Оборотень из Оскола - Никин Сим

остановил кореша здоровяк, когда голова пленницы стала совершенно лысой, и опустил фотокамеру.

- Может ей усы приклеить, чтобы совсем на Буденного стала похожа? - спросил таксист, старательно, можно даже сказать - любовно, вытирая собственное произведение парикмахерского искусства влажным полотенцем.

- На Котовского, - поправил его товарищ и скомандовал: - Отклеивай ее от стула, отведем на место. А то мне надо в город мотнуться.

Когда Марину освободили от скотча и приказали подниматься наверх, слез в ее глазах уже не было. А в душе, сменяя состояние беспомощности, закипала злость. Злость, в первую очередь на саму себя, за ту самую беспомощность, за то, что ведет себя подобно безвольной кукле, поправ чувство собственного достоинства.

- Мне надо в туалет, - процедила она сквозь зубы.

- Я же предупреждал, что все туалеты только ночью, - напомнил здоровяк.

- Я целый день не выдержу.

- То она от нервов. У баб насчет этого дела желудок слабый, - неожиданно пришел ей на помощь парикмахер. - Надо только кумпол ей прикрыть, чтобы не отсвечивал. Во, пусть мою бейсболку напялит.

- Ты, клоун, сам не забудь переодеться, - обратил внимание на прикид таксиста здоровяк и, уже обращаясь к Марине, внушительным голосом добавил: - А ты не вздумай какую глупость сотворить, поняла? Быстро до очка и обратно. Иначе наше доброе к тебе расположение резко изменится на кардинально противоположное. Поняла, не?

- Поняла, - кивнула девушка, принимая из рук таксиста грязную темно-синию бейсболку и с брезгливым чувством надевая ее на голову, кожу которой холодило от непривычного ощущения отсутствия некогда пышных волос.

На этот раз заложница внимательно осмотрела окрестности. Слева был высокий шиферный забор. Справа на вкопанных в землю металлических трубах натянута ничем не обрамленная сверху сетка-рабица. Ни то, ни другое препятствие одолеть в темноте без риска получить серьезную травму невозможно. Тем более, что вдоль ведущей к туалету бетонной тропинки в полуметре над землей тянулись ржавые поливочные трубы, которые девушка не заметила ночью. Такие же трубы тянулись в полуметре перед заборами.

Зато за туалетом, в дальнем конце участка находился старый прогнившый штакетник, держапвшийся лишь благодаря обвившим его плетям ежевики, буйные, неухоженные заросли которой возвышались на соседнем огороде. Проломить ударом ноги штакетник не составило бы труда даже ребенку. А вот чтобы продраться сквозь колючий кустарник, нужно быть самым отпетым мазохистом. И все же, из трех вероятных путей побега, этот был самым перспективным.

На обратном пути Марина еще раз оглянулась, пытаясь определить, куда ловчее ударить, чтобы завалившийся штакетник придавил собой хотя бы часть колючего кустарника. Хотя в темноте разглядеть это место будет сложно, но, может, поможет сориентироваться свет от маломощного фонарика, которым прошлой ночью освещал ей дорогу таксист.

Однако планы Марины на побег разрушила литровая бутылка самогона многолетней выдержки.

Часть 2

- 31 -

Проводив Мотыля, Вовчик от безделья принялся копаться в оставшемся от родителей барахле. Он вдруг вспомнил, что когда-то его отец привез из деревни, куда ездил продавать дом умерших родителей, старинный патефон и несколько пластинок к нему. После того, как поющий дребезжащими голосами раритет был продемонстрирован всем знакомым, мать потребовала, чтобы батя отвез его на дачу, ибо в их малогабаритной двушке нет места для всякого старья.

По нынешним временам можно было продать патефон за приличные деньги, и Баламут, вспомнив о существовании такой вещи, загорелся желанием ее найти. Существовала большая вероятность, что в лихие года патефон сперли громившие дачи искатели цветмета, но они могли и не обратить внимания на невзрачный потертый чемоданчик.

Сперва, под настороженным взглядом пленницы хозяин дачи обшарил углы в ее комнате. После чего обыскал гостиную, чердак и даже заглянул под крыльцо. К полуразвалившемуся дощатому сарайчику отправился, лелея в душе последнюю надежду. Патефона не оказалось и там. Вовчик лишь перемазался в пыли, нацеплял на себя паутину и больно проткнул указательный палец ржавым гвоздем. От злости пнул скатанный в рулон полусгнивший половик, стоявший в углу. За половиком, словно утешительный приз, блекло блеснула пыльным стеклом литровая бутылка с красной этикеткой, в которой кладоискатель сразу опознал некогда завозимый в страну в качестве одного из элементов демократизации спирт "Рояль".

Отвинтив пробку и понюхав содержимое, Вовчик понял, что в бутылке не спирт, а самогон. Однако ничуть этим фактом не расстроился. Отхлебнув из горлышка и довольно крякнув, поднял глаза к небу и произнес:

- Спасибо тебе, батек, что и на том свете не забываешь свое непутевое чадо.

Скупая слеза выкатилась из глаза, и он, всхлипнув, на этот раз основательно припал к горлышку. А когда вспомнил о строгом наказе Мотыля, не употреблять ни капли спиртного до окончания дела, экологически чистый продукт уже прилично разбавил его кровь.

- Да пошел он! - крикнул нарочито громко, подбадривая самого себя. - Я тут хозяин! Хочу - пью, хочу...

Не придумав, что он еще хочет, Вовчик сделал глоток и, почувствовав голод, побрел в дом. При этом, словно внушая самому себе, не переставал бормотать под нос, что именно он является хозяином дачи, а не какой-то там невесть откуда взявшийся Мотыль.

Заварив "бизнес-ланч" и утолив голод, Баламут уснул.

Проснулся ближе к вечеру с чувством начинающегося похмелья, которое тут же заглушил из ополовиненной бутылки.

Мотыля все еще не было.

- Да и хрен с ним, - сказал сам себе Вовчик. - Лучше б и не приезжал вовсе. А то будет тут на мозги капать.

Порывшись в старых кассетах, отобрал нескольких исполнителей шансона и включил не тронутую грабителями "Весну". Советский кассетник с японской лентопротяжкой работал исправно. Правда, нудно свистели старые кассеты, но Баламуту это не мешало, и вскоре он, жуя сырую сардельку, проникновенно подпевал Успенской:

- Мамочка, мама, прости, дорогая, что дочку-воровку на свет родила...

Когда за окном совсем стемнело, вспомнил вдруг, что забыл отнести обед пленнице.

- Меньше на очко будет бегать, - оправдал он себя, включая чайник и доставая очередную упаковку "бизнес-ланча". - И вообще, какого хрена кормить ее днем, если Мотыль трындит, что она должна вести ночной образ жизни? Не, а классный я ей причесон замастрячил, гы. Как