Семейное воспитание ребенка и его значение - Пётр Лесгафт

3. Только постепенно и последовательно увеличивающееся умственное и физическое развитие может привести к гармоническому нормальному развитию.

4. Ничем не стесняемая личная инициатива ребенка в размышлениях и действиях, возможность проверить у близкого и любящего лица свой сомнения и недоразумения и стремление преодолевать препятствия собственными силами, как умственными, так и физическими, должны составлять основные моменты для развития нормального типа.

5. Правдивость, искренность и постоянная деятельность бодрствующего ребенка и по возможности такие же проявления в окружающих его лицах должны быть необходимыми условиями при нормальном развитии ребенка. .

6. Для правильного развития ребенка необходимы еще гигиенические условия, отсутствие всяких понудительных мер, внешних ласк и внешних заученных приемов, не вытекающих из понимания условий развития ребенка; простое и прямое отношение к окружающим, поддерживаемое только словом.

7. Развитие отвлеченной умственной деятельности и в соответствии с ней и нравственных проявлений, основанных на понимании истины и умении ею руководствоваться при своих действиях, должно составлять главное основание умственного образования ребенка. .

8. Умение действовать соответственно своему умственному развитию и исполнять простейшим способом все необходимое под влиянием внутренней потребности, новизны и интереса к делу должно составлять главное основание физического образования ребенка.

9.Типы детей могут быть различаемы между собой только по умственному и нравственному их развитию. Поэтому всего удобнее, по-видимому, различать: тип опытно-рефлекторный, или лицемерный,— отсутствие правды; тип рассудочный, знающий, или честолюбивый, возбуждаемый определенными сильно развитыми чувствованиями, и условно-правдивый; тип разумный, понимающий, или добродушный, правдивый, но с не соответствующим умственному физическим развитием. Угнетенные типы: малосознательный и малоправдивый, или мягко-забитый; более сознательный и условно-правдивый, или злостно-забитый, угнетенный произволом и несправедливыми отношениями; сознательный и правдивый, или угнетенный, тип — физический труд превышает умственный, мало отвлечения. Нормальный тип — разумный и идеально-правдивый; умственное и физическое развитие в полной гармонии между собой.

10. Умственное развитие возможно только при достаточном разъединении по времени отдельных моментов сознательного акта.

11. Нравственные проявления находятся в полной зависимости от умственного развития, а именно от развития отвлеченного мышления. Чем более развито отвлеченное мышление, тем менее подражательных (имитационных) действий, и наоборот.

Различные видоизменения каждого из приведенных типов находятся непременно под влиянием темперамента. Впечатлительность (возбудимость) ребенка находится в прямой зависимости от питания, потому что основные свойства элемента каждой ткани и органов человеческого тела составляют: явления питания, движения и чувствительности; они находятся в такой связи и зависимости друг от друга, что изменение в одном явлении непременно должно вызвать изменение в остальных. Ими руководствуются при определении жизнедеятельности у человека: повышение или понижение одного из них непременно указывает на повышение или понижение жизнедеятельности лица. Но повышение или понижении чувствительности связано с соответственной степенью возбудимости, и этим объясняется связь, существующая между темпераментом и типом. Лицемер-флегматик и лицемер-сангвиник резко различаются между собой; их можно хорошо различить, припоминая, что быстрота и сила возбудимости всегда находятся в зависимости от темперамента. При выяснении характера еще придется остановиться над распознаванием всех этих видоизменений.

Характер

Кант в своей «Антропологии» определяет характер человека следующим образом: «Характером обозначается то качество воли, по которому человек обязуется держаться определенных практических принципов (оснований), предписываемых ему ненарушимо его собственным разумом». Будут ли эти основания справедливы, истинны или ложны, это в общем смысле не имеет отношения к определению характера. Кант говорит, что люди, действующие по твердо установленным основаниям, настолько редко встречаются, что составляют всегда нечто ценное и достойное удивления. Характером проявляется не то, что дано человеку природой, а то, что он сам из себя сделал, так как влияние его природы выражается пассивно его темпераментом. Все хорошие и полезные качества человека имеют, как полагает Кант, свою внешнюю цену, характер же составляет внутреннее достоинство человека, стоящее выше всякой цены.

Всякое повторение, или имитация, даже нравственных качеств исключает характер, ибо последний состоит, как полагает Кант, в оригинальности мышления и зависит от внутренних качеств человека. Мягкость, или так называемая доброта (природная слабость) темперамента без характера, хуже расположения к резкости (быстрое и сильное проявление темперамента) и даже злости, так как при развитии характера последнее предрасположение темперамента может быть сглажено. Косность и неподвижность в предпринятом решении составляют очень выгодное предрасположение к развитию характера со стороны темперамента, но не будут еще проявлениями характера лица, потому что для последнего необходимы принципы, выработанные разумом и имеющие нравственно-практические основания. Поэтому Кант не допускает, чтобы злобность была проявлением характера, так как человек никогда не одобряет в себе злое, и поэтому, говорит он, не может быть злобы по принципу, но только вследствие отступления от последнего, как бессознательное проявление темперамента. Здесь Кант смешивает явление темперамента с типом; первому может принадлежать только резкость (быстрота и сила) действия, а проявление злобы или злостности будет уже явление типичное, которое, без сомнения, может только задерживаться характером. Действительно, нельзя допустить злостности по принципу, выработанному разумом. При злобе всегда будут участвовать чувствования, которые возбуждаются известными условиями и степень быстроты и силы проявления которых будет зависев только от темперамента.

Основания, которыми обусловливается характер, Кант определяет только отрицательным путем; он приводит следующие положения:

1. Не говорить умышленно неправду; вообще выражаться осторожно, чтобы не приходилось потом со срамом сознаваться в своих несообразных действиях.

2. Не лицемерить: казаться наружно в хороших отношениях и действовать враждебно за спиной.

3. Не изменять данному обещанию, а также уважать бывшую дружбу и не злоупотреблять впоследствии бывшей доверенностью и искренностью другого лица.

4. Избегать близкого обхождения с лицами злонамеренными и ограничиваться разве только одним деловым к ним отношением.

5. Не стесняться поверхностными и злостными суждениями других людей, ибо противоположное действие указывало бы на слабость; точно так же следует умерять свой страх погрешности против моды, отличающейся большой легкостью и изменчивостью, и ни в каком случае не распространять ее влияния на нравственность.

Единственным доказательством сознания человеком своего характера, говорит Кант, может служить правдивость в своем самосознании и в своих отношениях к другим, принятая им в основание всех его размышлений и действий.

Гербарт в своих педагогических сочинениях говорит, что характером называется способ решимости человека, т. е. то, что человек хочет, в сравнении с тем, чего он не хочет. Гербарт обращает уже внимание и на то, что от волевых отправлений, связанных с характером, необходимо отличать желания и хотения, не имеющие ничего общего с характером. Чтобы узнать человека, говорит Гербарт, за ним наблюдают и стараются остановиться на нем как на объекте. То же самое замечается и у отдельного человека: чтобы он понимал других, он должен быть в состоянии понимать себя, т. е. должен быть в состоянии следить за собой как за объектом. Поэтому Гербарт различает объективную и субъективную части характера .человека. Человек наблюдает за .собой, направляет свои действия, выясняет их себе, удовлетворяется ими или нет, относится, следовательно, объективно к различным- проявлениям сознательной своей деятельности. При воспитании, полагает Гербарт, возможно влиять только на объективную часть характера, потому что человек с большим трудом вырабатывает свои основания после того, как у него уже установились известные наклонности и стремления.

Бенеке говорит, что в строгом смысле никакое ощущение и душевное волнение ребенка не остается без влияния на развитие его характера и что этот последний слагается из всех тех временных впечатлений, которым не привыкли придавать какое-либо значение. Педагогика, по его мнению, подвергается таким же переворотам, как химия, в которой в свое время оставляли без внимания все летучее и газообразное. Точно так же впоследствии научатся признавать и при воспитании незначительные, по-видимому, преходящие, а потому малозначащие влияния за истинный зачаток и основание (субстрат) для развития характера.