Пляска богов - Нора Робертс

— Такого подарка мне еще не преподносили. Смотри! Как двигаются мои губы, когда я разговариваю. Мне нужно большое зеркало, чтобы видеть себя в полный рост.

— Уверен, что это возможно, но потребуется время и силы. Проход…

— Конечно, конечно. — Лилит подняла зеркало над головой и наклонила его, пытаясь разглядеть себя. — Я жадная, как Дэви. Держу в руках сокровище и требую большего. Мидир, ты безмерно порадовал меня. Я прикажу доставить все, что тебе необходимо.

Чародей поклонился, и королева вампиров подошла к нему, коснулась щеки.

— Безмерно, — повторила она. — Я не забуду, как ты потрудился, чтобы доставить мне удовольствие.

Лилит и Лора вышли, и Ларкин шмыгнул за ними. Подруги говорили только о зеркале и собственной красоте, и он решил поискать арсенал, чтобы составить представление о вооружении врага.

В облике крысы он сновал по темным коридорам, протискивался под двери. В одной из комнат он наткнулся на трех вампиров, присосавшихся к мужчине. Мужчина застонал, и потрясенный Ларкин забыл об осторожности. Один из вампиров заметил зверька, и его окровавленное лицо расплылось в улыбке.

— Не откажусь от маленькой крысы на десерт.

Вампир прыгнул, но Ларкин успел снова проникнуть в щель, пересек коридор и шмыгнул между ног охранника под дверь напротив.

В арсенал.

Оружия тут хватит на тысячу человек, понял он. Даже больше чем на тысячу. Мечи и копья, луки и боевые топоры — все сложено с военной аккуратностью, свидетельствовавшей, что это настоящая армия, а не стая зверей.

И все это враг возьмет с собой в Гилл, чтобы уничтожить страну и человечество.

Нет, все-таки сначала он устроит им кое-какие неприятности.

Превратившись в человека, Ларкин снял со стены единственный факел и поджег столы, сундуки и шкафы.

«Надо им хоть какой-то ущерб нанести», — подумал он, отбросил факел и снова превратился в крысу. Потом стремглав бросился туда, где держали пленников. Мужчины, которого выбрал мальчишка, в клетке уже не было. Значит, ни его, ни женщину уже не спасешь. Но оставались другие, больше двадцати человек, и он хотя бы даст им шанс.

Охранник прислонился к стене и, казалось, дремал, не обращая внимания на мольбы и плач. Ларкин задумался. Он рассчитывал уничтожить его. Потом превратился в человека, схватил висевший на боку вампира меч и размахнулся.

На пол посыпался пепел, и крики людей в клетках едва не оглушили его.

— Бегите!

Он сдернул ключи с крюка на стене и принялся отпирать клетки. Затем сунул меч в руки мужчины, тупо смотревшего на него.

— Этим их можно ранить, — поспешно объяснил Ларкин. — Или убить, если отрубить голову. Еще их убивает огонь. На стенах туннелей есть факелы. Используйте их. Туда. — Он отдал кому-то ключи. — Открывайте остальные клетки. Потом бегите. Кто-нибудь сможет вырваться. Я постараюсь очистить для вас путь.

Понимая, что силы у него могут закончиться, он еще раз изменил облик — на этот раз превратился в волка. Не обращая внимания на суматоху, волк одним прыжком выскочил за дверь.

Он повернул налево, рассчитывая выиграть время, и набросился на первого попавшегося вампира. Волк застал врага врасплох и разорвал ему горло. Затем побежал дальше; с морды его капала кровь.

Ларкин рассчитывал, что пожар, который он устроил в арсенале, отвлечет врагов. Но пока еще никто не поднял тревоги.

Затем он наткнулся на двух вампиров, тащивших мертвые тела к горе трупов. Словно мусор, подумал Ларкин. Не останавливаясь, он превратился в человека и выхватил меч. И одним ударом разделался с обоими.

Теперь послышались крики — не человеческие, исполненные муки, а вопли тревоги и ярости. Ларкин снова обратился в волка, рассчитывая на быстроту зверя. Он сделал все, что мог.

Свернув в туннель, Ларкин увидел мальчика.

Сидя на корточках, Дэви впился в горло выпущенного из клетки мужчины. Блестящие волосы мальчика были измазаны кровью; кровь капала с пальцев и губ.

Глухое рычание, вырвавшееся из глотки Ларкина, заставило маленького вампира поднять голову.

— Собачка! — Дэви улыбнулся жуткой улыбкой. — Сначала я. С той я уже закончил, так что можешь взять ее себе, если хочешь.

Мальчик махнул рукой, указывая на женщину, которая лежала ничком в нескольких футах от него.

— С ней было не так весело, как с ним, и я быстро расправился.

Вне себя от ярости, Ларкин приготовился к прыжку.

— Дэви, вот ты где! — Мужчина, тренировавшийся в паре с Лорой, торопливо шагал по туннелю. — Мама хочет, чтобы ты шел к себе. Люди сбежали, и им удалось устроить пожар.

— Я еще не закончил.

— Потом. Ты прикончил обоих? — Он присел и одобрительно похлопал Дэви по спине. — Молодец. Но не стоит больше есть — заболеешь. Я кого-нибудь пришлю сюда, чтобы их убрали, а ты пойдешь со мной.

Мужчина поднял голову и заметил Ларкина.

— Один из волков твоей матери? Я думал, она всех отправила…

Ларкин увидел, как изменилось его лицо, как напряглось тело. Он прыгнул, целясь в горло, но промахнулся — вампир успел отпрянуть. Волк со всего размаху ударился о стену, но тут же вскочил и бросился на врага, прежде чем тот успел выхватить меч.

Жуткий вой вампира слился с рычанием и клацаньем волчьих зубов. Та часть Ларкина, которая была волком, жаждала крови, а человеком руководила жажда мести.

Он вонзил когти в грудь и плечо вампира.

И вдруг его пронзила невыносимая боль — мальчик прыгнул ему на спину и впился зубами в загривок.

Взвыв, Ларкин отпрыгнул назад и стряхнул мальчишку. Но Дэви быстро поднялся, а распростертый на земле вампир уже тянулся к мечу.

С волком покончено, и Ларкину оставалось надеяться, что у него есть еще достаточно сил для бегства.

Тело его замерцало. На этот раз боль была сильнее, а вместе с ней накатилась и волна слабости. Он превратился в мышь, маленькую и юркую, которая скользнула во тьму и кинулась прочь из пещер, на шум моря.

Рана на шее, казалось, горела огнем. Эхо разносило по пещерам крики и топот множества ног. Силы у него заканчивались, движения замедлялись, но он упорно пробирался к тонкой полоске лунного света и реву волн.

Снаружи беглецы карабкались вверх по склону утеса. Ослабевших и раненых несли на руках. Ларкин знал, что если он еще раз изменит облик, то его самого придется нести.

Больше он ничего не мог сделать. Собрав остаток сил, Ларкин подтащил свое маленькое тельце к камню и забился в щель.

Последнее, что он увидел, было мерцание звезд, бледневших на фоне приближающейся зари.

8

— Пора бы ему уже вернуться. — Из окна гостиной Блэр смотрела, как заря прогоняет долгую ночь. — Он уже на пути назад. Может, попробуете снова? — Она повернулась к Хойту и Гленне. — Давайте еще раз.