Топить в вине бушующее пламя печали 2.0 (СИ) - Priest P大

Откуда-то со склона подул вечерний ветерок, и всегда сдержанный Сяо Чжэн почувствовал себя так, будто попал на настоящее поле боя.

А в это время заместитель Юй, помощник командира «Лэйтин», словно бездомная собака несся по сосновому лесу, покрывавшему задний склон горы заповедника Сишань. В руках он держал запечатанный ящик.

Он знал, что его раскрыли, как знал и то, что все это добром не кончится. Десять лет он упорно трудился, и теперь все его усилия пошли прахом. Теперь у него не было другого выбора. Он должен был рискнуть всем, но вынести с горы то, что его хозяин жаждал получить «любой ценой». Если они преуспеют, если пламя Чиюань разгорится вновь, они, наконец, вернут себе власть, которая изначально принадлежала только им. Даже если этим смертным удастся арестовать его сегодня, он все равно окажется на свободе. Скоро он положит начало Новому Миру, и войдет в него в сиянии своей славы.

Крепкие засохшие ветки с полу опавшими листьями хлестали заместителя Юя по лицу, словно острые ножи. Холодный северо-западный ветер свистел в кронах. Сегодня ветер пел свою песню лишь ему одному. Здесь не было ни ворон, ни воробьев, лишь круги защитных массивов, погребенные глубоко под слоем перегноя. Даже обычные оперативники не осмеливались вторгаться в этот лес без особого на то разрешения, даже директор Сяо, прежде чем приступить к работе, соблюдал осторожность и сверялся с картой, в поисках тайного прохода.

Так делали все, кроме «Лэйтин».

Здание Главного управления окружали пятьдесят три тысячи шестьсот двадцать четыре массива. Оперативники «Лэйтин» каждый день ремонтировали и обслуживали их. Все говорили, что заместитель Юй всецело предан своей работе. Говорили, что он способен с закрытыми глазами определить местонахождение как минимум пятидесяти тысяч массивов, его называли «вторым Сяо Чжэном». Но кто такой этот Сяо Чжэн? Он всегда полагался лишь на то, что был выходцем из богатой семьи, представителем класса огня и грома во втором поколении. Он попросту «купил» себе место главного диспетчера. Мог ли он знать, сколько секретных ходов пронизывали задний склон горы? Мог ли он знать, какие из массивов боятся дождя, каким нужна защита от молний, а какие требуется ограждать от воздействия огня?

С ловкостью и грацией оленя, заместитель Юй пробивался сквозь бесчисленные уровни защиты.

Наконец, он добрался до пересохшего колодца, точно такого же, как тот, что служил входом на территорию Управление. Не раздумывая, заместитель Юй нырнул в колодец, зажав во рту ледяную жемчужину.

В следующую же секунду его кожа покрылась тонкой ледяной коркой. Льдинки зацепились за камни, и устье полностью замерзло, будто снаружи стояла лютая зима. Кожа заместителя Юя приобрела тот же вид, что и окружавшие его каменные стены. Словно хамелеон, он полностью слился с ними, став их частью.

Ни датчики инфракрасного излучения, ни датчики аномальной энергии не смогли его засечь. Преследовавшие его «Фэншэнь» попросту пронеслись мимо.

Даже когда голоса оперативников стихли вдали, заместитель Юй не стал делать поспешных выводов. Он задержал дыхание и, прислушиваясь к ударам сердца, терпеливо сосчитал до ста, а после, лишь убедившись, что погони больше нет, выдохнул и опустился на колени. Низко поклонившись, он пробормотал на родном языке клана демонов:

— Все равно придешь к одному, мой господин — истинный Бог1.

1 Эти же слова встречались в 71 главе. 九九归 一 (jiǔ jiǔ guī yī) — девять на девять и вернулись к единице (как ни крути, всё равно придёшь к тому же). Это сродни игре слов. Иероглиф 九 (jiǔ) такой же как в имени короля демонов: 九驯 (jiǔxùn) Цзю Сюнь.

Замолчав, заместитель Юй ударился лбом о землю. Он повторил это сотню раз, пока у него не закружилась голова, зрение не помутилось, а мох, покрывавший стены пересохшего колодца, не начал извиваться, принимая причудливые формы. Вдруг, из каменной кладки показалась высокая фигура. Выйдя из стены, фигура остановилась и снисходительно посмотрела на коленопреклоненного мужчину.

В тот же миг полный зависти и ненависти взгляд талантливейшего человека в «Лэйтин» изменился до неузнаваемости. Заместитель Юй весь дрожал, в его глазах стояли фанатичные слезы.

«Истинный Бог! — подумал он. — Я действительно вижу истинного Бога!»

Заместитель Юй, словно верующий, державший в ладонях свою жизнь, смиренно поднял руки над головой.

— Владыка… владыка, я наконец-то встретился с вами, — бессвязно пробормотал он. — Это то, чего вы так сильно желали.

Но вышедшая из камня фигура не ответила. Она наклонилась и посмотрела прямо на мужчину.

— Твое тело осквернено печатью демона.

Заместитель Юй был шокирован. Оцепенев, он рухнул на землю и в замешательстве уставился на говорившего. Его покрытый мхом «Бог» вновь подошел к каменной кладке и с сочувствием посмотрел на бывшего оперативника.

— Жаль…

Но что именно «жаль» он так и не договорил. Фигура вошла в камень и исчезла, и стены высохшего колодца вновь обрели свой первоначальный вид. Казалось, будто его никогда и не существовало.

— Постойте! — встревоженно выпалил заместитель Юй. Он в недоумении подался вперед и стал шарить руками по стене, но под пальцами были лишь грязь и мох. — Владыка, я ведь все принес, взгляните же на меня!

От отчаяния он схватился за запечатанный ящик, больше не опасаясь того, что кто-то может его обнаружить. Тонкий, словно бритвенные лезвия, лед, покрыл его ногти, сломав защищавшую ящик невидимую печать и замок.

Заместитель Юй попытался открыть его, но прежде, чем он увидел, что находилось внутри, ему в лицо ударил луч белого света. Под ничего не понимающим взглядом несчастного, содержимое ящика взмыло в воздух и взорвалось, раскрываясь ярким цветком.

Стоило этому случиться, как все, кто находился поблизости, включая оперативников «Фэншэнь» и оставшихся на склоне горы сотрудников Управления, увидели этот свет. В Юнъани не первый год стоял запрет на фейерверки и петарды, и любой незапланированный шум, если это, конечно, не было в рамках какого-либо фестиваля, мог сильно встревожить жителей центральной части города.

Ли Чэнь, наконец, очнулся ото сна. Выругавшись, он тут же бросился следом за остальными. Ван Цзэ хотел было отправиться за ним, но Янь Цюшань перехватил его.

— Сначала нам нужно поместить этих… поместить подозреваемых под стражу.

— Босс, тебе не кажется это слишком странным? Что, в конце концов, происходит? — отозвался Ван Цзэ.

Янь Цюшань открыл было рот, но вдруг почувствовал что-то неладное. Он оглянулся, встретившись взглядом с сидевшим на дереве воробьем.

Кто знает, показалось ли ему, но воробей держался очень грациозно. Птица сдержанно кивнула Янь Цюшаню, а после расправила крылья и улетела.

Шэн Линъюань щелкнул пальцами и разорвал связь с марионеткой.

Он все еще чувствовал себя гостем Сюань Цзи, потому не собирался помогать ему с уборкой и мытьем посуды. Вытерев губы, Его Величество поднялся из-за стола.

— Похоже, скоро ты снова сможешь пойти в отпуск…

Но вдруг, ни с того ни с сего, стоило ему только встать, как Сюань Цзи крепко схватил его за руку.

Может, Сюань Цзи это только показалось, но как только его пальцы коснулись Его Величества, тот вздрогнул и медленно потянул руку назад.

Атмосфера между ними в миг стала какой-то странной.

Его Величество не был убежденным консерватором. Он мог с уверенностью приказать незнакомому человеку вымыть его волосы. Почему же теперь его заботили такие ненавязчивые касания?

Но Шэн Линъюань быстро пришел в себя и не обращая никакого внимания на зудящее запястье, улыбнулся:

— Что случилось?

Сюань Цзи внимательно посмотрел в его глаза и, наконец, набравшись храбрости, мягко произнес на языке клана демонов:

— Ты знаешь, как сильно я скучал по тебе все эти годы?

Шэн Линъюань долго смотрел на него без какого-либо выражения. Из-за отсутствия у него сердца его пульс, поддерживаемый бегущей по венам темной энергией, всегда оставался неизменным. Сюань Цзи не чувствовал ни малейших колебаний.