Хэнтон & Лоуренс. Империя (СИ) - Рябченкова Марина

— Ее там нет, — сказал Слеперс.

— Простите, миссис Хэнтон, ее там действительно уже нет…

— На третьем поле не она? — предположил Джон, покосив взгляд совсем в другую сторону.

— О, вы правы! — улыбнулся Бобби.

На третьем поле было много людей. Я растерялась, потому что знала: если спрошу, которая из девушек в ярких платьях Сара, это будет невежливо.

Кажется, Джон понял мое положение, потому что сказал Слеперсу:

— Сара выросла, — предложил мне изгиб своей руки. — Составлю компанию миссис Хэнтон и поздравлю невесту.

— А потом поднимайся в бар, Джон! — махнул Слеперс. — В тот, что на втором этаже. Покажу, какими должны быть лучшие колумбийские сигары. А миссис Хэнтон может составить компанию моей жене. Она в северном крыле в гостевой комнате, на первом этаже.

— Так и поступим, — заверил Джон.

Мы с Джоном пошли по вымощенным каменным дорожкам меж полей для гольфа.

— Как тебе Слеперс? — с улыбкой спросил Джон.

— Я представляла его другим, — обратила взгляд к человеку с подносом. — Возьми для меня бокал…

Когда Джон протянул мне бокал с шампанским, приняла его со словами:

— Он как веселый сапожник.

— Когда он выпьет, он всегда такой. Но в делах предельно серьезен.

— То есть, обращение «Джон, мать твою, Хэнтон!» это не всегда так?

— Нет, — Хэнтон свернул на третье поле. — Девчонка в зеленом платье — Сара. — Показал он.

Я сразу обратила в ту сторону взгляд и шаг сам собой замедлился… В зеленом платье была только одна особа: у нее длинные темные волосы с милым бантиком на затылке; взгляд очень дерзкий и острый, как у котенка, который любит распускать когти. То, как она смотрела, выглядела и двигалась…

Не девушка, то была действительно девчонка!

— Сколько ей лет, Джон?

— Пятнадцать, должно быть.

А казалась еще младше!

Я возмутилась, с претензией посмотрев на него:

— Это она выходит замуж?

— Не сейчас, разумеется. Когда ей будет девятнадцать.

— Я что-то не понимаю…

— Это помолвка, Анна, — нахмурился Джон, будто бы всерьез сомневаясь в здравости моего рассудка. — Такое происходит не часто, но так бывает.

— Вы давно к нам не приезжали, дядя Джон, — подошла к нам Сара Слеперс.

— У меня были дела, — обратил к ней взгляд он.

— Да, я знаю, — с хитрой ухмылкой она посмотрела на меня.

Я всерьез смутилась, сказав поспешно:

— Поздравляю с помолвкой, — попыталась улыбнуться, хотя мне было очень странно такое сказать… пятнадцатилетней.

Чего только стоил ее осмысленный дерзкий взгляд!

— Спасибо.

Джон вдруг спросил:

— Любопытства ради, Бобби Джонсон, это выбор отца или твой выбор?

Мой взгляд резко метнулся к Хэнтону, в то время как Сара ответила спокойно:

— Да, Бобби глупый недотепа, но, кажется, я его люблю. И папе он нравится.

— Кому понадобилась помолвка? — с весельем в голосе опять спросил Джон.

— Я так захотела. И убедила Бобби, что ему это тоже нужно. Папа не возражал.

— Зачем тебе это?

— Бобби мой, — сказала она, как о своей собственности.

— А если любовь пройдет? — вырвалось у меня, невольно подумав, что из нас троих, как кажется, наивная и глупая только я. — Четыре года — это срок…

— Расторгну помолвку.

— Вот так легко?

— Мой папа Верховный судья, — дерзко сказала она. — Чего здесь сложного?

В то время как Джон негромко рассмеялся, я потрясенно приоткрыла рот.

— Хотите сыграть в гольф? — спросила она как ни в чем ни бывало Хэнтона.

— Боюсь, твой отец ждет меня в баре.

— Хм. Ну ладно… — посмотрела на меня. — Вам не предлагаю, потому что вы плохо играете. — Когда я недоуменно изогнула бровь, она добавила: — Видела вашу игру с мистером Лонгером.

— Года… полтора назад?

— А потом еще играли?

— Нет.

Обратила взгляд к Джону.

— Хорошего вечера, дядя Джон, — на ходу мне улыбнулась. — Миссис Лоуренс.

— Хэнтон, — поправила я, но это уже было неважно.

Джона повеселил этот диалог.

— Говорил же, она забавная.

Я не разделила оптимизма Хэнтона. Бобби мне стало очень жалко.

Рука об руку мы с Джоном вернулись к проходной группе клубного дома. В холле разошлись. Он пошел к лифту, а меня служащий в золотистом фраке проводил в гостевую комнату на первом этаже клуба.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

13.1.

Гостевая комната выглядела роскошно, большая, светлая, с гигантской хрустальной люстрой на потолке. Вдоль высоких арочных окон были предусмотрены мягкие позиции, с немыслимым количеством маленьких цветных подушек. По центру расположены пурпурные диваны и коричневые кресла, столы с изобилием еды и напитков, экзотические цветы.

Эдакий дамский уголок…

— Которая из дам миссис Слеперс? — спросила я человека в желтом фраке.

— Та, что в дымчатом платье, мэм.

Обратила взгляд в ту сторону.

Миссис Слеперс стала моим вторым потрясением. В то время как ее мужу было глубоко за шестьдесят, самой Нэнси Слеперс было, ну разве что только слегка за двадцать. То была розовощекая девушка с пышными формами и с копной ярких рыжих волос. Все ее лицо было усыпано веснушками.

— Миссис Слеперс, — справившись со своим потрясением, я вежливо улыбнулась девушке в положении. Та обратила на меня дружелюбно-заинтересованный взгляд дымчатых светлых глаз. Очень красивых, к слову. Я представилась: — Миссис Хэнтон.

— Рада знакомству, миссис Хэнтон, — в ответ улыбнулась мне она.

И ко всему прочему я отметила ее приятный тихий голос.

Поскольку было очевидно, что Сара Слеперс не ее дочь… В конце концов, разница в возрасте между старшей дочерью Слеперса и его молодой женой лет семь-десять…

— Поздравляю с помолвкой Сары.

— Вы очень любезны.

Сделала глоток шампанского и, обратив взгляд к ее большому животу, все-таки спросила:

— Сколько уже?

— Восьмой месяц.

— Уже скоро.

— Да, и на этот раз, надеюсь, мальчик.

Я снова сделала глоток шампанского и все-таки спросила:

— На этот раз?

— У меня две дочери. Лилит и Шейла. Вы не подумайте, девочки это очень хорошо! Но нам с Луи очень хочется и мальчика.

Сара Слеперс.

Лилит Слеперс.

Шейла Слеперс.

И на подходе еще один маленький Слеперс…

Я сделала еще глоток шампанского, а Ненси вдруг весело рассмеялась.

— Простите, — извинилась она. — Но вы так честно выразили свои эмоции.

— Ох, простите, если…

— Вы ничуть меня не обидели, — с улыбкой отмахнулась она. — Мой муж на сорок лет меня старше, его дочь годится мне в сестры, и я рожаю ему детей каждый год. — Опять улыбнулась. — Выглядит все это немного необычно.

— Немного? — насмешливо сощурив взгляд, поддержала я возникшую между нами честность.

И Ненси вновь весело и звонко рассмеялась.

Мне понравилась Нэнси Слеперс. Я с удовольствием провела в ее обществе целый час. Она не девушка с обложки, которых предпочитают богатые холостяки, но по-своему бесспорно была красива. А ее юмор и честность выше всяких похвал!

Когда я покинула гостевую комнату, то думала…

Даже если Нэнси не особенно любила Слеперса как мужа, то, в чем сомневаться точно не приходилось, она ценила и уважала его. Их отношения мне во многом напомнили сделку, которая в свое время едва не состоялась между Джоном Хэнтоном и Мелиссой Бауэр.

Мне не нравились такие сделки. Впрочем, если посмотреть с точки зрения Нэнси Слеперс…

Если все всем довольны, почему нет?

Человек в желтом смокинге шепнул мне, что в приватной бильярдной комнате на третьем этаже меня ждал Алан Лонгер, и я пошла к лестнице. Минуя второй этаж, метнула взгляд к бару. Хэнтон по-прежнему был в обществе Слеперса и других джентльменов. На фоне большого камина и портретов с лучшими игроками клуба, мужчины пили крепкие напитки, курили дорогие сигары и очень громко говорили.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})