Снежная королева - Джоан Виндж

- Откуда ты знаешь? - прервал он ее. - Откуда тебе известно, что делали здесь люди до того, как первые звездные корабли опустились на Тиамат из облака, поднятого Великой Бурей? - Он и не заметил, что заговорил вдруг языком мифов.

- Все это я узнала, слушая свой приемник. - Она улыбнулась. - Инопланетные археологи давно уже изучают наши старинные раскопки и записи, оставшиеся со времен Старой Империи. Они утверждают, что наш народ прибыл сюда после какой-то межзвездной войны с планеты под названием Триста. Это случилось, когда Старая Империя уже клонилась к закату. Фантастические существа, головы которых я воспроизвожу в своих масках, прежде были вполне реальными пассажирами первых приземлившихся на Тиамат звездных кораблей, предками жителей Лета и Зимы. Ты, возможно, узнаешь некоторых из них - у вас, на Летних островах, эти персонажи все еще имеют свое Имя. "Покоритель Зари" - всего лишь название межзвездного корабля, давшего имя одному из основных родов островитян - их около десяти. Ты разве этого не знал? - Спаркс покачал головой. - Но с началом правления Гегемонии нас заставили стыдиться "примитивных" традиций; так что теперь мы лишь во время Фестиваля даем им волю, в сущности отмечая не столько визит премьер-министра, сколько свой собственный традиционный праздник.

- Да? - Спаркс, казалось, был очень встревожен, смущен таким видением истории, где не было места Хозяйке; сам он ни за что не согласился бы с подобной точкой зрения.

- Так или иначе, но вспомни: многие вещи прекрасны только благодаря своей эфемерности, недолговечности - раскрывающийся цветок, звучащая мелодия, вспыхивающая в небе радуга.., любовная игра...

А что если радуги возьмут и исчезнут навсегда?.. - вспомнил вдруг Спаркс и прикусил губу.

- Я думаю, что глупо все время оглядываться назад и тосковать по прошлому.

- Нет, не глупо. Это свойственно человеку. - Фейт, подняв голову, вглядывалась в него, словно читала его мысли. - Впрочем, для художника подлинная радость заключена в самом созидании. Когда чувствуешь, как в твоих руках возникает, растет нечто материальное, ты и сам как бы растешь с ним вместе, живешь, твоя энергия бьет через край. А когда заканчиваешь работу, сразу перестаешь расти. Перестаешь жить - только существуешь, чтобы иметь возможность начать новый акт созидания. Разве у тебя не бывает так, когда ты играешь на своей флейте?

- Бывает. - Он взял флейту и легонько погладил тонкие волоски шрамов на ее поверхности - там, где Фейт бережно склеила раковину, приводя инструмент в порядок. Она отлично сделала это - у флейты даже звук почти не изменился. Да, наверное, это так. Я никогда об этом не задумывался. Но непременно подумаю.

- Пожалуйста, передай мне сине-фиолетовое крылышко жука.., спасибо. Не знаю уж, как я справлялась бы без тебя. - Малкин прокрался бочком и прыгнул к ней на колени, смяв широкую юбку и умоляюще мяукнув.

Спаркс засмеялся. Несмотря на то, что Фейт предсказала ему удачу в ту самую первую их встречу на улице, его хрупким островным мелодиям все же оказалось не под силу тягаться с сотнями развлечений, которые сулил Лабиринт; он с огромным трудом зарабатывал своей игрой на улицах ту малость, что позволяла ему не умереть с голоду. Вспоминая об этом, он вдыхал смешанные ароматы, доносившиеся из экзотического вегетарианского ресторана "Новый рай" и расположенного напротив кафе "Саматан". Если бы Фейт не приютила его тогда, поселив в своей кладовой, где со стен на него смотрели тысячи загадочных ликов, ему пришлось бы ночевать в придорожной канаве...

Теперь он был благодарен ей и за то, что она тогда заставила его пойти в межгалактическую полицию и дать все необходимые показания. Он помнил, как изумлена была спасшая его женщина-полицейский, когда вновь увидела его перед собой, и мучительное чувство вины, которое явно читалось в его собственных глазах. Спаркс вздохнул.

- Неужели они просто соберут свои вещички и после Фестиваля улетят с Тиамат навсегда? Бросят все, что у них здесь есть? С трудом верится...

- Да, улетят почти все. - Она сделала из золотой нити кисточку. Подготовка инопланетян к отлету уже началась, да и мы готовимся к расставанию с ними. Ты бы уже почувствовал это, если б вырос здесь. А ты что ж, опечален переменами?

Он вскинул голову: такого вопроса он не ожидал.

- Я.., я не знаю... На островах все вечно твердили, что именно этого дня, праздника Смены Времен Года, и следует ожидать, что с его наступлением мы вновь обретем себя... А мне противно, что инопланетяне, ослепляя жителей Зимы блеском своей славы и богатства, беззастенчиво грабят их; ну мы-то, островитяне, для них просто не существуем. - Он непроизвольно стиснул висевшую у него на груди медаль. - Хотя...

- Хотя и ты тоже был ослеплен их славой и богатством. - Она завязала узелок и оборвала нитку; потом погладила спящего Малкина по серебристой спинке.

- Я...

Она улыбнулась, пытаясь разглядеть, что написано у него на лице, с помощью своего "третьего глаза".

- Не вижу в этом ничего особенно дурного. Ты спросил меня как-то, не возмущает ли меня, что я не имею права полететь на другую планету Гегемонии, где меня могли бы излечить от слепоты. Ты был уверен, что меня обманули, вместо настоящего излечения предложив теперешний мой "третий глаз", с помощью которого я могу видеть лишь немногое. Будь я зрячей, я, вполне возможно, видела бы все в том же свете, что и ты... Но я слепа.., для меня и такая возможность - уже подарок.

- Да уж, ты и с такими глазами все видишь и замечаешь! - Спаркс прислонился к стене, глядя вдоль улочки. - И после фестиваля ничего этого не будет...

- Да. Это последний Фестиваль. А затем инопланетяне покинут Тиамат, жители Летних островов вынуждены будут снова переселяться на север, и та жизнь, которой я до сих пор жила, кончится. На сей раз выборы королевы состоятся по-настоящему.., и маска королевы Лета станет моей последней и самой лучшей маской.

- А что ты будешь делать потом? - Спаркс вдруг понял, что это далеко не риторический вопрос.

- Начну новую жизнь. - Фейт завязала последний узелок. - Точно так же, как и все остальные. Для того и существует Смена Времен Года, знаешь ли. - Она подняла законченную маску, точно предлагая ее идущим по улице прохожим. Некоторые смотрели на нее и улыбались.

- Почему тебя так назвали? Это твои родители придумали тебе имя?

- Скорее мать. А ты разве сам не догадываешься? По той же причине и тебя назвали Спарксом. У детей Фестиваля особые имена.

- Ты хочешь сказать, что два Фестиваля тому назад...

Она кивнула.

- Ты знаешь, это суровое наказание - всю жизнь носить такое имя, как мое. Радуйся еще, что тебя как-нибудь так не назвали.