Стань моим первым - Адалин Черно

— Как это — нечего? Купи подарок девочке, пообщаетесь. Вы оба молодые.

— Я лет на двадцать старше, если не ошибаюсь.

— На пятнадцать, — поправляет меня отец. — Не приедешь, да?

— Да. Прости, пап, но объективно, ехать на полчаса, чтобы потом обижать всех и покидать неинтересные мне посиделки, нет смысла.

— Ладно… — вздыхает отец. — Мы от тебя ей подарок передадим.

— Вот и здорово.

Я отключаюсь и откидываюсь на спинку. Пора звонить Борису и говорить, что проблема почти решена, но я почему-то вспоминаю совсем не о нем.

Глава 23

Кирилл

С Борисом поговорить не удается. Я набираю его, но мне отвечает секретарша, которая утверждает, что ее босс сейчас на важном совещании и не может разговаривать. Требование мне перезвонить я оставил, но время близится к восьми, а Соколов и не думает мне перезванивать.

Уговорить его на сотрудничество попросил отец. Он его давно знает и утверждает, что Соколов имеет колоссальное состояние, которое можно пустить в нужное русло. И компании прибыль, и Борису хорошо. Единственное, что раздражает — беготня и динамо. У нас огромная компания, колоссальная прибыль, а меня отчитывает один возможный инвестор. Хотя, надо заметить, отчитал он меня сегодня по теме. И если бы не он, непонятно, сколько бы мы еще потеряли денег.

Впрочем… проблема еще не решена. Я должен был набрать Арбатова, но когда позвонил отец — передумал. У них сегодня ужин, не хочу портить Ивану настроение, пускай отдыхает. Поговорим с ним завтра, предложу встречу, потому что по телефону такие вопросы не решаются.

— Долго ждешь?

В машину вихрем врывается поток прохладного воздуха, который впускает Кира, когда открывает дверцу и садится на соседнее кресло.

— Прости… я в последний момент искала свою сумочку.

Она виновато улыбается и, наклонившись ко мне, быстро чмокает в щеку. Копошится в кресле с ремнем безопасности, поправляет одежду, совершенно не замечая, какое впечатление произвел ее поступок. Меня словно пыльным мешком огрели. Сильно так, с чувством и расстановкой.

— Кирилл? — Кира толкает меня в плечо. — Я что-то не так сделала, да?

И смотрит на меня так… блть, откуда у нее такие невинные глазища? И губы эти еще.

Я отворачиваюсь, концентрируясь на дворе, из которого нам нужно выехать, потому что при одном взгляде на нее у меня в штанах становится тесно.

— Кир… — говорит уже тише и трогает меня аккуратно. Одними пальчиками, словно задеть боится. — Скажи мне, если…

— Все нормально.

Я сжимаю руль и выезжаю на дорогу, предварительно пропустив женщину на белом мерине.

Мы с Кирой сильно разные, и я, вроде бы, смирился. По крайней мере, приготовил себя к тому, что она другая. Непосредственная, веселая, улыбчивая. Лика, например, никогда бы не забралась ко мне в машину с растянутыми едва ли не до ушей и не чмокнула бы меня в щеку на радостях. Такие эмоции у нас с ней не предусматривались. Я в принципе отвык от них. В моей жизни нет места подобным нежностям, поэтому когда их сделала Кира, я растерялся.

Бросаю на нее взгляд по пути. Долго смотреть не могу, но замечаю, что она отвернулась к окну и на меня не смотрит. На светофоре поворачиваюсь к ней и трогаю за плечо. Молчит. И не поворачивается. Обиделась.

Да твою ж мать!

Откидываю голову назад, прикрываю веки и выдыхаю. Спокойно, Багров, ты сам на это подписался. Сам отправил ей смс, сам позвал с собой из ресторана. Ты знал, что она молодая и эмоциональная. И все равно позвал. И трахал, несмотря на то, что ей двадцать.

Когда загорается зеленый, я полностью успокаиваюсь и остаток пути веду машину без эмоций. Я старше, в конце концов, и должен быть адекватнее, хотя после и без того насыщенного проблемами дня, последнее, чего я хочу — устраивать разборки. Пока Кира молчит, я надеюсь, что и не придется. Доедем домой, поднимемся ко мне, закажем ужин и она отойдет. Если повезет, это произойдет гораздо раньше.

Когда заезжаем в паркинг, понимаю, что нихрена у нас спокойно не выйдет. Едва паркую машину, Кира первой отстегивает ремень безопасности и вылетает наружу. Дверью не хлопает и на том спасибо. На меня тоже не смотрит, игнорирует. Нахрена, спрашивается, мне эти качели? У меня сегодня крайне дерьмовый день, еще и водитель оставил машину. У него дела нарисовались, мне ехать пришлось самому, что я делаю крайне редко.

Я выхожу следом за ней. Иду к лифту, где она остановилась и нетерпеливо стучит носком обуви по полу. К моменту, когда я подхожу к ней, меня начинает раздражать абсолютно всё. Начиная с туго завязанного галстука на шее и заканчивая грязным полом под ногами. День не задался, и я надеялся, что его скрасит Кира. О том, что она добавит мне проблем, я как-то не подумал.

— Не дуйся, — я притягиваю ее к себе за талию.

Выдержка, спокойствие, уравновешенность. Я старше, опытнее, мне и улаживать конфликт.

— Я не дуюсь, — говорит вполне спокойно и жмется ко мне.

Может, показалось? На фоне стресса, который мне сегодня устроили на работе — не удивительно.

— Вот и хорошо.

Я подталкиваю ее к лифту, когда створки разъезжаются. Мы вместе заходим внутрь, я нажимаю на кнопку последнего этажа, а затем замечаю ее отражение в зеркале. Мимолетом, потому что она тут же прячет красные опухшие глаза.

— Это что такое? — разворачиваю ее к себе и обхватываю за подбородок, не позволяя отвернуться.

— Все в порядке, — твердит, улыбаясь. — Я просто… не обращай внимания.

Не обращать внимания оказывается очень сложно, потому что я четко осознаю, что ее обидел я. Не тем, что не поцеловал в ответ, а тем, что повел себя сдержанно и сухо. Напоминаю себе, что ей двадцать и кроме жаркого секса ей нужны эмоции.