Семейное воспитание ребенка и его значение - Пётр Лесгафт

При воспитании необходимо предоставить ребенку выбор деятельности, не стеснять его при этом, но вместе с тем и не отказывать ему в своем участки, если он с чем- либо обращается за выяснением или указанием. Насколько ребенок должен свободно расти без всяких препятствий, налагаемых на него с момента рождения на свет, засыпать и спать без всякого прибавочного раздражения и постоянной соски во рту, настолько же он должен быть всегда занят, когда бодрствует, и ему должно быть предоставлено самому отыскивать себе занятия и рассуждать как над своим делом, так и над всеми встречающимися ему явлениями. Необходимо, конечно, чтобы вокруг себя он видел разумно-деятельную жизнь. Единственными моментами, возбуждающими его к деятельности, должны быть: удовольствие, ощущаемое им при занятиях, интерес к делу и стремление усвоить себе знание и понимание наблюдаемых им явлений.

Всякая работа, соответствующая силам и пониманию, или степени развития, ребенка, непременно доставит ему удовольствие, которое еще увеличивается, если он начинает работу по собственному побуждению и достигает желанного результата. Удовольствие, испытываемое им при этом, так велико, что оно побуждает его к дальнейшей деятельности и является нормальным моментом возбуждения, к которому не следует поэтому прибавлять никаких новых раздражителей в виде похвалы, отличия или награждения. Известно, что ребенок при ознакомлении с окружающим его миром и при отыскании себе занятий постоянно повторяет, или имитирует, взрослых, и чем больше он привязан к последним и чем лучше они к нему относятся, тем более он следует их обычаям, привычкам и деятельности. При этом из подражания ребенок легко может взяться за непосильное дело, которое непременно должно неблагоприятно отозваться на его здоровье и причинить ему страдание. Наблюдения, однако же, показывают, что чем больше ребенок привык останавливаться и рассуждать над встречающимися явлениями, тем менее он имитирует, и наоборот. Следовательно

, привычка рассуждать является опять же лучшим уравнителем его деятельности и всего вернее содействует появлению самостоятельности в его действиях. Обсуждение как активная умственная деятельность способствует, кроме того, более гармоническому развитию ребенка, так как умственная деятельность всегда будет вызывать проверку обсуждаемого и находиться в связи с физической его деятельностью. Кроме того, ребенок, привыкший рассуждать над своими действиями и очень чутко относящийся ко всякому получаемому им впечатлению, всегда примет во внимание всякое обращенное к нему слово и объяснение, так что взрослому стоит только объяснить ему несоответствие между его силами и предпринимаемой им работой — и он изменит свое намерение и выберет себе более подходящее своим силам занятие. Необходимо только не ограничиваться запрещением, а объяснять все, требуемое от ребенка (...)

Ребенок, привыкший рассуждать и выяснять себе встречающиеся явления, всегда отличается тем, что действия его соответствуют его размышлениям; у него слово и дело не расходятся, и он мотивирует свои действия правдой. Как раз противоположные явления замечаются у ребенка, не привыкшего к рассуждениям: возбудителями его деятельности будут либо растительные его потребности, как это видно в лицемерном типе, либо внешние влияния, как это бывает у ребенка заласканного. Ребенок лицемерного типа всегда отличается относительно очень быстрыми, как бы непосредственными (отраженными) действиями; они всегда направлены главным образом к достижению ближайшей личной выгоды. Своей цели он достигает хитростью и на основании опыта повторяет такие действия, которые быстрее и легче приводят к удовлетворению его личных, преимущественно - растительных потребностей. Это — опытно-рефлекторная деятельность, мало разъединенная по времени и мало сознательная. Она связана с низшей степенью развития сознательных проявлений, наблюдаемых часто в виде хитрости, и поэтому замечается у животных, даже у низших, и в начальные периоды жизни человека. Если ребенок не будет приучаться размышлять и рассуждать над явлениями, у него не будет ясно сознанных представлений и понятий, и он только на основании опыта будет повторять лично для него выгодные действия: он берет то, что производит на него более сильное впечатление, делает то, что перед тем его удовлетворяло, говорит то, что скорее и легко вспоминается, что выгоднее относительно ближайших последствий. Неудачи смущают его недолго; он скоро успокаивается и в ближайшем будущем избегает действий, приводящих к такой неудаче. Нигде нет сложного психического акта, пет и понятия о правде, и направляющего ее влияния. Понятие о правде слагается из сравнения впечатлений, получаемых различными органами высших чувств; только то, что ясно сознано и строго соответствует характеру образов полученных впечатлений, может ложиться в основание наших понятий об истине. Если затем след этого сознания легко возникает при разных случаях путем ассоциации сходных представлений, то он может явиться руководящим или соразмеряющим моментом для действия. Понятие о правде у ребенка составляет поэтому главное основание его нравственного развития; степени развития этого понятия соответствуют и нравственные проявления, замечаемые у ребенка.

Не приучившись к умственной работе, не будучи в состоянии достаточно разъединять получаемые впечатления по времени, он не в состоянии и выработать понятия о правде. Известно, что между глухонемыми встречается всегда большой процент слабоумных и что они вообще очень трудно поддаются умственному развитию. Это объясняется главным образом отсутствием у них слуховых впечатлений, под влиянием которых по преимуществу создаются умственные образы и воображаемые представления, переходящие затем уже при проверке в ясные представления и отвлеченные мысли.

Нравственные правила, усвоенные памятью, а не основанные на понятиях о правде, очень нестойки и обыкновенно не ложатся в основание наших действий, как вообще всякие знания, не усвоенные путем анализа и соответственных проверок в виде отвлеченных мыслей или понятий. Обыкновенно очень трудно устанавливается критерий для определения разумности действий. Самым верным будет, по-видимому, уменьшение имитационных явлений и преобладание отвлеченного мышления и действия, соответствующих выработанным идеям и понятиям.

Деревенский житель хорошо знает и понимает, что значит «жить по правде». Обыкновенно 8—9-летний деревенский мальчик уже имеет ясное понятие о «правде»; понятие это он вынес из соответствия слова с делом, 'из сравнения между полученным им впечатлением и выказанной деятельностью. То, что ему известно) он не выучил и не усвоил только памятью, это — плод его наблюдений и рассуждений. В хорошем доме, где «живут по правде» при хороших, добрых и простых отношениях родителей к детям, ребенок является непосредственным участником в деятельности взрослых. К десятилетнему возрасту он уже познакомился со всякой производимой здесь работой) хорошо понимает весь расчет несложного хозяйства и зорко следит за всякими происходящими здесь явлениями. В деревне, как уже сказано, редко наблюдается мягко-забитый тип, но там редко встречается и добродушный тип; он тут обыкновенно является в виде угнетенного типа, у которого односторонний физический труд препятствует умственному развитию, преобладающему в добродушном типе. В деревне встречается злостно-забитый тип, а также лицемеры и честолюбцы; угнетенный тип является только, при лучших условиях крестьянской жизни, при любви и согласии членов семьи и добром, мягком и правдивом отношении к детям. Такие дети всегда отличаются своей скромностью и очень хорошим отношением к требованиям и нуждам окружающих. Они привыкли рассуждать над получаемыми впечатлениями и действиями. Однообразие получаемых ими впечатлений не содействует, однако же, постепенности их развития, а усиленное физическое развитие нарушает гармонию отправлений. Но и у этих детей ясно видна связь между умственным и нравственным их развитием; по мере усиления умственного их развития у них складываются и понятия о правде; они с большой мягкостью и вниманием относятся к окружающим и отдают себе отчет в своих отношениях к ним. При изучении добродушного типа можно заметить связь, существующую между умственным и нравственным развитием, и убедиться, что при нормальных условиях связь эта неразрывна «...»

Из всего сказанного о типе можно вывести такие заключения:

1. Тип ребенка находится в зависимости от степени умственного и нравственного его развития.

2. Развитие нормального типа ребенка возможно только при условиях, содействующих развитию умственных и физических его способностей.

3. Только постепенно и последовательно увеличивающееся умственное и физическое развитие может привести к гармоническому нормальному развитию.