Цвет сверхдержавы - красный. Трилогия (СИ) - Сергей Симонов

   – Ясно, – Косыгин пометил у себя в блокноте. – Озадачим и химиков, и Госстрой.

   – С азотными и прочими химическими удобрениями у нас что? – спросил его Хрущёв.

   – Удобрения у нас выпускаются, – ответил Косыгин. – Но их пока недостаточно. Сейчас строятся новые заводы, большей проектной мощности. (Реально во время визита Росуэлла Гарста в конце 1955 года минеральные удобрения на полях уже вносились. После соответствующего пинка) Ну, и торфо-гуминовыми удобрениями сельское хозяйство поддерживаем.

   – Хорошо, – кивнул Хрущёв. – Тему удобрений не забрасывайте, я тоже буду держать её на контроле, но применять их надо с осторожностью, особенно вблизи рек и озёр. Вообще, на экологию, безопасность предприятий для населения, прошу обратить особое внимание. Касается всех, но спрашивать, Алексей Николаич, буду конкретно с тебя. Привлекай Минздрав, Комитет Партийного Контроля, Санитарно-Эпидемилогическую Службу, Гражданскую оборону, химвойска – всех, кого считаешь нужным. Должны быть разработаны научно обоснованные нормы предельно допустимых концентраций по всем вредным веществам, которые будут применяться или образовываться на вновь строящихся и уже действующих предприятиях. Опять же, меры по снижению выбросов вредных веществ в атмосферу, фильтрации, улавливатели там разные... Короче, эту тему надо проработать. Тут учёным надо будет подключиться. Мстислав Всеволодович, на вас вся надежда.

   – Обязательно поможем, Никита Сергеич, – ответил Келдыш.

   – И вот что, – сказал Хрущёв. – Вот мы сейчас дружно наворотим всякой химии, пластиков, резины... А ведь всё это в итоге будет превращаться в мусор. Сотни тысяч тонн мусора. Его надо куда-то девать. В идеале, конечно, перерабатывать. Рециклировать, как в умных документах говорится. Тем более, что это не просто мусор, это ценнейшее сырьё, если им грамотно распорядиться. Вот, скажем, старые покрышки можно в дорожном строительстве применять. Измельчать в крошку и смешивать с асфальтом. А ещё есть такая штука, «там», у них. Называется – георешётка. Можно применять для укрепления слабых грунтов, например, на откосах дорог, чтобы грязь на дорогу не попадала и склоны не оплывали. Всего-то полиэтиленовые ленты, соединённые в сеть, а проблем снимают множество.

   (Технология резиноасфальта http://www.tatar-inform.ru/news/2014/04/24/404115/)

   – А все эти термопласты, про которые Алексей Николаич рассказывал, это же многократно используемый продукт, – добавил Келдыш. – Тут основная сложность – обеспечить сортировку различных видов отходов. Не допускать смешивания пищевых и твёрдых бытовых отходов. И строить заводы по переработке мусора, иначе через лет десять-двадцать наши города в этом мусоре утонут. Технологиями переработки я химиков сразу озадачу, да и вы, Никита Сергеич, академикам Семёнову и Каргину дайте задание сразу работать над утилизацией отходов.

   – Обязательно, – кивнул Хрущёв. – Уже пометил себе, для следующего разговора. Да, и самое главное – кадры! Алексей Николаич, Госплану надо поставить задачу планирования подготовки кадров для химических производств, ведь лет через 5 их потребуется в разы больше, чем сейчас.

   – Сделаем, Никита Сергеич, – Косыгин пометил у себя в блокноте.

   Это совещание определило многие направления дальнейшего развития химической промышленности СССР.

   Собранную в «тех документах» информацию по применению искусственных материалов Хрущёв и Косыгин передали академику Семёнову. Николай Николаевич поначалу оторопел, прочитав длинный список полимерных и других материалов, а также их областей применения.

   – Никита Сергеич, откуда столько важнейшей информации? – спросил он.

   – Так, Николай Николаич, дорогой, мы же тут, в ЦК, тоже не лаптем щи хлебаем, – подколол его Хрущёв. – К тому же нам компетентные органы много информации приносят, из-за рубежа. Вы не о том думайте, откуда это взялось, а о том, как всё это реализовать.

   В подготовке записки, кроме Семёнова и Каргина, участвовали ещё шестеро академиков химиков и их исследовательские институты. Ученые представили свою записку в начале лета. Хрущёву записка понравилась. Она была составлена обстоятельно, чувствовалось государственное мышление и глубокая компетентность разработчиков. Информацию, переданную Хрущёвым, Семёнов тоже включил в свою записку, что придало ей ещё больший вес.

   Никита Сергеевич разослал записку всем членам Президиума ЦК. Ее обсудили на ближайшем совещании. Докладывал предложения по записке лично академик Семёнов, было бурное обсуждение со множеством вопросов.

   Фактически академик предлагал развернуть всю советскую экономику в новом направлении. Уверенные ответы Семёнова на вопросы членам Президиума понравились. Госплану было поручено учесть предложения академика в плане 6й пятилетки.

   Поскольку в Госплане исторически ведущую роль играли металлурги, отдел химии не имел решающего влияния. Понимая это, Хрущёв привлек к «продавливанию» предложений Семёнова заведующего «каменноугольным» отделом Госплана Александра Фёдоровича Засядько.

   Перед основным разговором Никита Сергеевич поинтересовался, как здоровье Александра Фёдоровича. Засядько, ещё будучи министром угольной промышленности при Сталине, мог крепко выпить.

   (История, прославившая будущего министра, произошла на приеме в Кремле. Засядько попросили произнести тост и налили полный граненый стакан водки. Он его выпил, не закусывая. Ему налили второй – то же самое. Третий – та же история. Попытались налить четвертый, но он накрыл стакан рукой и сказал: «Засядько норму знает!» Когда позже встал вопрос о его назначении на пост министра, Сталину напомнили любовь Засядько к водке, но он ответил: «Засядько норму знает!» И Засядько назначили министром. http://dnews.donetsk.ua/publications/100donetsk/2009/11/19/338.html http://newsland.com/news/detail/id/567437/ )

   – Спасибо, Никита Сергеич, пока держусь, – ответил Засядько.

   – Норму знаете по-прежнему? – хитро подмигнул Хрущёв.

   – Та какая там норма! – махнул рукой Александр Фёдорович. – Был я с подачи Марии Дмитриевны Ковригиной у одного чудо-специалиста. Зовут его Александр Романович Довженко. Наш, украинский. Так он разработал способ, кодирование называется. (АИ, в реальной истории А.Р. Довженко начал проводить лечение алкоголизма кодированием несколько позже, но при наличии в посылке патента http://www.findpatent.ru/patent/116/1165392.html освоить метод раньше проблемы не составит. ) Тягу к водке как рукой снимает.

   – Вот и хорошо, – сказал Хрущёв. – А теперь, Александр Фёдорович, есть у меня для вас важнейшее поручение...

   Они обсуждали вопрос несколько часов. Никита Сергеевич сумел внушить Засядько главную мысль: речь идет не об очередном мероприятии или кампании, а о коренном развороте промышленности, смене приоритетов, а потому сопротивление предстоит выдержать отчаянное. Он пообещал Засядько свою полную поддержку.

   Один из заместителей Хрущёва Владимир Николаевич Новиков вспоминал:

   «В работе у Хрущёва была напористость. Он не входил в подробности дела, выдвигал и контролировал наиболее крупные народно-хозяйственные вопросы, в основном те, которые шли как новые. Своих заместителей он не дергал, но всяческих особых заданий давал им много».

   Засядько первым делом усадил Семёнова и остальных академиков вместе со своими специалистами-плановиками, и они к июлю 1957 года превратили теоретические предложения ученых в конкретные параграфы плановых заданий для каждого министерства, где было подробно расписано, что, кому, когда и сколько: что и где надо построить, какие новые технологии внедрить, какие исследования начать, сколько миллиардов рублей потратить, а главное, где эти миллиарды взять.

   Получился объёмистый документ массой около килограмма. С этим документом Засядько, уже без Семёнова, явился к Хрущёву. Выслушав его краткие пояснения, Никита Сергеевич взял составленный плановиками талмуд, крякнул, и попросил оставить для подробного прочтения. Талмуд был озаглавлен «О серьезном отставании и неотложных мерах по ускоренному развитию химической промышленности».

   Этой «запиской» он остался доволен. Теперь предстояло согласовать ее не только в Госплане, но и с главами союзных республик и с министрами. Засядько предлагал отобрать часть ассигнований у черной металлургии, около 5 миллиардов рублей у шелководов, овцеводов и у хлопкоробов. Задача была сложная, все эти деньги уже были распределены соответствующими постановлениями за подписью самого Хрущёва, и «потерпевшие» ожидаемо будут драться за них до последнего.

   После жесткой «торговли» с членами Президиума ЦК, отвечавшими за то или иное хозяйственное направление, 10 октября 1957 года документ обсудили на заседании Президиума ЦК, при рассмотрении вопроса «Об основных направлениях в разработке пяти-семилетнего плана развития народного хозяйства СССР».