Логово дракона - Кэтрин Джордж

— Все, что мне нужно, — без конца твердила она, — это сделать по-настоящему удачный ход, чтобы подняться в его прекрасных голубых глазах.

Диана чувствовала, что на сей раз удачный ход найден. Но ей необходима помощь сестры.

— Ты что, свихнулась? — закричала в телефонную трубку Наоми. — Ничего я не буду делать.

Но отказом Диану не напугаешь. И даже когда Наоми бросила трубку, она схватила такси и уже очень скоро, удобно развалившись в кресле в квартире у сестры, продолжала ее убеждать. Наоми была готова взвыть от отчаяния.

Теоретически план был очень прост. От Криспина Дакра Диана узнала, что уэльский художник отказался пользоваться услугами биографа. Он поставил издателям условие: или он сам пишет свою биографию, или пусть «Диадема» идет к черту.

— Только мне кажется, он не мог сказать «идет к черту».

Наоми сверкнула глазами на сестру.

— Мне глубоко наплевать, что он там сказал. Не меня же он послал.

Диана продолжила свой рассказ. «Диадеме» пришлось согласиться с требованиями Брана Ллевеллина, и теперь они должны обеспечить его секретарем для работы над книгой. Криспин убедил своего приятеля-редактора дать эту работу Диане. Похоже, художник не может уделить много времени этому проекту, согласно которому должно появиться роскошное издание с некоторыми биографическими подробностями частного характера, иллюстрированное цветными репродукциями его картин.

— Это же сногсшибательно! — восторгалась Диана. — Только подумай, какую статью я могла бы написать, если бы действительно провела пару недель у него в доме, но, Наоми, я не могу.

— Почему?

— Всё за то, чтобы поехать, но сейчас я никак не могу оставить «Кроникл». Понимаешь, помощник Крейга переходит в «Финансовые известия», и у меня появился реальный шанс занять его место. А если бы у меня получилась статья о Ллевеллине, работа точно будет у меня в кармане. — Она поморщилась. — Ты же знаешь, Бран Ллевеллин журналистов на дух не переносит. — Она повернулась к Наоми с обольстительной улыбкой. — Тогда как ты, кисенок, совершенно далекий от прессы человек, прекрасно печатаешь на машинке и, что важнее всего, располагаешь тремя неделями отпуска.

— Который я не собираюсь проводить, работая как каторжная в Черных Горах, — живо отрезала Наоми.

— Откуда ты знаешь, где он живет? — поинтересовалась Диана.

— Сказал портье. Но где бы он ни жил, я намерена держаться от него подальше.

В карих глазах Дианы отразилась мольба.

— Даже если от этого зависит вся моя жизнь?

— Не пори ерунды!

— Нет, правда. Если у меня получится сенсационное интервью с Браном Ллевеллином, то уверена, Крейг будет…

— То есть как это «у тебя получится»? — жарко возразила Наоми. — Ты же хочешь, чтобы это сделала я, но я пас. Я собираюсь поехать домой и провести чудную неделю в лоне семьи, а потом отправлюсь в прелестное путешествие в Озерный край дышать свежим воздухом, причем совершенно одна… — Она замолчала. — Ну что ты так на меня смотришь? — подозрительно спросила она.

— Мне не хотелось бы напоминать тебе, — горестно сказала Диана, — но вспомни: когда ушел Грег, кто собирал тебя по кусочкам?

— Ты, — промямлила Наоми, сразу скиснув.

— Вот именно. И я счастлива была это сделать, потому что ты нуждалась во мне. — Страстная мольба в глазах Дианы могла бы растопить лед. — Ну вот, сестренка, без тебя мне не обойтись. Прекрасно понимаю, что это смахивает на психологический шантаж, но, умоляю, скажи, что ты сделаешь это для меня. Пожалуйста! Это только на пару недель. Возможно, мое счастье, все мое будущее зависит от тебя.

Наоми в отчаянии смотрела на сестру.

— Как я жалею, что вообще рассказала тебе о столкновении с Браном Ллевеллином в Кардиффе. С тех самых пор тебя мучает навязчивая идея — взять у него эксклюзивное интервью. — Она тяжело вздохнула, отворачиваясь от молящих глаз Дианы. — Конечно, я сделаю это. Если это так важно для тебя, разве у меня есть выбор?

Диана обвила Наоми руками и так крепко прижала к себе, что та чуть дух не испустила.

— Ты ангел, я знала, что на тебя можно положиться. Теперь все, что тебе нужно, — это записать на кассету краткую информацию о себе и послать в издательство. А приятель Криспина Майлз Хей передаст ее прямо Брану Ллевеллину.

— Кассету? — взорвалась Наоми. — Ты что, шутишь?

Диана пожала плечами.

— Я что, виновата, что этот бедняга такой эксцентричный — возможно, потому, что валлиец. Он предпочитает кассету, а не письменное заявление. Ну не хмурься, — со вздохом добавила она, а потом ласково посмотрела на Наоми. — Кисуля, я никогда раньше не обращалась к тебе за помощью.

Это было неопровержимой правдой, и потому на следующий день Наоми сделала запись, чувствуя себя чрезвычайно глупо, и отправила кассету Майлзу Хею, в полной уверенности, что Брану Ллевеллину ее голос не понравится. Но через три дня пришло письмо от редактора, который сообщал, что рад предоставить ей временно должность секретаря. В письме была упомянута такая зарплата, от которой у Наоми перехватило дыхание. Не позднее среды она должна была подтвердить свой выезд в «Логово Дракона».

— Должно быть, Брану Ллевеллину понравился мой голос, — кратко сообщила она по телефону Диане.

На какое-то мгновение на другом конце провода воцарилась тишина.

— Это судьба, — сказала сестра с благоговейным трепетом. — Наоми, я никогда не забуду этого.

— Уверена, что я тоже, — ответила Наоми. — Единственное утешение — фантастическая зарплата, которая ни в какое сравнение не идет с теми грошами, что мне платит Руперт. — Ее голос несколько смягчился. — Конечно, ты была со мной, когда я в тебе нуждалась, но все равно ты должна мне отпуск.

— Если все получится, оплачу тебе поездку на Багамы, — пообещала Диана. — И клянусь убедить Руперта отпустить тебя на это время.

— После пребывания в логове дракона отдых мне не повредит.

— Где?

— В доме Брана Ллевеллина. Название его дома «Гуал-э-Дрэг», что в переводе с валлийского означает «Логово Дракона».

— Мне не нравится это название. Как только доберешься, тут же позвони и оставь номер телефона, — приказала встревоженная Диана. — И убедись, что держишь его на расстоянии вытянутой руки.

— Не глупи! — рассмеялась Наоми. — Он, вероятно, и не заметит, что я буду постоянно у него под носом.

— Это ты глупишь. Интересно, а он вспомнит тебя?

— Сильно в этом сомневаюсь. Да, кстати, Крейг знает, что я еду туда?

— Конечно, нет! А ты никому не сказала?

— Не бойся. Руперт меня тут же уволил бы. А все остальные знакомые просто решили бы, что я сошла с ума.