Завистливое смирение - Харитон Байконурович Мамбурин

чего хоть и идет на контакт, но исключительно в интересах своих подкованных тараканов.

— Кинтаро, я так на тебя надеялся…, - горько вздохнул я, обращаясь к своему молодому другу. Тот лишь принял максимально сконфуженный вид, а у меня язык не поворачивался упрекнуть его серьезнее. История была старой как мир: добрый юноша с открытым честным лицом идёт по улице, вкушая чебурек, видит красивую девушку с голодными глазами, старательно и бесполезную поющую возле положенной на тротуар шляпы, кормит её, знакомятся, дальше хлоп — таверна, пара стаканов вина, и здравствуй горячий секс. Правда, когда в комнате появилась еще пара девушек с не менее голодными глазами, Кинтаро благоразумно сбежал, оставив в качестве приманки заранее купленную корзинку с чебуреками. Классика.

Наш провожатый куакарабилли невозмутимо молчал, всем своим видом демонстрируя, что свою работу выполняет «от» и «до», а на остальное клал хобот.

Эх…

Отборочные туры нас не интересовали. Учитывая, что Мимика пробилась в элитную группу исполнителей, она по-прежнему могла страдать фигней, пока другие исполнители бьются ни на жизнь, а на смерть, доказывая свое право сразиться с такими как она. Другой вопрос, что большая часть гостей Поллюзы вспомнила, зачем они приперлись в этот край света, от чего стремительно трезвела, причесывалась и начинала сраться с конкурентами, устраивая друг другу пакости. Атмосфера алкогольной вечеринки менялась на лихорадочную возню прямо у нас на глазах.

— Так, — встал я из-за стола, опершись на него ладонями, — Новая директива! Матильда — ты будешь в штабе, значит тут!

— Я не хочу! — тут же пискнула эксбиционистка, — Я исправлюсь!

— То есть спрячешь свои прелести?

— Н. не хочу…

— Тогда доктор велит в штаб! Саяку тоже! К алкоголю её не подпускать! Теперь, слушаю ваши предложения по делу!

Сказать, что моя бригада озадачилась, не сказать ничего. Нет, с мыслительным процессом у всех было более чем хорошо, просто лежащие перед нами задачи детективного характера настолько выбивались из компетенции всех присутствующих, насколько это было вообще возможно. Из моей, кстати, тоже, именно поэтому я сейчас стоял в начальственной позе полурака, грозно хмуря брови, выпячивая губы и морща лоб. Приблизительно так же делал у нас Григорий Васильич, редкостной дурноты мужик, чьей основной задачей было портить электрикам жизнь, нарезая им задачи вне привычной ротации. Эрудиции у Васильича было приблизительно столько же, как у тапочка, компетенции и того меньше, от чего большую часть вопросов в своей жизни он пытался решать своим единственным оружием — грозным внешним видом и воплями. Был неоднократно бит за это в морду лица, но это было потом, когда мы выкупили блеф. Кстати, не унимался, но так как был дурак дураком, то попался на воровстве кабеля из наших бытовок, был снят на видео смартфоном в момент запихивания в багажник похищенной бюджетной собственности, от чего вылетел с работы со свистом. И запил. Вот такая вот история.

В общем, рожу я сделал по всем заветам.

— Пусть Мач еще пару раз шухер устроит, — высказалась первой великая мудрица, с большим сожалением проводя ладонями по грудной равнине, — Все испугаются и разбегутся. Магамами будет доволен.

Я уныло вздохнул. Ну, что еще от нее ждать? Саяка хочет назад, под «выбор дамы», а он сработает только за пределами Агабахабары.

— Хочешь, чтобы наша дурная слава стала максимально дурной во все времена? — язвительно поинтересовался я у бывшей ведьмы, — Нас же после такого даже в деревенский туалет не пустят!

Такамацури на это только печально вздохнула, роняя голову на стол.

— Давайте просто гулять по местам, где много народу? — пискнула Матильда, — Я буду отвлекать внимание, а вы… опрашивать. Ведь кто-то должен что-то знать? Особенно здесь! Нам просто нужно найти знающих!

На жрицу с укоризной уставились все, даже Виталик. Сразу же понятно, чего ей хочется. Вот сама же душка душкой, добрейшая душа, светлый человек, но вот откуда у неё такая тёмная жажда возбуждать всех подряд, обламывая любые поползновения? И ведь не надоедает, даже сейчас сидит так, чтобы у Кинтаро виды были максимально живописные. Того и гляди, бедного парня сорвет с места, пойдет чебуреками новых певичек прикармливать. Может даже против воли. Впихнет и потащит.

— А может, взглянем на место преступления?

Вопрос вызвал тишину. Полную. У меня даже между ушами всё стихло. Отупение образовалось, всем блондинкам на зависть. Остальные также уставились на недоуменно вращающую головой Тами, имевшую озадаченный вид. Мне захотелось выкинуть рыжую заразу в окно. Вот где она раньше с такой идеей была?!! Так, нужно срочно прекращать собрание!

— Тами, Мимика и Артхуул со мной, Матильда и Саяка в штабе, — начал отдавать я хрипло распоряжения, — Самара… погуляй по улицам, послушай разговоры. О чем-то да должны говорить уже. Кинтаро… у тебя свободное время до завтра. Только все деньги на чебуреки не спусти.

И тикать. Тикать, тикать и тикать, важно гремя доспехом, с выпрямленной спиной, напялив на голову шлем, дабы скрыть загорающиеся алым цветом уши!

* * *

Мэрия Поллюзы была не просто зданием, а самым настоящим комплексом приземистых каменных строений, спрятавшимся за высоким забором, поверх которого я с удивлением опознал нечто, похожее на колючую проволоку. Пускали внутрь далеко не всякого и далеко не по всякому делу — чиновники предпочитали пройтись ногами до специальной беседки, установленной снаружи у ворот, чем пускать какого ни попадя пройдоху в единственное серьезное место города. Нас внутрь пустили с очень большой неохотой, и то выделив Мимике, опознанной как подозрительный элемент, худого, стройного и очень бдительного куакарабилли, дышавшего ей хоботом в спину. Кошкодевочка ежилась и пыталась от наблюдателя дистанциироваться, а тот, напротив, боролся с собой, чтобы не зажать ей шею хоботом.

Меры безопасности тут действительно были из разряда щедро вспоенной паранойи, но причина подобного была мне Аркхуулом объяснена — ни один серьезный разумный, имеющий дело с Поллюзой, крупных сумм при себе не держал. «Голь на выдумки хитра», как говорится. Банальным «в морду» такую публику как певцов, сиречь гуляк, мошенников, пройдох, безобразников, воров и прощелыг, не испугаешь. Все равно лезут. От того, казначейство Поллюзы заодно играло роль банка и хранилища ценностей, доступ к которому имели лишь мэр и казначей города.

Эти два должностных лица оказались совершенно одинаковыми на вид