Король воров - Корнелия Функе

— Он нам даже куртки раздобыл и одеяла. И их вот тоже мне Сцип подарил, — сказал Бо, присаживаясь рядом с Виктором и сунув ему чуть ли не в физиономию одного из своих котят.

Погруженный в свои мысли, Виктор, не замечая, взял котенка на руки и ласково почесал за ушком, пока тот не заурчал и своим шершавым язычком не начал лизать ему пальцы.

— Так почему ты сказал, что Сципио врунишка? — спросила Оса.

— Ах, забудем пока, что я сказал. — Виктор потрепал Бо по его крашеной черной шевелюре. — Еще одно только мне объясните. Бо рассказал мне, что у вас скоро будет много денег. Речь шла о каком-то заказе. Надеюсь, вы не затеваете какую-нибудь грандиозную глупость?

— Черт возьми, Бо, ты когда-нибудь научишься держать свой болтливый язык за зубами! — Риччио попытался вырваться из объятий Проспера, но тот крепко его держал.

— Эй, Риччио, ты с моим братишкой брось так разговаривать, понятно? — сказал он.

— Тогда следи за ним сам! — огрызнулся Риччио, сбрасывая с себя руки Проспера. — Не то он этому типу все выболтает.

— Бо, ты больше ничего не рассказываешь, ясно? — проговорил Проспер, не спуская с Риччио глаз.

Но Бо только бросил на брата строптивый взгляд и быстро зашептал Виктору на ухо:

— Мы со Сципио дом один должны ограбить. Но все только из-за какого-то чудного деревянного крыла.

— Бо! — воскликнула Оса.

— Это вы-то — дом ограбить? — Виктор мгновенно снова вскочил. — Вы что, с ума сошли? В сиротский приют захотели? — Он с упреком воззрился на Проспера. — Это так-то ты за младшим братом присматриваешь? В чужие дома его учишь вламываться?

— Ерунда! — Проспер слегка побледнел. — Бо в этом участвовать не будет.

— Нет, буду! — крикнул Бо.

— Нет, не будешь! — заорал в ответ Проспер.

— Да прекратите же вы! — завопил Риччио, трясясь от гнева и тыча в Виктора пальцем. — Это только он во всем виноват! Только он! Все у нас было в порядке, все в лучшем виде было. А как только он здесь шастать да разнюхивать начал, пожалуйте, мы беспрерывно ссоримся, и теперь вот новое пристанище должны искать.

— Не должны вы ничего искать! — гаркнул на него Виктор. Кровь бросилась ему в лицо, до того он разволновался. — Господи боже мой, да вовсе я не собираюсь никого из вас выдавать! Но если вы планируете ограбление, это уже совсем другое дело, понятно? А что с малышом будет, если всех вас карабинеры повяжут? Ограбление! Это вам не фотоаппараты да сумки у прохожих таскать!

— Сципио знает, как это делается! Король воров на мелочовку не разменивается и сумки не таскает! — не унимался Риччио. От волнения он чуть не поперхнулся. — Только попробуй еще что-нибудь плохое о нем вякнуть, ты, фуфло дутое!

От возмущения у Виктора аж дыхание перехватило.

— Это я-то фуфло дутое? Ну, тогда пеняй на себя. — Виктор угрожающе направился к Риччио. Моска и Оса попытались заслонить друга, но Виктор шутя их отодвинул. — Да это вы на самое дутое фуфло купились, какое только на свете есть. Прогуляйтесь-ка лучше на Фондамента Боллани, дом номер двести тридцать три. Вот там вы все про вашего Короля воров и узнаете, что хотите узнать. А точнее говоря, чего не хотите узнать.

— Фондаменто Боллани? — Риччио в недоумении кусал губы. — Что бы это могло такое быть? Ловушка какая-нибудь?

— Ну да, ловушка… — Виктор повернулся к нему спиной и снова уселся перед разобранным радиоприемником. — Только не забудьте, прежде чем уйти, вашего арестанта запереть, — бросил он через плечо. — А то мне эту штуку еще починить надо.

ГОСПОДИН МАССИМО-МПАДШИЙ

На сей раз никто не желал оставаться дома, даже Риччио, хоть он и распинался всю дорогу о том, какой это позор — шпионить за Сципио. Так что Моска попросту запер Виктора на ключ, и они все вместе двинулись в путь. И вот они уже были на месте, на улице Фондамента Боллани, перед домом № 233, который назвал им Виктор.

Такого великолепия они не ожидали увидеть. С робостью поглядывали они на высокие окна, увенчанные стрельчатыми арками. Перед этим домом они казались себе маленькими, жалкими и нищими. Несмело, сбившись в кучку, подошли к парадному.

— Не можем мы просто так, ни с того ни с сего, взять и позвонить, — прошептала Оса.

— Кому-то одному все-таки придется, — так же тихо ответил ей Моска. — Если просто так стоять, ничего проверить не сможем.

Но ни один не тронулся с места.

— Я в последний раз вас предупреждаю: Сципио будет просто взбешен от ярости, если поймет, что мы за ним шпионим, — прошипел Риччио. Он с неприязнью и опаской поглядывал на золотую табличку возле входа. Красивыми, с завитушками, буквами на ней было выведено: Ianneii.

— Пускай Бо позвонит, — предложила Оса. — Он из нас самый безобидный. Как вы считаете?

— Нет уж, лучше я.

Проспер заслонил Бо своей спиной и, не долго думая, нажал на золотую кнопку звонка. Он услышал, как мелодичный трезвон разносится по всему огромному дому. Остальные отошли, спрятавшись по обе стороны от решетки перед входом. Когда за этой решеткой появилась служанка в белоснежном передничке, на пороге остались только Проспер и Бо, который застенчиво улыбался девушке, выглядывая из-за спины брата.

— Buona sera, signora [13] — поздоровался Проспер. — Скажите, — он смущенно поднял глаза на каменный герб, — вы, случайно, не знаете мальчика, которого зовут Сципио?

Служанка недовольно нахмурилась.

— В чем дело? Это еще что за шутки? Что вам от него надо? — И она неодобрительным взглядом смерила Проспера с головы до стоптанных пыльных башмаков. Надо сказать, что до безупречной чистоты ее передничка его брюкам было далеко. Да и на свитере кое-где следы голубиного помета виднелись.

— Тогда, значит, все верно? — Проспер вдруг почувствовал, как язык во рту отяжелел и перестает его слушаться. — Он здесь живет? Ну, Сципио?

Выражение лица девушки стало еще более неприязненным.

— Пожалуй, позову-ка я лучше доктора Массимо, — фыркнула она, собираясь уходить, но тут из-за спины Проспера вынырнул Бо.

— Но Сципио наверняка захочет нас увидеть, — радостно сообщил он. — Мы должны были сегодня с ним встретиться.

— Встретиться? — Девушка все еще смотрела на них недоверчиво, но стоило Бо ей улыбнуться, как подобие ответной улыбки тут же скользнуло по ее губам. Ни слова не говоря, она отперла замок тяжелой решетки. Проспер на секунду замешкался, но Бо уже шустрей белки юркнул за порог. Прежде чем последовать за ним, Проспер оглянулся и поймал на себе встревоженный взгляд Осы.

По темному, украшенному колоннами вестибюлю девушка провела обоих братьев во внутренний двор. Бо мгновенно устремился к парадной лестнице, ведшей на второй этаж, однако тут служанка мягко, но непреклонно его остановила.

— Подождете здесь, внизу, — распорядилась она и указала на каменную скамью у подножия лестницы. А сама, не удостоив их больше ни единым взглядом, поднялась по мраморным ступенькам и скрылась из виду за балюстрадой.

— Может, это какой-нибудь другой Сципио, — шепнул Бо Просперу. — Или он хитростью сюда втерся, чтобы после легче было дом обокрасть.

— Может быть, — пробормотал Проспер, тоскливо озираясь по сторонам. Бо тем временем уже подбежал к чаше фонтана посреди двора.

И десять минут могут показаться вечностью, когда с бухающим сердцем сидишь и ждешь — чего, и сам не понимаешь, но чего-то, что тебе вообще-то узнавать вовсе не хочется. Впрочем, Бо все это, похоже, не особенно удручало, он был рад возможности ощупать морды каменных львов у фонтана и вдоволь побрызгаться в холодной воде. А вот Проспер чувствовал себя ужасно. Обманутым, преданным. Что может делать Сципио в таком доме? Кто же он такой?

Когда наконец Сципио собственной персоной появился на верхних ступенях лестницы, Проспер уставился на него, как на привидение. Но и Сципио сверху, с чужим и бледным лицом, смотрел на него так же. Потом тяжелым шагом, будто ноги у него налились свинцом, стал спускаться. Бо кинулся ему навстречу.

— Эй, Сцип! — окликнул он, остановившись на нижних ступеньках.

Но Сципио ему не ответил. Только спустившись до конца, он на миг замер, а потом поднял на Проспера глаза. Проспер молча смотрел ему прямо в глаза, пока Сципио снова не опустил голову. Когда он снова ее поднял, собираясь что-то сказать, наверху на лестнице показался мужчина, высокий и сухопарый, с такими же темными, как у Сципио, глазами.

— Ты все еще здесь? — спросил он властным и скучливым голосом. — У тебя сегодня разве нет дополнительных занятий? — Взгляд его скользнул по Просперу и Бо, и в нем мелькнуло легкое замешательство.

— Через час только, — ответил Сципио, не оборачиваясь на отца. Голос его звучал иначе, чем обычно, словно он с трудом подбирает слова. Почему-то он показался Просперу даже меньше ростом, но, возможно, это просто оттого, что дом такой огромный, да и сапог на высоких каблуках на Сципио сейчас не было. Он был одет как те барчуки, которых Просперу случалось иногда видеть с улицы в окнах дорогих ресторанов: они сидели там, как неживые, чинно ели ножом и вилкой и больше всего на свете боялись обляпаться. Это их умение есть почти неподвижно всегда приводило Бо в восторг.