Полковник Гуров. Компиляция (сборник) (СИ) - Леонов Николай Иванович

Бег ускорить, дыхание выровнять. Дышать глубоко и ритмично. Все мысли из головы прочь! Смотреть на мир проще. Искать положительные моменты, ведь так учил психоаналитик, за сеансы которого отданы бешеные деньги. Как он сказал? Положительных моментов масса, начни искать, и убедишься. Что ж, начнем, пожалуй. Свобода — это первое, и самое главное. Дом — лучшее пристанище истерзанной душе. Потом небо над головой, эта дорога, солнце, легкий ветерок, приятно холодящий кожу. Деревья, равнодушные ко всему, одинаково приветливо качающие ветвями и негодяю, и праведнику. И одиночество. В какой-то степени это тоже плюс. Некому смотреть осуждающе, некому бросать камни, некому выплевывать слова презрения. Вот и вершина. Отлично! Задача выполнена, можно передохнуть.

Мужчина взбежал на холм, остановился, уперев руки в колени. Выпрямился, подставляя лицо первым солнечным лучам, не таким жарким, как в июле, но все же приятно теплым, и вдруг краем глаза уловил слева от себя движение. Благодушное настроение, на долю секунды прорвавшееся сквозь отчаяние, мгновенно улетучилось. «Началось!» — пронеслось в голове. Он резко обернулся и встретился взглядом с незнакомцем. Вид у того был жалкий. Испуганный и какой-то затравленный. Интересно, чего боится он?

— Доброе утро, мистер!

Иностранный акцент? Очень интересно. Неужели теперь им интересуется и заграничная пресса? Знаменитость мирового масштаба?

— Что вы здесь делаете? Следите за мной? — Вопрос прозвучал угрожающе.

— Ни в коем случае, — запротестовал незнакомец. — Даже и не думал следить за вами. Просто… Просто я попал в беду. Вы мне не поможете?

— В какую беду можно попасть в пустынном лесу?

— Капкан, будь он неладен, — досадливо качая головой, сообщил незнакомец. Акцент ушел, будто его и не было. Теперь в речи присутствовал легкий налет русской деревенщины. — Видимо, браконьеры поставили, а я недоглядел.

— Здесь браконьеры не водятся, — заметил человек в спортивном костюме.

— Откуда же тогда капкан?

— Понятия не имею, разве что с собой принесли, — улыбнулся мужчина.

Заулыбался и незнакомец. Свободной рукой он указал куда-то вниз и просительно произнес:

— Вы мне не поможете избавиться от этой железяки? Одному не справиться, я пробовал. Ждать помощи неоткуда. Стою тут больше часа, и вы первый человек, которого я встретил. Не откажите в любезности.

— Как вас зовут?

— Иван. А вас как величать?

— Владислав Игоревич, но ты можешь называть меня просто Влад, — приближаясь к незнакомцу, представился человек в спортивном костюме. — Как же тебя, Иван, угораздило в капкан попасть?

— Сам не знаю. Я в этих краях недавно. По грибы пошел, хотел, знаете ли, супругу побаловать. — Незнакомец продолжал держаться подчеркнуто уважительно. — Картошечка жареная и все такое. Да вот, опрофанился. Если она узнает, что со мной произошло, насмешкам конца не будет. Супруга моя — золото-женщина, но повода для насмешек ей лучше не давать. — И он снова смущенно улыбнулся.

Влад решил, что в жизни не видел настолько жалкого человека. Жалкого и безобидного.

— Ладно, не дрейфь, Иван, поможем твоему горю!

Влад приблизился к незнакомцу. Тот стоял, одной рукой упираясь в раздвоенный ствол березы, а вторая рука прижималась к земле. Из раскуроченного дерна поблескивало железо.

— И правда, капкан. Впервые такое вижу. В наших краях охотниками и не пахнет, откуда же это чудо взялось?

— Меня больше волнует, как от этого чуда избавиться, — буркнул Иван. — Пытался разжать, да одной рукой не справился, а вырвать его из земли силенок не хватило. С умом, видно, ставили. Профессионалы.

Влад осмотрел находку. Рука незнакомца не пострадала. Зажало лишь рукав куртки чуть выше кисти. Он в недоумении уставился на незнакомца:

— Ты, видно, большой шутник, Иван. Твоя рука даже не пострадала. Выдернул рукав и свободен.

— Нельзя! — испуганно выкрикнул Иван. — Куртка супругой даренная. Увидит дыру, кранты мне.

— Ты что же, так боишься жену, что готов стоять здесь сутки, лишь бы она ничего не узнала? — еще больше удивился Влад.

— А вы, полагаю, не женаты, — заметил Иван.

— Не женат.

— Оно и видно. Вот обзаведетесь супругой, по-другому заговорите. Законная жена — это вам не девки с сеновала. Тут без повода плешь проест, а повод дай, так вообще со свету сживет.

— Зачем же вы с ней живете?

— Любовь, — философски изрек Иван.

Покачав головой, Влад принялся рассматривать запирающий механизм капкана. Замок был несложный, одно усилие, и незнакомец на свободе.

— Подвинься в сторонку, береза мешает, — обходя ствол, велел он. — Я отожму замок, сниму ткань с зубцов. На счет «три» тяни руку вверх. Только не медли, пружина-то здесь нехилая, долго держать не смогу.

Влад склонился над капканом, двумя руками ухватил железные скобы, потянул в стороны. Пружина хоть и с трудом, но поддалась.

— Раз, два! — начал он отсчет.

— Три! — закончил Иван и обрушил на голову Влада булыжник.

Тот даже вскрикнуть не успел, кулем свалился к ногам незнакомца и замер.

— Так-то лучше, Владислав Игоревич. Гораздо лучше. Теперь главное — придерживаться плана. Тихо едешь — беда догонит, быстро поедешь — сам беду догонишь. Потому мы пойдем ровно посередочке. Вот сейчас перчаточки наденем, и погнали.

Из рюкзака, прислоненного к березовому стволу, появилась веревка, моток пищевой пленки. Капкан с легкостью вышел из дерна и отправился в рюкзак. Булыжник пошел туда же. Натянув перчатки, незнакомец принялся за работу. Спустя час он шагал по пролеску, насвистывая под нос нехитрую мелодию. О происшедшем в лесу он не думал. Все прошло гладко, как и должно было пройти. Второй этап завершен, адреналин зашкаливал.

— Кто сказал, что быть плохим мальчиком не весело? — вслух произнес он. — Видно, они сами никогда не делали ничего подобного. А зря! Скоро, скоро вы все обо мне заговорите!

Впереди показалась дорога. Незнакомец выждал, пропуская машину, пересек дорогу и вновь углубился в лес.

Полковник Главного управления Московского уголовного розыска Лев Иванович Гуров сидел в приемной генерала Орлова. Его давний друг и коллега полковник Станислав Крячко примостился на подоконнике, позади стола секретарши, чему та, несмотря на приложенные усилия, помешать не смогла.

— А скажи-ка мне, Верочка, чем таким приятным от тебя пахнет? Не иначе «Шанель № 5».

Изнывая от безделья, Крячко занимался излюбленным делом: балагурил, подтрунивая над строгой секретаршей начальника. Верочка недовольно повела плечиком и, бросив на него сердитый взгляд, съязвила:

— В вашем возрасте, товарищ полковник, следовало бы лучше разбираться в парфюме. Особенно принимая во внимание ваш неусыпный интерес к противоположному полу.

Верочка намекала на любвеобильность Стаса, о которой в Управлении ходили легенды. Впрочем, подобной славы Крячко мог не стыдиться, так как узами законного брака обременен не был. По той же причине с юмором относился к разговорам и шуткам на эту тему.

— О как! Одной фразой — и прямо в лужу, — хохотнул он. — А я-то думал, что мои познания в искусственно создаваемых запахах весьма обширны. Ну, просветите нас, несведущих, что нынче в моде?

— В отличие от вас, товарищ полковник, у меня работы непочатый край, — заметила Верочка. — Генерал ждать не любит.

— Вот и я не люблю, — оживился Стас, — а приходится. Так, может, скрасите наше ожидание незатейливым рассказом на тему: «Чем на Руси душиться хорошо?»

— Приедет генерал, просветит, — сухо проговорила Верочка, передернув плечами.

Последнее замечание Крячко ее явно задело. Это не укрылось от внимания Гурова. Что именно покоробило Верочку, было непонятно. Понизив голос, он спросил:

— Вы что-то знаете, Верочка? Зачем нас вызвал генерал? И чего ради мы торчим тут битый час?

— Не понимаю, о чем вы. — Краска прилила к щекам секретарши, выдавая ее с головой. — О своих планах генерал мне не докладывает.