Хэнтон & Лоуренс. Империя (СИ) - Рябченкова Марина

Полдень. Солнце высоко в небе.

Гудят машины. На тротуарах полно людей. В многочисленные на центральной улице кафе не протолкнуться…

Когда ряды автомобильного потока снова притормозили, боковым зрением я заметила суету слева. Обратила к соседней зеленой машине взгляд, а там две девушки с широченными счастливыми улыбками радостно махали мне руками. Долго, вплоть до того момента, пока их ряд не продолжил движение.

Мой ряд стоял, так что я обратила взгляд к бутикам справа.

Книги. Одежда…

Но смотрела я только на магазин для новорожденных. На большой витрине стояла белоснежная колыбель с подвесными погремушками в виде луны и звезд, а рядом кресло-качалка для мамы. В том кресле мягкий плед. На белоснежном, в тон колыбели столике, расписанная в приятных нежных тонах кружка.

Все это выглядело очень… уютным.

Этот день был трудным. В нем было много беспокойств и размышлений, во многом тупиковых.

Отныне я ничего не контролировала. Успех противостояния врагам Лонгера зависел теперь только от самого Лонгера. Не от меня. Моя участь отныне — стоять в стороне и наблюдать, чем это все закончится. Ну и отбиваться, коли удар обрушится на «Лоуренс нефть».

А причин верить, что не обрушится, не было совсем. И это очень пугало.

В свое время, мне пришлось наизнанку вывернуться, чтобы победить Алана Лонгера. Как мне нужно извернуться на этот раз, чтобы отбиться от кого-то посерьезней, чем он?

Я уже отдала Лонгеру, по сути, все свое состояние.

Теперь мне предстояло делиться с «Лоуренс нефть»?

Учитывая то, что я весь день об этом всерьез размышляла, и ни на чем другом, в целом, так и не смогла сосредоточиться, выходит, перспектива потерять «Лоуренс нефть» как никогда была очень высока…

Машина подвела меня в самый ненужный момент. Заглохла на пути на Северо-западную, шесть, в самом нелюдимом месте. По обе стороны асфальтированной дороги высокие деревья. Низенькие крыши пригорода в километрах пяти позади. А до особняка Хэнтона еще километров двадцать.

— Проклятие…

Я вышла из «Фойры», подняв капот.

Внешне все казалось в порядке. Значит, проблема глубже и понадобится механик. Захлопнув капот «Фойры», посмотрела на дорогу. Пусто. Никаких звуков приближающихся машин.

Сумерки. Синий горизонт стремительно становился темно-серым.

Перспектив у меня было немного: остаться в машине и ждать попутчика или пойти к особняку пешком. При свете дня я, не раздумывая, выбрала бы второй вариант. Но солнце уже скрылось за горизонт, и с каждой минутой становилось только темнее.

Села в машину, опять погрузившись в свои мысли. Не заметила, как закрыла глаза…

Мне не снилась пылающая в огне «Лоуренс нефть». Мне не снился Лонгер и его враги. Мне снилась многотонная железная гусеница в горах Ханди «Прогресс»: то, как она упала в обрыв, а затем снова вернулась на стилполотно…

Когда возник звук приближающегося автомобиля, я открыла глаза, не сразу поняв, где находилась. Посмотрела в боковое зеркало — автомобиль с двумя яркими круглыми фарами замедлил ход, свернув к обочине.

Я вышла из машины, в том автомобиле узнав «Прайд» Хэнтона. Подошла к ней, открыв дверь.

— «Фойра» заглохла, — сказала я, взбираясь на заднее пассажирское сидение «Прайда».

— Давно? — спросил Джон.

Посмотрела на маленькие наручные часы на запястье, и сказала:

— Час назад. — Опять обратила взгляд к Хэнтону. — Я думала, ты уже вернулся в особняк.

— У меня были дела в Данфорде.

— Поедем в клуб? — вдруг предложила я.

— В клуб? — взгляд спокойных серых глаз стал задумчивым.

— Не званые вечера. Не торжественные мероприятия. Просто ты и я.

Джон сказал водителю:

— Возвращаемся в Данфорд.

Поздний вечер. Уже было темно, в небе сияли луна и звезды.

В субботний вечере дороги Данфорда были полны сверкающих в свете ночных фонарей и рекламных вывесок автомобилей. По широким красивым тротуарам центральных улиц ходили люди. Работали рестораны и вечерние кафе, кинотеатры, бары…

«Прайд» вырулил к обочине, остановившись перед клубной вывеской. Перед дверьми толпа. Служащий на дверях сразу пошел к «Прайду», открыв заднюю пассажирскую дверь. Мы с Джоном вышли из машины, и толпа перед дверьми в клуб заголосила, восторженно выкрикивая наши имена.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Нас с Джоном проводили на позиции верхнего этажа. За круглым столиком в удобных глубоких креслах с верхних этажей было хорошо видно сцену с танцовщицами и оркестром и столы многочисленных гостей. Джентльмены в костюмах и дамы в красивых платьях ели роскошные блюда и пили дорогие напитки; каждый третий курил. А по центру зала стоял большой стол с пирамидой из высоких бокалов с золотистым шампанским.

— Питер Мейлдак неосторожен, — сказала я, глядя на столик, там внизу.

— Кто это? — Джон обратил взгляд в ту сторону.

— Скандал с поставками виски и бурбона, — напомнила я, взяв со стола стакан с золотистым напитком. — На прошлой неделе Мейлдак отрицал подделку продукции «Топико», утверждая, что подмена оригинала на подделку произошла во время перевозки. — Поднесла виски к губам. — А теперь посмотри кто с ним рядом…

За столом с Мейдлаком сидели глава прямого конкурента «Топико» и один из «грязных» полицейских Данфорда. О последнем, во всяком случае, ходили такие слухи. Кем был четвертый — непонятно.

Хэнтон только криво ухмыльнулся, быстро потеряв к чужим делам интерес.

— Встреча с Лонгером состоялась?

Лонгер? Вслед за мыслями о нем, последовали мысли о его врагах, а затем и «Лоуренс нефть». Замкнутый круг сделал еще один оборот в моих мыслях. Внутри меня пробежало раздражение… Страх.

Снова крепло ощущение, будто земля под моими нефтевышками становится зыбучей, и вот-вот все уйдет под землю.

В ответ на вопрос Джона просто кивнула, протянув вдруг:

— Ты столько раз дарил мне подарки. Браслет, серьги, «Фойра», теперь кольцо… — Улыбнулась я. — Кажется, пришло время и мне тебе что-нибудь подарить.

Серый взгляд внимательных глаз стал настороженным, и я сказала:

— Как насчет «Лоуренс нефть»?

Эти слова сорвались с моих губ легко. А Джон, нисколько не поменявшись в лице, неторопливо поднес к губам стакан с виски.

Объясняю:

— Лонгер настоятельно рекомендовал задуматься над тем, чтобы впустить в компанию корпорацию «Хэнтон» и «Технологию будущего». Это необходимо, чтобы спасти «Лоуренс нефть» от удара, который скоро точно обрушится на нее. Не знаю когда. Не знаю как. И я как никогда сомневаюсь в том, что смогу выстоять в одиночку.

— Ты очень быстро принимаешь решения, дорогая, — задумчиво и без упрека протянул Джон.

— У меня не так много времени, чтобы затягивать с этим. Если я намерена что-то предпринять, это нужно делать уже сейчас, — намеренно выждав момент, сказала: — Не могу угадать, что именно они предпримут против меня. И тем более, не могу предугадать, чем это закончится… Они — не Лонгер, Джон. Идти против них в одиночку — безумие. Мне нужны союзники, которые были бы не меньше моего заинтересованы в том, чтобы «Лоуренс нефть» выстояла.

— К черту «Технологию будущего», — его слова прозвучали не резко, а напротив, очень сдержанно и уверенно. С деловой хваткой. — «Лоуренс нефть» войдет в корпорацию целиком.

Тихо было не долго.

— Что достанется мне?

— Тридцать процентов «Хэнтон» будет достаточно, дорогая?

И Джон был готов делиться?

— Вполне достаточно, дорогой, — в некотором замешательстве протянула я, оценив, что цена доли столь крупной корпорации как «Хэнтон» вполне соизмерима со стоимостью и доходностью «Лоуренс нефть». — Семейное дело «Хэнтон». Не твое или мое. Наше.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Даже при условии, что за Джоном сохраняется главенствующая роль в принятии решений — семьдесят процентов против тридцати, в конце концов! — все равно…

— Звучит неплохо, — мрачно проговорила я. — Вот только, ты и я — этого недостаточно, Джон. Нужен третий.

Подразумевала «Технологию будущего», с ее связями и влиянием. А Хэнтон вдруг сказал: