Серп властителя - Константин Нивский

демонам, а достаточно будет сказать только одно – поздравляю с началом последнего терциона в академии. И время, отведённое на речь, лучше потратить на распитие чудесного напитка, который нам раздобыл добрейший Трев.

Он извлек из-за спины бутылку тёмного стекла и торжественно приподнял её на уровень глаз.

– Видите? Видите, как переливается дорогое вино в этой бутыли?

В тусклом свете единственной свечи едва ли можно было различить лица друг друга, но всегда многословного и насмешливого Мэбона это никак не смущало.

– Не видите? Ну тогда просто представьте. И давайте насладимся и представлением, и самой выпивкой.

Бутылка была пущена по кругу и очень быстро опустела.

– Ну а теперь, – Мэбон заговорщически понизил голос, – Настало время признаний. Мы все хранили интригу, согласно договорённости, до начала последнего терциона. Сейчас же я заявляю – признавайтесь.

Они договорились не раскрывать друг другу своих намерений о дальнейшей карьере, хотя прошения о вступлении в ордена были отправлены ещё в начале года. Придумал это, конечно, всё тот же Мэбон. Чтобы не вызывать сомнений в правильности выбора – так он сказал. Затея отчасти была неплохой, ведь многолетняя дружба могла действительно влиять на решения.

– Ну так сам и начинай, – пробурчал Ифор.

Братья внешне были почти неотличимы, но по характеру различались как день и ночь. Весельчак, балагур Мэбон и немногословный, даже угрюмый Ифор.

– Я остаюсь в ордене Холодного Звена, – голос Мэбона вдруг стал серьёзным. – Знаю, что слава здесь зарабатывается не так быстро, но есть обстоятельства…

– Знаем мы твои обстоятельства, – ехидно поддел его Трев. – Славы тут особенно не заработаешь, зато в должностях расти быстро – лучше ордена не бывает. И мундиры краше всех остальных, да?

Мэбон картинно вскинул перед собой ладони.

– Да. Ты меня сразу раскусил, хитрый Следопыт. Когда я представлял себя в обмундировании цептора, понял, что синий и серебро лучше всего подойдут к цвету моих глаз. А какие у них плащи… Ну а сам-то ты? Погоди, попробую угадать… Клинки Рассвета, да?

Трев хмыкнул и промолчал. Уж его стремление тайной ни для кого не было. С первого года Следопыт грезил о службе в передовых отрядах, готовился, изучал архивы приграничья, хвостиком ходил за криптором Лонгури – бывшим цептором-ветераном Клинков.

– Я подал прошение в Первые Столпы, – хмуро сказал Ифор, зная, что если не вмешаться, перебранка его брата с Тревом может затянуться надолго.

– И я туда же, – Брайд улыбнулся.

– Отчего-то я не удивлён, – Мэбон хлопнул себя по колену. – Так что получается – никто даже не подумал о славном ордене Серпа Ревнителей? Как же так? Если так будет продолжаться, орден скоро останется без пополнения.

– Не останется, – всё так же хмуро ответил ему Ифор. – В этом году Серп-Легат пришлёт свой список в нашу академию.

– Откуда знаешь? – насторожился Трев, который не раз говорил, что скорее пойдет служить грантом куда угодно, чем цептором в орден Серпа.

– Слышал разговор крипторов, – нехотя отозвался Ифор. И уточнил, – Случайно.

Мэбон возмущённо всплеснул руками.

– И ты молчал! Даже мне не сказал.

– А чего зря болтать? Тут разве что изменишь, знай - не знай.

В этом был весь Ифор. Если информация казалась ему однозначной, он не торопился ею делиться ни с кем. За что, кстати, был неоднократно порицаем крипторами, которые считали, что хороший цептор должен уметь делегировать решения о ценности сведений старшим по званию. Брайд как-то подсмотрел записи в его личной карточке. Не специально, конечно – криптор Мэикел, преподаватель военной истории – как-то случайно позабыл карточку Ифора в стопке архивных отчётов по сражению при Гоушане. Брайд как раз должен был разобрать их и систематизировать по датам. Любопытство не позволило Брайду просто отложить личное дело друга и не сунуть туда нос, хотя поступок и был не очень порядочным. Там как раз и выделялась, как особенный недостаток Ифора Лэт Кледвила – “склонность к излишней самостоятельности, продиктованная недостаточно глубоким пониманием иерархии принятия решений”.

Тогда Брайд бегло пролистал объёмный список достоинств и недостатков, но на подразделе “личная мотивация и предпочтения” всё-таки почувствовал себя достаточно смущённым, чтобы закрыть и отложить в сторону карточку. В конце-концов, что нового можно узнать об особенностях поведения того, кого близко знаешь последние десять лет? Сам Брайд уж точно бы не хотел, чтобы друзья узнавали о его “предпочтениях и особенностях” из отчетов крипторов.

– Ладно, – Мэбон тщательно закапывал пустую бутылку под слой сухих листьев и куски дёрна в углу пещеры. – Будем надеяться, что Серп-Легат не будет жадничать и запросит для своего ордена всего лишь парочку ардов. А мы отправимся туда, куда нас влечёт призвание.

– Ага, – невозмутимо проговорил Трев. – Кто-то, например, под крыло байлифа Присса Ард Рходри. Влекомый исключительно призванием.

Брайд не сдержал смешка. Предварительная договорённость о браке между Мэбоном и дочерью главы ордена Холодного Звена давно уже стала предметом для постоянных шуток. Учитывая то, что подобные договорённости крайне редко заключались раньше, чем курсант надевал мундир цептора, друзья упражнялись в остроумных догадках о причинах такой поспешности последние два года. Сам Мэбон только загадочно улыбался и отшучивался в ответ. И, разумеется, Ифор тоже не спешил делиться тем, что знал. Просто потому что это был Ифор.

– Зависть – недостойное чувство для цептора, – наставительно сказал Мэбон, отряхивая руки. – Покровительство достойнейшего байлифа Рходри – всего лишь признание моих успехов в обучении и способностей, как нельзя более подходящих для службы в рядах Холодного Звена.

– И качеств, как нельзя более привлекательных для его будущего зятя, – в точности повторив его тон, продолжил Трев.

– Ох, уймите уже этого вредного юношу, – Мэбон толкнул Следопыта кулаком в плечо. – Только то, что ты раздобыл нам вина, спасает тебя от жестокого наказания – провести остаток ночи, выслушивая рассказы соседа по комнате о невероятной красоте и прелести девицы Альми Ард Рходри.

– А что, соседу удалось ее увидеть наконец? – рассмеялся Трев. – Или же, как и прежде, будет “ну, по крайней мере, она стройна”?

– Хватит уже, – сказал, как припечатал, Ифор. – Пора идти, а то нам всем остаток ночи будут рассказывать о прелестях штрафных работ вплоть до окончания терциона.

– Действительно, пора, – хохотнул Брайд. – Ифор уже превращается в Мэбона – он заговорил фразами длиннее, чем в