Свет иных дней - Стивен Бакстер

Кейт села напротив Мейвенса. Она была заинтригована, озадачена, взволнована.

Мейвенс положил на стол софт-скрин. На дисплее появилось изображение большого военного вертолета с белым верхом. Мейвенс спросил:

– Узнаете?

Хайрем наклонился ближе.

– По-моему, это модель Сикорского.

– А точнее – VH-3D[31].

– Это «Морская пехота-один», – сказала Кейт. – Вертолет президента.

Мейвенс взглянул на нее.

– Правильно. Уверен, вам обоим известно о том, что президент и ее супруг последние пару дней провели на Кубе, на конференции ЮНЕСКО по гидрологии. Там они пользовались этим вертолетом. Вчера во время короткого перелета состоялась краткая беседа сугубо личного характера между президентом Хуарес и премьер-министром Англии Хакстеблем. – Он прикоснулся пальцем к экрану, и там возник схематический план салона вертолета. – «Сикорский» – машина не маленькая, хоть и древняя, но она битком напичкана средствами связи. В салоне только десять сидений. Пять из них отведены для агентов секретной службы, врача и помощников президента по военным и личным вопросам.

Хайрем словно бы заинтересовался.

– Кажется, один из этих советников, как говорится, держит мяч?

Мейвенс слегка побледнел.

– Не будем об этом, мистер Паттерсон. В данном случае в салоне вертолета помимо президента Хуарес находились мистер Хуарес, премьер-министр Хакстебль и английский агент службы безопасности. Все эти люди – а также пилоты – обладают самым высоким уровнем доступа к секретной информации, и агенты и весь прочий персонал каждый день проходят проверку. Мистер Хакстебль, конечно, невзирая на свой старорежимный титул, официально приравнен к губернатору штата. В вертолете «Морская пехота-один» несколько раз в день производится уборка. Несмотря на ваши виртуальные мелодрамы о шпионах и двойных агентах, мистер Паттерсон, современные меры защиты секретности имеют очень высокий уровень «защиты от дурака». Кроме того, президент и мистер Хакстебль даже внутри салона вертолета были изолированы звуконепропускающим занавесом. Нам неизвестно, каким образом можно нарушить все эти разнообразные уровни секретности. – Он повернул голову и посмотрел на Кейт светло-карими глазами. – И тем не менее сомнений нет – они нарушены. Ваше сообщение было точным, мисс Манцони. Хуарес и Хакстебль действительно беседовали о возможности военного решения конфликта Англии с Шотландией из-за водных ресурсов. Однако у нас имеется свидетельство от мистера Хакстебля о том, что его размышления относительно вторжения в Шотландию носят исключительно приватный, личный характер. Он заявляет, что не передавал такие сведения прессе или электронным средствам массовой информации и ни с кем их не обсуждал – ни с кабинетом министров, ни даже со своей супругой. В беседе с президентом Хуарес он на самом деле впервые озвучил эту мысль, дабы заручиться поддержкой президента на тот случай, если это предложение будет сформулировано официально. И в то время, когда вы опубликовали этот сюжет, ни премьер-министр, ни президент больше ни с кем эту тему не обсуждали. – Мейвенс вперил гневный взор в Кейт. – Мисс Манцони, ситуация вам понятна. Единственным источником информации для вас мог стать только вышеупомянутый разговор между Хуарес и Хакстеблем.

Хайрем встал рядом с Кейт.

– Она не станет раскрывать свои источники информации болвану вроде вас.

Мейвенс потер пальцами щеку и откинулся на спинку стула.

– Вынужден напомнить вам, сэр, что прослушивание разговоров президента обойдется вам в длиннющий список нарушений федерального свода законов. Это дело расследуется межведомственным агентством. Кроме того, президент ужасно зла. «Наш мир» могут закрыть. А вам, мисс Манцони, сильно повезет, если вы избежите тюрьмы.

– Для начала вам придется это доказать, – рявкнул Хайрем. – Я могу подтвердить, что никого из операторов «Нашего мира» и близко не было рядом с «Морской пехотой-один», поэтому никто там не мог поставить «жучка» или еще что-нибудь такое вытворить. И это самое межведомственное агентство, которым вы командуете…

Мейвенс кашлянул.

– Я им не командую. Я в нем работаю. На самом деле сам директор Бюро…

Хайрем раскрыл рот.

– А он знает, что вы здесь? Нет? Если нет, то что вы пытаетесь тут провернуть, Мейвенс? А? Или это шантаж? Да?

Мейвенсу явно стало очень не по себе, но он не шевельнулся.

Кейт прикоснулась к руке Хайрема.

– Думаю, было бы лучше его выслушать, Хайрем.

Хайрем отшвырнул ее руку, отвернулся к окну, сцепил руки за спиной, сердито дернул плечами.

Кейт наклонилась к Мейвенсу.

– Вы сказали, что вам известно о тайне Хайрема. Что вы имели в виду?

И тут Майкл Мейвенс заговорил о «червоточинах».

Он вытащил из кейса и разложил на столе карту, нарисованную от руки на обычной бумаге.

«Ясно, – сообразила Кейт, – он додумался до такого, чем не желает делиться со своими коллегами из ФБР, и даже сомнительной секретности софт-скрина не доверяет».

Мейвенс сказал:

– Это карта вчерашнего полета «Морской пехоты-один» над окраинами Гаваны. Крестиками я отметил время. Вы видите, в каком промежутке произошел ключевой разговор между Хуарес и Хакстеблем и что он продолжался всего пару минут. В это время вертолет находился вот здесь.

Хайрем нахмурился и постучал кончиком пальца по изображению коробки с закрытой крышкой, нарисованной прямо под «Сикорским» в самом начале разговора.

– А это что еще такое?

Мейвенс усмехнулся.

– А это ваша вещичка, мистер Паттерсон. Это терминал инфопровода «Нашего мира». Устье «червоточины», соединенное с вашим главным офисом здесь, в Сиэтле. Полагаю, терминал инфопровода под «Морской пехотой-один» и есть тот самый механизм, с помощью которого вы раздобыли материал для сюжета.

Хайрем сощурился.

Кейт слушала их разговор все более рассеянно, а Мейвенс начал несколько возбужденно разглагольствовать насчет направленных микрофонов и усиливающих эффектах гравитационных полей устьев «червоточин». Согласно его предположению, Хайрем, видимо, использовал фиксированные «якоря» инфопровода для того, чтобы осуществить данную прослушку.

Мейвенс явно нащупал обрывки истины, но он не знал всего.

– Чушь собачья, – спокойно объявил Хайрем. – В вашей теории полным-полно дыр, в которые можно влететь на «боинге семьсот сорок семь».

– Например, – негромко добавила Кейт, – насчет способности «Нашего мира» размещать камеры в тех местах, где не существует терминалов инфопроводов. Так же как в случае с ураганом на Филиппинских островах. Или с прелестями генеральной секретарши Холливелл.