Черные крылья - Николай Иванович Леонов

только что говорила. Кроме шуток, инструктор по прыжкам с парашютом уже говорил о том, что неплохо бы пригласить батюшку. У нас постоянные отмены. Они – пилоты, я имею в виду, – просто отказываются брать людей. А ведь те купили сертификаты на полеты. Требуют вернуть потраченную сумму. Мы теряем деньги. И потенциальных клиентов – а их никогда много не бывает.

– И чем я могу вам там помочь? – озадачился Гуров в ответ на этот всплеск жалоб.

– Может быть, вы, когда приедете сегодня, посмотрите и скажете, что дело не в призраках? Найдете там какого-нибудь подозреваемого, да можно даже не подозреваемого, нам, сказать по правде, уже подойдет кто угодно, мне кажется, что если вы скажете, что у нас там бродит убийца и ищет себе следующую жертву, все выдохнут спокойно и продолжат работу.

– Странные вы люди, – в шутку сказал полковник.

На столе перед ним все еще лежали разложенные документы, он хотел просмотреть их в кафе, чтобы понять, нужны ли они, и вдруг Ирина, словно вспомнив свою роль, резко придвинулась и взяла Гурова за руки.

– Помогите. Я уже не могу смотреть, как разрушается место, где я всегда чувствовала себя как дома. Сейчас у нас творится какой-то ад.

– А кстати, да, – заметил Лев, деликатно убирая ее руки от своих и складывая документы в папку, поняв, что спокойно посмотреть их не удастся, – почему вы там работаете? Вряд ли ради денег. Если я правильно помню, ваш бывший муж оставил вам неплохое состояние.

– Слышали или «пробивали» меня? – грустно улыбнулась Ирина.

– Это моя работа. Конечно, я должен проверить всех участников дела.

Это было правдой. Лев уже знал, что Аскольд Афанасьев, ведущий сразу нескольких передач про путешествия, автор книг и хозяин нескольких турфирм, был бывшим мужем Ирины. И после развода он оставил ей хорошие отступные. И в целом женщина могла спокойно жить и не работать, тем более буфетчицей.

– Да. Вы правы, – Ирина явно успокоилась, то ли поверила в то, что полковник сейчас поедет с ней спасать аэродром, то ли ей стало немного стыдно за свой порыв, – на самом деле я соучредитель. Мы взяли в аренду часть территории спортивного аэродрома и открыли там клуб «От винта». Я всегда грезила полетами, но, как оказалось, у меня ужасная аэрофобия. Даже справка есть от врача, что я не могу летать. В воздухе мне становится плохо, накатывает паника, вплоть до обморока. Падает сильно давление, и потом я очень долго прихожу в себя. Но к небу хотелось. К самолетам. При этом я очень люблю маленькие, легкие «птички», которые могут, словно небесные трамваи, доставить что угодно и куда угодно. Они очаровательны. Когда мы с мужем развелись, он оставил мне неплохие отступные, хотя да, вы это уже знаете. И я решила, что лучше эти деньги будут работать, чем просто лежать в банке. Нашла пилотов. Они тоже вложились, и вот в результате у нас появился свой клуб. Еву привел кто-то из ребят, кажется, тогда они уже встречались с Сережей, точно не скажу. У нас маленький коллектив. Остальные ребята тоже все проверенные и хорошо знакомые друг с другом.

– Дайте угадаю. Те самые пилоты, которые вложились вместе с вами, это Антонов и Арутюнов? – Гуров насторожился. А ведь это веский повод. Ни у того, ни у другого нет ни супругов, ни родственников, которым могла бы перейти доля в деле после их смерти. А значит, аэродром получит Ирина Афанасьева, третья совладелица.

Ирина сильно побледнела, но быстро взяла себя в руки и вскинула голову вверх:

– Да. Вы правы. Мы организовали клуб втроем. Ребята были не просто моей поддержкой и опорой. И если честно, я пока не знаю, как буду справляться без них. Ева очень помогает мне. И оставшиеся два пилота. После развода клуб стал моей жизнью, и теперь ее у меня отняли. А если вы думаете, что это я их… Во-первых, мне это ни к чему – в одиночку с таким делом не справиться. Аэродром приносит не сказать чтобы большие деньги – не из-за чего идти на преступление, оно того не стоит. Без нормальных сотрудников, надежных пилотов все быстро развалится, чего я сейчас и опасаюсь. Ну и наконец, – добавила Афанасьева с тяжким вздохом, – у меня алиби что на первый, что на второй случай. Когда убили Сережу, я была в буфете – рабочий день в самом разгаре, народу толпа. Когда Славку – по банкам моталась с бумагами, если нужно, найду и предоставлю платежки. Там на чеках дата, время, моя подпись.

– Я вас пока ни в чем не подозреваю, – несколько покривил душой Гуров. – И все же. Почему буфет? – Полковник отлично знал, как избавиться от излишней драматичности собеседника. Нужно просто не замечать эмоциональных ноток. Говорить спокойным и ровным тоном, задавать вопросы, даже не делая паузы. Даже если свидетельница начинала плакать, Лев протягивал салфетку и продолжал допрос в том же духе. Почти всегда срабатывало.

– Ну не только буфет. Мы все там делаем множество дел. Убираем территорию, делаем фотографии для газет и объявлений, устраиваем тематические праздники. Не поверите, я даже научилась рисовать аквагрим, чтобы развлекать детей. «От винта» – это наше детище, поэтому плохой работы там не бывает. Делаем все, что можем, чтобы удержать его на плаву. Я даже полола взлетно-посадочную полосу. Не знаю, правда, зачем. А, вспомнила. Делали фото для рекламы.

Ирина чуть подалась вперед и очень призывно посмотрела Гурову в глаза:

– Теперь вы понимаете, что я приложу все усилия, чтобы помочь вам найти их убийцу?

– Я очень благодарен вам и Еве за такую позицию, но это моя работа, – спокойно сказал сыщик. Он в самом деле планировал сегодня доехать до аэродрома, теперь, видимо, придется сделать это прямо сейчас. Афанасьева иначе просто не отстанет.

– Хорошо, Ирин, давайте так. Вы на машине?

– Да.

– Значит, допьем кофе и поедем паровозиком, – отозвался Лев.

Ирина кивнула, как показалось Льву, немного разочарованно, но полковник очень удачно сделал вид, что не заметил всех ее призывных взглядов. Ее перепады настроения и попытки привлечь внимание сыщика Гурова немного утомляли.

Но нужно будет подумать о том, как сделать так, чтобы Ирина немного поумерила свой пыл. Нет, конечно, это было лестно. Но полковник привык не очень доверять таким… дамам.

Стоять в Москве в жару в пробке, даже если в машине есть кондиционер, далеко не самое приятное занятие. Новорязанское шоссе и МКАД стояли почти всегда. Для Гурова это было время подумать. Можно разложить все по полочкам и еще раз попытаться дозвониться