Украинский синдром - Ирина Голаева

Так уж получилось, что большинство семей в двух новоявленных странах поделены на половины, четверти, трети. Кровь во всех нас до того перемешалась, что уже не понять, где украинское, а где русское. Только паспорта еще вносят какое-то разграничение. И то настолько условно, что мы больше верим своим внутренним чувствам и пониманию, чем паспортам. Да и как не верить, когда родители, мужья, деды, тети вдруг в одночасье, в 1991 году оказались по разные стороны границы. Их так и не спросили, хотят ли они этого. Даже итоги народных референдумов не остановили ельциных, кравчуков и шушкевичей в стремлении скорее отделиться от прежнего сосуществования, разделив шкуру медведя на части. Да, впрочем, ни для кого сегодня уже не секрет: решали совсем не они, а их заокеанские покровители, которые с трепетом и страхом смотрели на происходившее в огромной и великой стране на заре девяностых. Кукловоды были со звездно-полосатой пропиской. А руки, исполнители — наши, доморощенные, советские люди, бывшие высокопоставленные партработники, ратовавшие перед толпами с трибун за победу социализма и строительство коммунизма. Они умели красиво и пламенно говорить. Жаль, наш народ уж очень был приучен верить словам. Так уж нас воспитали — на вере в добро, в свет, в лучшее для всех.

Кукловоды ликовали, когда подписывалось предательское соглашение в Беловежской Пуще. Подписывали его от имени многомиллионного народа те, кто не имел ни малейшего права на это, но которым так удалось заморочить всем головы, что народ даже не удивился, проснувшись на следующее утро в разных государствах. Казалось, что это сон, недоразумение. Что скоро все поймут ненужность подобного, и все будет по-прежнему. Но прошло 25 лет, а никто ничего не собирается возвращать обратно. Наоборот, все ревностно вцепились в свои куски жирного пирога и не выпускают из своих коготков. Все готовы дружить и подхалимничать перед кем угодно, хоть перед самим чертом, лишь бы не лишиться своей удельной власти и не соединиться с бывшем патроном — Россией.

Больше всех эта трагедия разделения некогда единого и могучего государства коснулась русских. Ведь именно они были тем государственно образующим звеном, соединявшим в единое целое различные области огромной империи, разной во всем — по уровню культуры, грамотности, промышленности, сельскому хозяйству, языку, религии. Русские несли для политически и экономически отсталых народов Средней Азии, Кавказа, Дальнего Востока и, что греха таить, самой Украины и Белоруссии — просвещение, формирование и сохранение собственного алфавита, языка. Они строили и восстанавливали города, создавали промышленность, научные школы, университеты. Именно русские помогли народам окончательно оформить собственные национальные отличия, сохранить фольклор, этническую культуру. Этого требовала идеология братских народов. Брат брата должен поддерживать и беречь. Эта формула, изначально отсутствующая в идеологии первых коммунистов, позже, при становлении СССР, стала необходимым условием для возможности существования первого в мире социалистического государства на огромной многонациональной территории. Теорией пришлось поступиться перед требованием и необходимостью жизни и практики. Жизнь всегда все расставляет на свои места.

Для возможности безбарьерного общения нужен был единый язык. Им и стал русский, по факту большинства государствообразующего народа. Русские, из-за необходимости поднятия отсталых и регрессивных районов страны, оказались разбросаны по всем ее уголкам. Не было места, где не было бы русских. Им пришлось заново начинать жизнь на новом месте, осваиваясь с местными культурными и природными особенностями, учитывая их и зачастую, подстраиваясь под общий ход жизни. Резко что-либо нарушать было нельзя. Требовалось малыми порциями, шаг за шагом добавлять в традиционную жизнь этих народов новое, знакомя с новыми мировыми технологиями, тенденциями, открытиями. Во времена царской России подобное внедрение нового происходило малыми шагами и усилиями, потому что миры аристократии и тех, кто обслуживал ее, не пересекались. В новой рабоче-крестьянской стране, где вся власть принадлежала этим самым рабочим и крестьянам, требовалось массовое и целенаправленное просвещение прежде всего крестьян, чтобы в дальнейшем создавать условия по их перетеканию в класс рабочего пролетариата.

Российская Империя в большинстве была крестьянской. В особенности ее многонациональные окраины, жившие или крестьянской, или полукочевой жизнью. Условия их жизни и быта мало изменялись на протяжении столетий. Казалось, что цивилизация лишь легонько коснулась их. Подлинную культурную революцию, послужившую к сдвигу их многовековой патриархальной цивилизации, принесло именно время СССР. Особенно переломными были первые годы Советской Власти.

Украину эти переломы не миновали. Наоборот, именно она стала одной из первых национальных территорий, на которой новые власти проводили эксперименты по внедрению всех своих теорий.

Украина всегда рассматривалась как нечто культурно близкое России. А потому, именно здесь возможно было без стеснения пробовать все. Братский народ стерпит.

Также не следует забывать, что именно Украина вследствие плодородности своих земель была всегда излюбленной мечтой завоевателей. Прежде всего, немцев. Территория Украины постоянно была театром больших военных действий. Никто не хотел уступать эти богатые и населенные земли другому. Советское правительство, видя себя территориальным наследником Российской Империи, юридически рассматривало за собой это право и всячески отстаивало его перед другими претендентами. Право России на Украину слабо оспаривали Европейские державы и США после подведения итогов Первой Мировой Войны. Они сами были сильно ослаблены вследствие этой войны и уже не могли сильно сопротивляться тому, что центральная и юго-восточная Украина отошла в зону влияния СССР и теперь входила в него, как самостоятельная Республика на правах Федерации.

Украинская ССР имела свои государственные органы правления. Официально признавались два языка — русский и украинский. Имелись национальные школы, национальные культурные центры. Украинец имел равные права с русским при получении высшего образования, устройстве на работу. Многие украинцы занимали высшие государственные посты в политике, армии, экономике страны. Миграция русских на Украину и украинцев в Россию стала масштабной. Именно на данном этапе происходило смешение народов, образование нового, советского человека, который был выше национальных различий и гордости. Русскими оказывались все, хотя часто с чисто украинскими фамилиями или неславянской внешностью. Но на это мало кто смотрел. Это в братской, многонациональной стране было не важно. Важен был мир и понимание, поддержка друг друга. Национальные, культурные и религиозные вопросы отошли на второй план. Они оказались не вопросами жизни и смерти. Не они помогали одерживать трудовые подвиги в создании нового государства. Не они помогли одержать победу в страшной войне. Не они двигали страну дальше, в космос, восстанавливая и обновляя народное хозяйство. Не за ними и будущее.

Как оказывается, и сегодня это очень четко видно именно на примере Украины, именно национальные, культурные и религиозные отличия становятся тем камнем преткновения и соблазна, на котором разбиваются все благие намерения и мирное сосуществование народов. Получается, что политика СССР по национальным, культурным и религиозным вопросам больше соответствовала необходимым требованиям человеческого общежития, чем политика ультранационализма и нетерпимости, насаждаемая все последнее время. Не отстала от этого и религиозная система. Сегодня на Украине даже Православная вера разделена на две Патриархии — Московскую и Украинскую. При этом Украинские православные власти не признают Московские, всячески подчеркивая свою обособленность. Жаль, что религиозные иерархи забывают слова Христа (кому сами, вроде, поклоняются), что «дом, разделившийся сам в себе — не устоит».

Сегодня мы видим, как сбываются слова Божьи. Дом, взявший курс на отделение, да еще и разделение в самом себе, действительно, устоять не может. Он падает. И падает стремительно. Только вот плохо, что жильцы, проживающие в нем, не видят этого, а продолжают выяснять отношения друг с другом и что-то делить, думая, что они будут так жить вечно. Но только вот поезд их уже давно в огне, и черный дым гари начинает проникать в другие дома, напоминая всем одну простую истину: мы все дети одной земли, одного дома, который называется — планета Земля…

Глава 2. Таинственный след «укров»

Если мы постараемся отыскать исторические корни новоявленного народа — «укров», то столкнемся с довольно трудной задачей. Ни одна летопись, ни одно археологическое исследование, ни народный фольклор (который всегда является народной памятью), ни иные источники, ни даже памятники истории соседних народов не указывают нам на существование когда-либо такого таинственного народа — «укры». Есть схожее наименование — «угры». Но земли их проживания были далеко и граничили с Северо-Восточной Русью. Угры жили в Приуралье, на Каме, далее распространились в северную Балтику и Приладожье. Но на плодородных и солнечных землях Киевской Руси мы не находим следов их пребывания. Их потомки появились там намного позже, вследствие миграционных процессов конца XIX века и более поздних. Но в те былинные времена угров за столом князя Владимира не было…