Полмиллиона часов - Валентин Рич

Девушка рывком вскочила на ноги, схватила фляги и пошла к источнику.

- Она меня не любит, - сказал юноша. - Это вам показались... Нет, что ни говори, а космическая гипотеза многое объясняет вполне удовлетворительно.

Хромой молча протянул юноше прут с козлятиной.

- Прекрасная гипотеза! - сказал юноша, перебрасывая из ладони в ладонь раскаленные куски мяса.

Хромой с презрением смотрел на его манипуляции, потом схватил один из дымящихся прутьев и свез с его конца в рот несколько кусков прямо зубами.

Юноша, заторопившись, проглотил, не жуя, здоровенный кусок, обжегся и некоторое время сидел молча с разинутым ртом и выпученными глазами. Но все же нашел в себе силы вернуться к занимавшей его теме.

- Собственно, все довольно элементарно. Ну, в общем, в нашей Галактике победили дьяволы. Они научились извлекать из захваченных планет не только ядерную там, кварковую, еще какую-нибудь обычную энергию... Понимаете, энергия мозга всех разумных существ делится на две составляющие. Одна интеллектуальная, другая - волевая. Что касается интеллектуальной составляющей, то она в каждом разумном обществе так или иначе сохраняется и накапливается... Ну, книги, фильмы и так далее. А волевая обычно распыляется, исчезает... Так вот, эти самые космические дьяволы исхитрились выкачивать с обитаемых миров волевую энергию. В один весьма непрекрасный день они добрались до нашего острова и установили вон там, он показал прутом в сторону хребта, - свои дьявольские насосы. И началась у нас эта дьявольская заваруха. Тиглер со своими молодчиками. Ликвидация космического флота. Сокращение рождаемости. Высокие каблуки. Сны по заказу. И так далее. Все все понимают, а сделать ничего не могут: воли нет.

- Чепуха! - усмехнулся Хромой. - Чепуховина! При чем тут космические дьяволы? Никаких чудес тут до Тиглера но было. Одно чудо - источник. Двадцать девять полезных компонентов! Трубы шли до самого побережья. Нет, все началось уже после смерти Тиглера. До него все было чисто. Тиглер наше собственное отродье. Так что космос тут ни при чем.

- А что при чем? - спросила девушка, давно уже наполнившая фляги и теперь внимательно слушавшая спор.

- Змеи, - коротко, как о чем-то само собой разумеющемся, отозвался Хромой.

- Змеи? Какие змеи? - удивилась девушка.

- Вот уж чушь так чушь! - не очень вежливо отреагировал юноша. - Из всех чушей чушь!

Хромой, не обращая ровно никакого внимания на его слова и даже, вероятно, не расслышав их, пристально смотрел на восток - туда, где в смутном мареве неясно проглядывала громада гор.

- Змеи! - убежденно повторил он. - О змеях поговаривали давно. Последним их видел один парень, месяца три-четыре назад. Ушел черный пришел белый...

- Вы нас не пугайте, - сказала девушка.

- А я не пугаю. Ты спросила - я ответил... Ушел черный - пришел белый. Сказал, километра не дополз. Сказал, не смог, с души воротит. Вся вершина кишмя кишит змеями. Все повернулись к нему - он и оцепенел. Сколько провалялся потом у подножья - не помнил. И как до источника добрел - тоже не помнил...

- Гипноз? Как удав - кролика? - проговорила девушка. - Не слишком ли просто?

- Чушь собачья! - огрызнулся юноша. - Что за странные змеи - сидят себе на вершине, а вниз спуститься боятся!

- А в самом деле, внизу этих змей никто не видел? - спросила девушка.

Хромой мотнул головой:

- Никто.

- И никто не поймал хотя бы одну? - улыбнулся юноша.

- За хвост! - радостно добавила девушка.

- Веселые вы ребята, - не то с одобрением, не то с осуждением заметил Хромой. - Оружие проверили?

Он еще раз повторил свой вопрос, но так и не получил ответа. Юноша и девушка, словно зачарованные, молча смотрели на восток.

Там, тяжело колыхаясь и клубясь, сползала вниз сплошная белая туча, обнажая все явственней выступающую из нее гигантскую вершину Гранде Диабло. Прорвавшиеся сквозь густую пелену лучи солнца высветили самый высокий зубец, за ним - второй...

- А где же третий? - воскликнула девушка.

- Где третий? - как эхо повторил юноша.

Хромой приставил к глазам бинокль, вскинул его к вершине, потом долго водил объективом вниз и вверх, направо и налево.

- Так где же третий зубец? - подступая к Хромому, спросил юноша. Но Хромой не отвечал.

- Нам пора, - сказала девушка.

- Если передумаете, то чем раньше, тем лучше, - не отрывая бинокля от глаз, проговорил Хромой. - Жду вас сутки, а потом через пять дней - еще сутки.

- Спасибо, - сказала девушка.

- Все будет в порядке, - сказал юноша. - Малыш, а малыш, встань-ка на цыпочки, помогу рюкзак надеть.

...Полмиллиона часов. Полмиллиона часов. Полмиллиона, полмиллиона, полмиллиона часов...

4

Чем ближе подходили она к подножию последней перед Гранде Диабло горы, тем чаще стали попадаться обломки боевых машин и летательных аппаратов. Двадцать лет прошло, а серые туши приземистых гусеничных гигантов все еще ржавели у подходов к последнему логову Тиглера.

Девушка высвободила руки из-под лямок - так, чтобы заплечный мешок соскользнул на тропу, расправила спину и напрямик через кусты устремилась к машине, стоявшей ближе других, в какой-нибудь полусотне метров от троны.

- Куда ты? - крикнул юноша.

- К отцу, - ответила девушка, продолжая продираться вперед.

Он догнал ее у самой машины.

Если не считать ржавчины, то машина была как новая. Ни рваных ран, ни вмятин, ни даже царапин на сером металле. Сквозь тяжелые звенья гусениц проросли тонкие перья травы.

Они попытались откинуть крышку люка, но не смогли.

- Наверно, открывается только изнутри, - сказал юноша и принялся дотошно исследовать каждую заклепку: не кнопка ли?

Девушке не без труда удалось оторвать его от этого занятия.

- На обратном пути! - сказала она.

- На обратном так на обратном, - согласился он наконец. - Не машина склеп...

Тропа вела в гору, но не круто, а полого, зигзагами, влево вдоль всего склона, потом вправо вдоль склона, потом опять влево и так до бесконечности.

Нелегко было преодолеть естественное стремление двинуться наперерез этим бесконечным зигзагам. Но они не впервые оказались в горах. И знали, что это именно тот случай, когда пословицу "Тише едешь - дальше будешь" следует понимать буквально. Иначе будешь то и дело застревать в непроходимых зарослях терновника и ежевики, сползать вниз на потоках щебня, кружить вокруг каменных баррикад, нагроможденных обвалами. Так бывает в любых горах. А здесь ко всему прибавлялись еще противотанковые ловушки, траншеи, остатки колючей проволоки и прочие радости, с которыми в прежние времена приходилось встречаться каждому поколению мужчин. Теперь они остались лишь в памяти стариков, в книгах, в кинофильмах да еще здесь, в окрестностях Гранде Диабло, с тех самых пор...