веселым моментом праздника – Полагаю, что это, – сказал он, указывая на ее ромашки, – принадлежит мне. – Виола тихо стояла, пока он вынимал маленький букетик цветов из ее волос. Его смеющиеся темно-карие глаза пристально вглядывались в нее. Его кожа выглядела бронзовой от загара. Он поднес ромашки к губам, грациозно поклонился и вдел их в петличку рубашки.

– Проявление расположения леди – у меня на груди, – тихо произнес он. – Чего еще я могу ожидать на сегодняшний день?

У нее не было шанса ответить на этот откровенный флирт Рядом раздался сердечный голос его преподобия Прюэтта.

– Браво, сэр! – воскликнул он, выступая из толпы и протягивая правую руку для приветствия. – Позвольте сказать, что вы молодчина. Пойдемте на лужайку возле церкви, моя жена нальет вам чашку чаю, а я тем временем расскажу, на какие нужды пойдет ваше щедрое подношение.

Незнакомец улыбнулся Виоле и с явной неохотой последовал за священником.

– Я почувствовал огромное облегчение, – проворчал Клейпол, подхватывая Виолу под локоть, – когда его преподобие закончил эту вульгарную сцену, мисс Торнхилл, так как пари касалось вашей персоны. Это было неприлично. Сейчас, полагаю…

Виола не дала ему высказаться.

– Мне кажется, сэр, – сказала она, – ваша матушка вот уже десять минут призывает вас к себе.

– Почему же вы не сказали мне об этом раньше? – воскликнул Клейпол. Он бросил взгляд в направлении церкви и, не оглядываясь, заспешил туда. Виола посмотрела на Ханну, которая стояла рядом, и, подняв брови, громко рассмеялась.

– Мисс Ви, – сказала пожилая женщина, качая головой, – он красив как бог, но очень опасен, если вас интересует мое мнение.

Было совершенно очевидно, что она имела в виду не мистера Клейпола.

– Он всего лишь незнакомец, проезжавший мимо, Ханна, – ответила Виола. – Но разве его пожертвование не было щедрым? Двадцать фунтов! Мы должны радоваться, что он остановился в Треллике. Теперь я собираюсь узнать свое будущее.

«Все предсказательницы одинаковы», – думала она некоторое время спустя, выходя из палатки гадалки. Эта цыганка славилась тем, что могла замечательно точно предсказать судьбу.

– Остерегайся высокого темноволосого красивого незнакомца, – сказала она, посмотрев в свой хрустальный шар. – Он может погубить тебя, если ты прежде не похитишь его сердце.

Надо же – высокий, смуглый и красивый. Что за непонятное совпадение! Виола улыбнулась малышу, который остановился, чтобы показать ей свой новый волчок.

Потом она снова заметила незнакомца, направлявшегося с церковного двора к конюшне, принадлежащей гостинице. Он, как видно, намеревался отправиться дальше, пока не стемнело.

Высокий, смуглый, красивый незнакомец. Она тихо засмеялась.

На западе уже опускалось солнце. Виола услышала, как перед гостиницей музыканты настраивали инструменты.

Двое мужчин проверяли, не переплелись ли ленты на майском дереве. Она наблюдала за ними, испытывая смутное томление. Танцы вокруг столба были кульминацией майского праздника. Но именно в этом развлечении она не будет принимать участия. Леди могла наблюдать за танцами, но считалось неподобающим участвовать в них.

Однако это не имело значения! Она будет наблюдать и радоваться жизни, как и в прошлом году во время ее первого майского праздника в Треллике. Тем временем Виолу ожидали на обед в доме священника.

Когда Виола вышла из дома его преподобия, наступили сумерки и с трех сторон зеленой лужайки разожгли костры, чтобы осветить место для танцев. Скрипачи уже наигрывали зажигательные мелодии, и молодые люди весело кружились вокруг майского дерева. Виола отклонила предложение сопровождать его преподобие и миссис Прюэтт в их прогулке вокруг лужайки. Вместо этого она направилась в опустевший церковный двор, чтобы насладиться зрелищем в одиночестве.

Стоял редкий для весны теплый вечер. Она накинула на плечи шаль, хотя в этом не было нужды. Ее шляпка, возможно, все еще находилась на заднем ряду скамеек в церкви. Горничная Ханна, в прежние времена бывшая няней Виолы, расчесала перед обедом ее волосы, перевязала лентой и оставила их распущенными. Так было свободнее, Мистер Клейпол закатил бы скандал, увидев Виолу в таком виде, но, к счастью, он с наступлением сумерек отправился провожать домой мать и сестру.

Скрипки смолкли, и танцоры отошли к краям лужайки, чтобы перевести дух и выбрать новых партнерш. Подняв голову, Виола увидела на небе почти полную луну. Небо было усыпано звездами, словно бриллиантами. Она глубоко вдохнула чистый воздух, закрыла глаза и про себя произнесла благодарственную молитву. Кто бы мог предположить два года назад, что она когда-нибудь будет жить в таком месте? Что она сроднится с этими местами, будет принята и любима всеми окрестными жителями? Ее жизнь могла бы повернуться совсем по-иному, если бы…

– Итак, почему вы прячетесь здесь, – раздался голос рядом, – а не танцуете вместе со всеми?

Виола открыла глаза. Она не видела и не слышала, как он подошел. Виола заметила днем, как он направлялся к конюшне гостиницы, и была уверена, что незнакомец давно уехал. Она тогда долго уверяла себя, что совсем не разочарована. Да и на что она могла рассчитывать? Он был необычайно привлекательным мужчиной, который, случайно проезжая мимо, немного пофлиртовал с ней и получил в награду букетик ромашек.

Однако теперь он стоял перед ней, ожидая ответа. Виола не сразу поняла, о чем он ей говорит.

– Вам следует танцевать…

Это было бы прекрасным окончанием великолепного дня.

Покружиться вокруг майского дерева, потанцевать с красивым незнакомцем. Виола даже не знала, кто он. Она хотела, чтобы окутывающая его тайна сохранилась и позже можно было вспоминать этот день с безмятежной радостью.

– Недоставало подходящего партнера, сэр, – сказала она. И затем, понизив голос, безрассудно добавила:

– Я поджидала вас.

– Неужели? – Он протянул ей руку. – Что ж, я к вашим услугам!

Виола небрежно сбросила шаль на траву и взяла его за руку. Он сжал ее пальцы и повел к лужайке, где уже возобновились танцы.

Все, что происходило дальше, напоминало прекрасную сказку. Лужайку освещало мерцающее пламя костров. Воздух был наполнен острым запахом горящего дерева. Молодые люди уже вели в круг своих партнерш и брались за разноцветные ленточки, свисавшие с майского дерева. Незнакомец сумел поймать две ленты и вложил одну в руку Виолы, в темноте блеснули его крепкие белые зубы. Затем скрипки заиграли веселую мелодию, и танцы начались – последовали легкие, замысловатые шаги, движение по часовой стрелке, кручение и приседания, причем ленты переплетались, а затем чудом расплетались вновь, твердый пульсирующий ритм музыки сливался с бегущей по жилам кровью; над головой кружились звезды; огонь от потрескивавших в кострах дров то погружал лица партнеров в тень, то освещал радостное оживление на них. Стоящие по краям лужайки зрители хлопали в такт скрипкам и движениям танцующих.