Невеста призрака - Михаил Бард

с ней по коридору, не спускал с девушки хмурого взгляда, будто она могла исчезнуть в любой момент.

— Это…

— Наша местная знаменитость, — негромко ответил Жиль. — Призрак Оперы.

П.О.

Изабель помрачнела ещё сильнее, вспомнив его короткое письмо с любезностями. Теперь его аплодисменты казались не просто нелепой шуткой, но злой насмешкой.

— Пока ты разбирала сценарий, он изо всех сил изображал скуку, — произнёс Жиль. — Но стоило тебе запеть, как он напрягся.

Это совсем не понравилось Изабель.

— Он прислал мне письмо с оскорблениями.

Жиль хмыкнул.

— Ну, готовься, Из. Его уже года три никто не выводил из равновесия. Либо он тебя похитит, либо убьёт, либо… в общем… удивит.

— А ты умеешь успокоить.

— В этом я мастер.

Он привёл Изабель в кабинет, подождал, пока она оделась, а потом проводил до выхода.

— И ещё, Из.

— Что?

— Постарайся всегда быть рядом с людьми и не задерживайся в театре до поздней ночи.

— Почему?

— Это время Призрака, — пожал плечами Жиль. — Хоть прячься, хоть закрывайся в кабинете — он тебя найдёт.

— И?

— Не задавай лишних вопросов, Из. Он этого не любит.

Глава 2

Изабель принадлежала к тому типу девушек, у которых вспыхивает любопытство к чему-либо, если им это что-то запретить. Потому остаток дня она бродила по заснеженным улицам Парижа, заглядывала в театры, где работали её давние знакомые, расспрашивала обо всех самых неправдоподобных слухах о «Lacroix». Разговаривать с новыми коллегами о таинственном мужчине не было смысла, они были так запуганы Призраком, что ни за что не ответили бы на вопросы Изабель. А вот люди из других театров могли поделиться чем-то полезным.

Но увы, поиски Изабель не увенчались успехом. Все слухи, которые рассказывали ей бывшие коллеги, она уже слышала.

Правда, выяснилось, что в «Lacroix» из-за Призрака проводилось два расследования. Одно — полицейское, и Изабель даже надеяться не могла на какие-то сведения от стражей порядка. А второе — журналистское, и провёл его довольно популярный во Франции корреспондент Блез Бувье. Блез прославился бурным темпераментом, исполнительностью и способностью добыть информацию из воздуха.

И потому под конец дня Изабель заглянула в библиотеку и запросила все газетные материалы от Бувье. Она не надеялась, что именно он придёт на ее творческий дебют, а если и придёт, то вряд ли поделится полезными сведениями.

Она же недоученная студентка из деревенского театра.

Изабель тряхнула кудрями, отгоняя непрошенные мысли, вернулась в свою холодную мансарду, включила гудящий обогреватель и поставила чайник. Ожидая, пока крохотная квартира прогреется, она спустилась на первый этаж и проверила почтовый ящик, ожидая найти в нём уведомление об увольнении. Но внутри были лишь счета, рекламные листовки…

…и сложенная втрое записка с подписью «П.О.».

Изабель огляделась, прежде чем развернуть бумагу. Её края были украшены изящным серебристым узором, знакомый с утра почерк был всё так же каллиграфически красив и указывал на самоуверенный характер обладателя.

— Прошу простить мою несдержанность, — прочла она вслух. — Ваш голос никого не оставит равнодушным.

На последнем слове его рука дрогнула, буквы едва заметно изменили наклон. Изабель закрыла глаза и сжала губы, смяв записку. Он нервничал от её пения или попросту не сдержал хохота?

Она вышвырнула записку в урну и вернулась в комнату, закрыв дверь на все замки, подперев её стулом. Окно она плотно зашторила. Призрак узнал, где она живёт, и этот факт её нервировал.

Несмотря на ужасный день, Изабель спала крепко и долго. И хотя ей совершенно не хотелось возвращаться в логово Призрака, ей не терпелось по-настоящему приступить к работе. Сон прояснил мысли, поставил всё на места. В вагоне метро она дважды перечитала либретто, чтобы подтвердить свои соображения.

Но стоило ей приблизиться к своему кабинету, как она услышала отборную ругань Жиля. Она нашла парня в костюмерной, где он, жмурясь, шипя и матерясь, пытался развязать непослушные подвязки на ярко-красной мантии.

Если опустить мат, то становилось ясно, что он застрял, и что мантия прожигала ему кожу.

— Стой ты! — прикрикнула Изабель и схватила пальцами шнурок. Мантия упала на пол, но Жилю это не помогло. Его кожа была красной, словно его долго и успешно варили.

Стиснув зубы, он подбежал к раковине и, зачерпывая ладонями ледяную воду, поливал ею ожоги. Изабель подняла кончиками пальцев мантию, осмотрела её.

Внутри были пришиты мешочки из тонкой марли, от которых шёл запах горчицы и острого перца. Изабель чихнула после первого вдоха.

Жиль же, стоя у раковины, ругался, но уже с облегчением.

— Что с тобой случилось? — спросила девушка. Она положила мантию на стол, аккуратно распорола нитки, которыми самодельные горчичники были пришиты к сценическому костюму.

— Да вот, хотел тебя поприветствовать, — хмыкнул он. — Нацепил мантию, маску, сделал пару шагов, и тут как началось…

Он плеснул на себя ещё воды.

— Нашему, — он помедлил, — вчерашнему зрителю не понравилось, что я о нём слишком много болтаю.

— Для взрослого мужчины он мстит, как ребёнок.

— Ох, лучше прикуси язык, Из, — буркнул он.

— Он меня без конца оскорбляет в своих записках, — отмахнулась Изабель. — Я тоже умею мстить.

— Ты вчера говорила о письме с оскорблениями. Что он написал?

— Назвал меня деревенщиной и студенткой-недоучкой, — с этими словами Изабель тщательно осмотрела другие костюмы. — И велел убираться.

— О, классическое приветствие, — Жиль зачесал волосы назад. — Не понимаю, как тебе мог не понравиться такой дружелюбный парень.

Изабель обдала его невесёлым взглядом.

— Да брось, — улыбнулся Жиль. — Призрак, конечно, жуткий, но мы же продолжаем здесь работать.

— И почему же? — девушка нахмурилась. — Очевидно, что здесь бродит маньяк!

Жиль пошатнулся и побледнел от таких слов. Изабель и сама сжала кулаки, глубоко вдохнув. Она была слишком расстроена из-за первого рабочего дня и не могла сдерживаться.

— Мне… нравится здесь, — парень пожал плечами. — Да и Призрак меня особо не донимал. Ну, до сегодняшнего дня.

Он немного помолчал, а потом хитро улыбнулся.

— Кто знает, может, ты его угомонишь?

Изабель приподняла бровь, не понимая, к чему он клонил.

— Да брось, Из, — Жиль улыбнулся. — Ты явно уже наслушалась комплиментов и о своей внешности, и о голосе.

Девушка дважды моргнула, после чего нахмурилась и тряхнула кудрями.

— Глупости какие. Иди на сцену, я приду через пять минут.

— Ах! — он рухнул на колени, схватившись за сердце. — Как холодна эта женщина! Как жестока!

— Кыш!

В этот раз дверь в кабинет была закрыта. К счастью. Войдя внутрь, Изабель сняла пальто, стянула шарф, оправила волосы перед зеркалом, а после тщательно осмотрела свой кабинет. Ни писем, ни роз, ни неприятных сюрпризов. Всё настолько обыденно и скучно,