Угроза мирового масштаба 5 (СИ) - Эл Лекс

— Нас поддержат смежные подразделения, — вместо Адама ответил Виктор. — Я договорился с их командирами, они выделят несколько орудий, которые в момент подлета начнут обрабатывать комплекс горячих источников и прилежащую территорию дымовыми снарядами. В итоге там будет так задымлено, что никто нас даже не увидит, не говоря уже о том, чтобы в нас прицелиться.

— Почему дымовыми? — удивился Нокс. — Почему не обстрелять их нормальными, осколочными?

— Потому что среди них полно носителей Дымного Доспеха, как я понимаю, — опередив Виктора, ответил я. — И им твои осколки будут как тебе — сушеный горох. Они не помешают им по нам пострелять, а то и наколдовать чего.

— Именно! — кивнул Виктор. — Кроме того, дымовые снаряды, в отличие от осколочных, почти не наносят урона зданиям и территории.

— А, может, нам это и нужно? — Лютес пожал плечами. — Сровнять это место с землей и запереть тех, кто успел спуститься в источники, там, внизу. Пусть себе кукуют, пока не помрут от голода и жажды… Хотя нет, жажда им там не грозит.

— Тоже не лучшая идея, — возразил я. — Они смогли докопаться до наклов и напасть в их тоннелях, а значит, они смогут и к источникам прокопаться тоже. И то, что они до сих пор этого не сделали, а пошли поверху, прорывая оборону, говорит только о том, что они пока еще не успели это сделать. Но скоро сделают, это как пить дать.

— К тому же, мы не можем себе позволить потерять место Силы, — поддакнул Адам. — Если оно нужно троттлистам, то, значит, и мы можем его как-то использовать против них. В смысле, как мы его еще не использовали и не знаем, как именно. В любом случае, это какое-то новое и незнакомое нам оружие и мы его уничтожим, чтобы не попало в руки врага, если придется… Но пока что приоритетной целью стоит его захват и изучение.

— Ну, и не позволить врагу воспользоваться тоже. Это самая приоритетная цель, — добавил я. — Адам, сколько у нас до вылета?

— Десять минут.

— Успею. Виктор, Ви… Дайте-ка мне свои маноматы ненадолго. Хочу их… «прокачать».

Мана после полного воссоединения ножа буквально хлестала во мне через край, поэтому и с маноматами я в этот раз управился не в пример быстрее.

Буквально пять минут — и оба ствола приобрели способность к пробиванию магических щитов, пусть и не абсолютную.

Совсем хорошо было бы, если бы получилось наложить похожие заклинания на винтовки солдат, которые шли с нами, но увы — с обычным огнестрелом такое не сработает. Пришлось бы либо заряжать каждый патрон в отдельности (причем эффект не продержался бы долго, максимум — час-другой, из-за маленьких размеров самого патрона), либо переделывать магазины, чтобы вместить в них еще и мановую батарею и артефакт, который будет питаться из нее маной, заряжая каждый последующий выстрел.

Так что удел простых солдат — простые же троттлисты, не снаряженные Дымными Доспехами…

Если, конечно, такие там найдутся.

А если не найдутся, то сразу у троих солдат за спиной, почти как у Адама, я заметил трофейные мечи троттлистов. Не иначе как сегодня эти клинки повернутся против своих хозяев…

Мы с Виктором сразу договорились, что он командует своими людьми, а я — своими, чтобы не творить хаос и неразбериху. Он легко согласился, разве что пытался переманить к себе Ванессу, чтобы она была на виду, но та тут же отказалась, утверждая, что будет в большей безопасности со мной.

И Виктор, секунду подумав, даже с этим согласился…

Адам, услышав это, ехидно улыбнулся.

Нашим транспортом стал тот самый небольшой самолет, что стоял посреди ангара. Нокс не упустил шанса спросить, почему он такой убогий, не реактивный, и все такое, на что Адам ему с усмешкой ответил, что если бы мы полетели на реактивном, то мы бы даже высоту набрать нормально не успели, как уже пора было бы прыгать.

— Не говоря уже о том, что с реактивного самолета прыгать — все равно что в бетонный бассейн без воды, — поддержала его Ванесса, ожидающая, когда в самолет погрузятся солдаты. — Потоки воздуха такие мощные, что переломают тебя, как деревянную куклу.

За штурвал снова сел Адам.

Я уже даже перестал удивляться талантам и способностям этого человека, что ни возьми — он все умеет. Стрелять, управлять дроном, драться на мечах, вести переговоры, пудрить мозги противникам, управлять машиной, самолетом и, наверное, даже космическим кораблем…

— Эй, Адам. — Я решил спросить напрямую, благо, сидел совсем рядом, в пассажирском кресле. — Есть что-то, чего ты не умеешь?

— Да, готовить, — легко ответил Адам.

— Врешь. — Я укоризненно посмотрел на него.

— Ладно, вру, — так же легко согласился Адам. — Готовлю я отлично. А вот чего я не умею, так это рисовать. Всегда какие-то каракули получаются. Беда, да и только.

Уверен, что каракули у него получаются только если он попытается нарисовать что-то художественное, а вот всякие чертежи и схемы он составляет с точностью компьютера и за время, меньшее, чем нужно мухе, чтобы один раз махнуть крылышком.

Адам принялся щелкать тумблерами на панели, и каждый из них приводил к своему эффекту — то свет в кабине загорелся, то пропеллер дрогнул и начал раскручиваться, то аппарель, по которой мы залезали внутрь, поднялась…

Когда все переключатели заняли свои места, самолет задрожал и пополз по ангару в сторону раскрытых ворот. Выведя аппарат на взлетную полосу, Адам развернул его в нужную сторону и потянулся к рации.

— Центр, это борт сорок два шестнадцать, к взлету готов.

— Сорок два шестнадцать, это центр. Взлет разрешен, — раздалось в ответ.

— Принято. — Адам повесил рацию на крючок и коротко бросил в салон, начинающийся прямо за спинкой его кресла: — Надеюсь, никого из вас не тошнит в самолете! Потому что мы взлетаем!

Пропеллер набрал обороты, смазываясь в один полупрозрачный круг, фюзеляж задрожал, чуть приподнялся…

А потом Адам отпустил тормоза и самолет покатился по взлетной полосе, наращивая скорость.

Безопасник несколько секунд держал штурвал мертвой хваткой, и, когда самолет ощутимо оторвался от земли, плавно потянул его на себя.

Я никогда до этого не летал на самолетах…

На грифонах — летал, на пегасах — летал. Даже на драконе один раз летал, правда, против его воли и вместо седла у меня была только рукоять меча, по самую гарду погруженная в основание его черепа… Но ничего из этого не сравнится с полетами на самолете, когда организм ощущает себя так, словно его закрыли в огромную стеклянную банку, а потом подкинули в воздух