Сам себе властелин 3 - Александр Горбов

не сомневался, что заберу свою собственность обратно. А ещё и компенсацию стребую, по ставке аренды пятизвёздочного дворца. Слабоваты против меня Старейшины в таких играх, я ещё по прошлому разу помню.

Глава 18

Уру-Бука по моей просьбе повесил над воротами транспарант: “На свободу с чистой совестью” крупными буквами, а снизу чуть помельче “При повторном плене скидка на выкуп двадцать процентов”. Проходя под вывеской, светлые морщились, кривились и прибавляли шаг.

Я лично вышел проводить пленных. Улыбался, махал им ручкой и напутствовал ласковым незлым словом:

— Приходите ещё, судари. Всегда рады видеть! Не забудьте оставить отзыв о нашей темнице. Для поставивших пять звёзд — бонус при следующем заключении.

Судя по лицам, этих рыцарей мы больше не увидим. Надеюсь, они и знакомым отсоветуют нападать на Чёрного Владыку. Или постесняются рассказывать, что шили тапочки для орков и трудились на благо тёмного дела?

Галадон, как и положено командиру, шёл последним. Вид у него был совсем не такой горделивый, как при нашем знакомстве. А вот цвет лица эльфа стал гораздо лучше, да и вид здоровее. Похоже, он сильно злоупотреблял на свободе всякими нехорошими излишествами.

— Сударь Галадон, — позвал я его, — позвольте вас задержать. Не надо так дёргаться, всего на минутку.

— Знаю я вас, — эльфийский король нервно поджал губы, — посадите обратно и скажете, что добровольно остался.

— Не стоит думать обо мне так плохо, я же не светлый. Обещал — выпущу.

Галадон сердито зыркнул исподлобья, но остановился около меня.

— Ну, я слушаю.

— Сколько мы уже знакомы? Почти год, верно?

Эльф кивнул.

— Предлагаю на этом закончить вражду. Вы не лезете ко мне, я обещаю не вторгаться к вам.

— После всего, что вы со мной…

— Да, именно после этого. Руки-ноги я не рубил, кожу не сдирал, на дыбу не вешал. По сравнению с моими предками, я практически ангел и святой.

— А кто заставил работать? Меня, короля! Вот этими руками!

Он показал ладони, вполне себе трудовые и мозолистые.

— Что поделать, у нас хозрасчёт. Кто работает — тот ест, и наоборот. Я же не такой богатый, как светлые короли, приходится на всём экономить.

— Не юродствуйте, — Галадон фыркнул, — за одну тысячную долю выкупа вы могли меня кормить сто лет.

— И всё-таки я повторю своё предложение: прекратить вражду и дать слово о взаимном ненападении.

— Я не могу обещать, — Галадон вдруг осунулся, став выглядеть гораздо старше, — есть вещи сильнее меня. Поинтересуйтесь, что такое Светлое братство и всё поймёте.

— В любом случае, моё предложение остаётся в силе. Отдохните в родном замке, расслабьтесь, отлупите своих вельмож. А как придёте в норму — свяжитесь со мной. Я думаю, мы найдём точки соприкосновения.

Эльф с оскорблённым видом задрал подбородок и, не прощаясь, быстрым шагом двинулся догонять колонну светлых. Ну и ладно, я должен был попробовать закинуть удочку. Пусть подумает, размякнет в комфорте и вспомнит этот разговор, когда его позовут ещё раз сходить на меня в поход.

Передачу пленных я наблюдал со стены замка. Фигурка Галадона распихала рыцарей и первой ступила на мост. Принц и вельможи чуть ли не бегом бросились к своему королю и упали на колени. А тот выхватил из рук сына богатый плащ и закутался, пряча износившуюся одежду. Властно махнул рукой, требуя подвести сорона. Через минуту Галадон уже удалялся от моста, позабыв про других пленников, и на ходу раздавая оплеухи окружению. Вот и отлично, пусть наводит у себя порядки, плодит обиженных и подрывает дух светлых.

Уру-Бука, стоявший рядом со мной, расстроенно покачал головой.

— Шалко, так хорошо шидел, так радовал.

— Это чем?

— Шайдёшь к нему, пошлушаешь, как ругаетшя, и шразу душа радуетшя.

— Не переживай, будут ещё пленные. От светлых просто так не отвязаться.

Я хлопнул орка по плечу.

— Кстати, не желаешь сегодня ночью прогуляться?

— Хочу!

— И даже не спросишь куда?

— Жачем? Мне вшё равно, ш вами вешде вешело.

— Вот за это я тебя ещё больше люблю, Бука. Собери тогда команду, бойцов тридцать. Только скелетов побольше, а орков самых толковых.

— Бить будем?

— Вроде того. Светлых не обещаю, но драку гарантирую.

Бука кивнул, радостно сверкая глазами.

— Через пару часиков после ужина подходи ко мне в башню и пойдём.

***

Бабушка всё ещё пыталась кормить меня на убой. Спасали меня Сеня, Клэр и Дитя Тьмы. Девочка попеременно со своей гувернанткой отвлекали старушку разговорами, а монстр уничтожал продукты на столе.

— Спасибо, — я чмокнул бабушку в щеку, — ты просто супер-шеф-повар. Очень-очень вкусно.

Она расцвела улыбкой и потрепала меня по щеке.

— Для тебя стараюсь. А то отощал, на иномирных-то харчах.

— Угу.

Чтобы порадовать её сильнее, я цепанул с блюда сладкую булочку и целиком зажевал. Мне несложно! Да и ночка сегодня будет длинная, а перекусы в расписании не значатся.

— Понравились? Хочешь, я тебе их с собой заверну? Перед сном погрызёшь, чтобы лучше заснуть.

— Ага, с удовольствием.

Взяв свёрток с булочками, я отправился к себе в башню. Чтобы не потерять форму, наверх я поднимался пешком. Надо ещё спортзал устроить в замке, и площадку для волейбола. Ну и команды организовать: “Орки”, “Скелеты” и сборную солянку из городских. Буду соревнования за кубок Владыки проводить, для разнообразия развлечений.

Орки на верхней площадке вытянулись в струнку. Младший, совсем ещё молодой и бледно-зелёный от волнения, распахнул передо мной дверь.

— Спасибо, — я ободряюще ему улыбнулся.

— Рады стараться, Владыка!

— Должен прийти Уру-Бука, его впустить. После — никого не впускать до самого утра. Говорить, что я просил не беспокоить.

— Так точно!

Я вошёл и дверь за мной закрылась. Фух, теперь надо сделать одну не слишком приятную вещь.

Положив свёрток с булочками на стол, я подошёл к стене.

— Казна!

На кирпичной кладке проступил прямоугольный контур.

— Да-да? Слушаю вас, Владыка.

— Открывайся.

Дверь без скрипа распахнулась. Сразу за порогом начиналось хранилище с железными сундуками.

— Ага.

Я взял стул и припёр дверь, чтобы она не могла закрыться без спроса.

— Ой, что это вы делаете? Не надо так, не нарушайте технику безопасности.

— Сейчас узнаешь.

Для пущей гарантии я подтащил тяжёлую дубовую тумбочку и поставил в дверном проёме.

— Ай! Зачем? Не надо!

— Скажи мне, тебя в детстве пороли?

— Что? Нет, у меня же нет куда.

— А за уши таскали?

— У меня ухов тоже нет.

— Вот поэтому и выросла не пойми чем. Ничего, сейчас что-нибудь придумаем. Может, за дверь тебя оттаскать?

— Эй-эй! Владыка, не надо! Невиноватая я!

— Да? А кто мумию деньги не выдавал?

— Так…

— Кто тебя надоумил