День Победы. Гексалогия (СИ) - Андрей Завадский

— Это фото было сделано на Кавказе примерно десять лет назад. Тогда Басов, еще в звании подполковника, командовал танковым батальоном. Он является военным преступником. В ходе операции «Доблестный удар» этот человек лично расстрелял взятого в плен пилота «Харриера» авиации Морской пехоты, сбитого над позициями русских. У нас есть показания полудюжины свидетелей, подтвердивших это. Басов — настоящий ублюдок, жестокий, не признающий никаких правил. Он собрал в своем отряде настоящих головорезов, без исключения имеющих боевой опыт. Они будут сражаться с нами до последнего, защищая свой лагерь, если дать им хоть один шанс подготовиться к обороне. На этой базе, как мы полагаем, есть большие запасы оружия и снаряжения. Это интересует всех — и разведку и нас с вами, несущих все большие потери от зенитных ракет и огня снайперов, вооружившихся первоклассными винтовками пятидесятого калибра и новейшими ПЗРК, сделанными в Китае.

На экране высветились снимки одного из лесных лагерей, сделанные явно как с самолета, так и с околоземной орбиты. Присутствующие могли отчетливо видеть расположение блиндажей и сетью опутавшие их тропы.

— Этот лагерь находится в тридцати милях от демаркационной линии. Там ублюдки зализывают раны, готовясь к новым вылазкам. Там они и сдохнут. Для успешного осуществления операции мы будем взаимодействовать с Военно-Воздушными Силами и, при необходимости, нам готова оказать поддержку авиация Морской пехоты. Сама акция состоит из трех основных этапов. На первой стадии по выявленным позициям террористов будет нанесен ракетный удар с воздуха. За действия ВВС отвечает полковник Руперт, командир, Девяносто второго бомбардировочного авиакрыла. Прошу, полковник!

— Генерал, сэр, — Колин Руперт встал, обведя взглядом остальных офицеров. — Господа, план таков. Бомбардировщики В-52 атакуют ракетами лагерь террористов, не покидая пределы нашей зоны ответственности. В операции будут задействованы лучшие экипажи, которые не допустят ошибок. Прежде, чем в лагере террористов высадятся ваши люди, генерал, все плохие парни будут уничтожены, так и не поняв, что умирают. Мы не оставим им никаких шансов, сметем с лица земли!

— Парни из Военно-воздушных сил берут основную работу на себя в этой операции, — продолжил Костас. — Как только «Стратофортрессы» отбомбятся по базе русских, к ней вылетит десант, два взвода из батальона майора Гровера. Их будут сопровождать «Апачи». Задача десанта — не устраивать войну, а подтвердить результаты бомбардировки, собрать трофеи и добить тех ублюдков, которых пощадят ракеты. Я не настаиваю на том, чтобы брать пленных. Это второй этап операции, а третий — отход обратно за демаркационную линию вместе с добытыми трофеями. От пуска первой ракеты до момента, когда вертолеты с бойцами майора Гровера покинут русское воздушное пространство, должно пройти не более получаса. Это должна быть идеальная операция, в ходе которой все ублюдки сдохнут, и не прольется ни капли американской крови!

— Генерал, сэр, насколько интенсивным может быть сопротивление террористов? — прозвучал вопрос одного из присутствовавших офицеров-десантников. — Они, как известно, располагают ракетами «земля-воздух», это может стать чертовски опасно для вертолетов с десантом!

— Когда вертолеты появятся возле базы террористов, там не должно остаться никого, способного применить эти чертовы ракеты. Я полагаюсь на авиацию, и верю, что Военно-воздушные силы не подведут.

— Мы сделаем все, что нужно, сэр, — подтвердил полковник Руперт. — Противовоздушная оборона террористов перестанет существовать. Но неожиданности всегда возможны, поэтому десант будет поддерживать «ганшип» из Четвертой эскадрильи специального назначения. Ее командир, майор Рассел, присутствует здесь. Он прикроет огнем ваших людей на земле!

Задавший вопрос десантник умолк, понимающе кивнув. Ему приходилось видеть «летающие канонерки» АС-130 «Спектр» в действии, и он знал, на что способны орудия этих уникальных самолетов. Лавина огня, создаваемая его «бофорсами» и «гатлингами» сметала все, расчищая путь наступавшим силам. Зная, что где-то над головами кружит этот крылатый линкор двадцать первого века, солдатам становится спокойнее и легче, и они станут думать уже не о том, как выжить под огнем противника, а о победе.

— На подготовку к операции даю двадцать четыре часа, — подвел итог генерал Костас. — Наблюдение за базой террористов вести непрерывно с применением беспилотников и разведывательных спутников.

— Простите, генерал, сэр, — поднялся с места майор Гровер. — Русские о нашей операции знают? База террористов находится формально на их территории. Они могут быть недовольны.

— Русские ничего не знают и узнают не раньше, чем на головы ублюдкам высадятся ваши десантники, майор! Я не хочу допустить утечку информации и не поверю ни на мгновение, что в русской администрации, что в местной, что в центральной, нет осведомителей террористов. Мы сделаем все сами, и мне чхать на то, что подумают и скажут русские!

На этом брифинг был завершен. Альберт Костас покинул передовую базу Сто первой дивизии в полной уверенности, что для его противника грядущий рейд окажется полной неожиданностью. Привлеченных сил вполне хватило бы, чтоб одним ударом стереть русских в порошок, и тем более важным становилось то, чтобы удар не был нанесен в пустоту. Но тайны уже не было.

Недостроенный коттедж на окраине Архангельска давно уже не привлекал ничье внимание. Сам по себе домик был вполне скромным, всего два этажа, гараж, просторная веранда. Рядом с ним из-за настоящих крепостных стен вздымались шпили четырехэтажных дворцов со спортзалами и бассейнами, с банями, саунами, чуть не с закрытыми теннисными кортами. Кто сказал, что красиво живут только в Москве? На русском Севере богатых тоже хватает, вот и вырос под Архангельском элитный поселок. Правда, с началом американской оккупации хозяева всей этой роскоши куда-то попрятались, но недавно жизнь стала понемногу возвращаться в поселок, и началось все именно с этого невзрачного, «бюджетного» коттеджа.

Сперва появилась бригада строителей, зашуганные гости из Азии, а, может, и из Сибири, благо, не так уж далеко и до нее. Похожие друг на друга, как близнецы, косоглазые, желтокожие, о чем-то чирикающие меж собой на непонятном языке, в прочем, матерящиеся вполне по-русски. Приехали и замкнулись в том самом коттедже, оглашая весь поселок звуками дрели и перфоратора. А еще пара молодых людей в аккуратных синих комбинезонах, приехавших на фургоне Газель» с фирменными логотипами, установила на крыше тарелку спутниковой антенны. И несколько антенн штыревых, вознесшихся в небо на несколько метров. Пару дней на пришельцев косились, с интересом наблюдали за их суетой, затем привыкли, будто забыв.