Время жить (трилогия) - Виктор Тарнавский

– Зато наверняка похуже, – засмеялся Ворро. – Да и какая это цена – три пузырька сердечных капель!

– Не говорите так! Лекарства, даже простые травы здесь на вес золота. Конечно, я не имею в виду настоящее золото, оно, как и деньги, вряд ли кого-то всерьез заинтересует. В наших местах основной валютой является армейская тушенка. Ее много, всем ее выдают в паек, поэтому ценность любой вещи легко измеряется в банках. Рубашка, например, в Вольере будет стоить восемь банок, пальто – тридцать, упаковка таблеток от простуды – шесть, два ведра угля обходятся в одну банку…

– Как вы все знаете! – восхитился Неллью. – А говорите, нигде не бываете.

– Я такого не говорил, – заметил хозяин магазина. – Главная домоседка у нас Лара, но она должна оставаться дома, чтобы создавать уют. А уж имея в доме такого разведчика как Кьюри, трудно не быть в курсе всех новостей и сплетен.

– Дедушка Левен, – поднялся из-за стола мальчик, торопливо дожевывая сладкую плитку. – Мне идти надо. За пайком.

– Ну хорошо, – захлопотала вокруг бабушка Лара. – Будь внимателен, осторожен и бдителен. И не задерживайся, пожалуйста.

– Я знаю, – по-взрослому серьезно кивнул мальчик. – Я всегда осторожен. Я скоро буду.

Где-то наверху еле слышно хлопнула дверь. Пламя в керосиновой лампе вздрогнуло, но тут же снова выровнялось.

– Внук? – спросил Неллью.

– Нет, – покачал головой Левен. – Он жил с нами по соседству. Его родители погибли при обстреле, и мы взяли его к себе, вернее, это он согласился жить с нами. Не представляю, как бы мы выжили без него в те дни…

– У нас есть внучка, – вздохнула Лара. – Но не здесь. Наша дочка вышла замуж за столичного инженера и уехала в Тарануэс. И с самого начала… у нас нет о них никаких вестей…

– Лара! – обеспокоено повысил голос Левен. – Тебе нельзя волноваться!

– Уже можно, ведь есть лекарство…

– Послушайте, – почти перебил ее Неллью. – Мы как раз были в Тарануэсе, когда все это началось. Мы были летчиками, обслуживали Воздушный Мост, слышали о таком? Город сильно бомбили, но недалеко был безопасный коридор. И мы… Где они жили?

– На улице Декарио, – подумав, ответил Левен. – Они жили в собственном доме.

– Так это же совсем близко от нас! – обрадовался Неллью. – То есть, близко от аэропорта. Сколько лет вашей внучке?

– Пять. Как раз перед самой… исполнилось. И звали же нас в гости, приехать. Вот поехали бы мы, и не…

– Лара! – опять взволнованно повысил голос ее муж.

– Не волнуйтесь вы так! – попробовал успокоить ее Неллью. – Женщин с маленькими детьми в самолеты без очереди пускали. И даже иногда без денег. Вот я сам…

Глянув на скептически усмехающегося Ворро, он запнулся. Конечно, все было не так, совсем не так. Намного хуже, грязнее, горше. Но зачем…

– Вот они, – Лара достала откуда-то небольшую цветную фотографию. На ней серьезный молодой мужчина в очках подкидывал в воздух девочку лет четырех в ярком платье в цветочек. К плечу мужчины прислонилась смеющаяся изящная женщина со слегка вьющимися светлыми волосами.

Неллью честно вгляделся в фотографию.

– Ей около года? – неуверенно спросил он. – Я имею в виду фото.

– Да, – подтвердила Лара. – Снято прошлым летом. Вы не узнаете?

– Знаете, – медленно сказал Неллью. – Не поймите меня, будто я хочу намеренно успокоить вас, но мне кажется… В последний день, перед тем как нас сбили, я посадил в самолет, нет-нет, не в наш самолет, молодую женщину с девочкой примерно пяти лет. Я не могу дать полной гарантии, десять военных дней не красят человека, но эта женщина, я помню точно, была очень похожа на вашу дочь. Понимаете, она мне запомнилась, потому что это было мое последнее впечатление перед тем полетом… И еще девочка, я плохо ее помню, она все время прятала лицо, прижимаясь к маминой ноге, но у нее были кудряшки точь-в-точь как на этой фотографии…

– Это Тина, – уверенно сказала Лара. – Она всегда боялась незнакомых взрослых и пряталась за ногу нашей Рене… Что с ними?! Что с ними теперь?!

– Теперь? Теперь они, наверное, давно в Валезе. Там, конечно, тоже живется несладко, но они живы. И им наверняка ничего не угрожает.

– Да благословит вас Единый! – Лара смотрела на Неллью с немым обожанием. – Само Небо прислало вас! Вы принесли счастье в наш дом! Чем мы можем вас отблагодарить?!

– Вы уже отблагодарили нас чем могли, – серьезно ответил Ворро. – Когда приходится день за днем шагать при любой погоде и ночевать под открытым небом, теплая одежда – это жизнь. Да и вообще, в наше время, когда один человек помогает другому, он почти всегда дает ему жизнь. Мы рады, что смогли дать вам что-то взамен.

– Может быть, останетесь у нас? – тихо спросил Левен. – Места здесь хватит на всех. Я поговорю с мэром – он давно жалуется, что не может найти толковых молодых помощников, а вы повидали мир и наверняка справитесь. Вас примут здесь хорошо, не сомневайтесь. Вы принесли радостную весть, а это не забывается.

– Мы очень польщены, – осторожно сказал Ворро. – Но наш дом – в Лимеолане. Дорога зовет нас, и мы должны продолжить наш путь.

– Жаль. Но может быть, вы хотя бы останетесь у нас ночевать?

– Нет-нет, – покачал головой Ворро. – Мы очень благодарим вас за гостеприимство, но мы не можем остаться. Зима догоняет нас, собственно говоря, она уже нас догнала, и нам нельзя терять даже нескольких часов.

– Хорошо, пусть будет так, – медленно и со вздохом сказал Левен. – Но знайте: если получится так, что вам некуда станет идти, этот дом всегда будет открыт для вас.

– Мы будем помнить, – ответил Неллью. – Всегда.

И вслед за Ворро поднялся из-за стола.

Через час снова пошел дождь с мокрым снегом. И, что было хуже всего, поднялся резкий ветер, бросающий мокрую ледяную смесь прямо в лицо. Если бы не новая теплая одежда, им бы пришлось совсем плохо, но и с ней дела обстояли совсем не лучшим образом.

– Зря мы… не остались ночевать, – в два приема выкрикнул Неллью, отплевываясь от нахальных снежинок.

– Нет, не зря, – Ворро, подняв воротник пальто, упрямо шагал вперед, прорываясь сквозь снег и ветер как ледокол сквозь полярные льды. – Мы не можем… не можем останавливаться. Задержаться где-то – значит размякнуть. На следующее утро мы не смогли бы заставить себя продолжить путь… Да и что ты наплел этим бедным старикам?! Мне было совестно смотреть им в глаза и выслушивать их благодарности. За что?!…

– Я не солгал! – бросил в ответ Неллью. – Та женщина в аэропорту и в самом деле была похожа на их дочь. Я точно помню! А если я даже ошибся – что из того?! Все равно, они, скорее всего, никогда не узнают правды! Пусть думают, что их дочь и внучка живы и в безопасности!…