Футбол! Вправо, влево и в ворота! - Эдуард Малофеев

Что же касается оценок, которые давали нашей игре, я позволю себе пространную цитату из статьи, которая так и называется «Союз с игрой», футбольного обозревателя ТАСС Льва Филатова: «В эти дни в разговорах о положении дел в футбольном чемпионате страны только и мелькает: минское «Динамо»! И именно так, с восклицательным знаком. Даже приходилось слышать: «Коли бы не минчане, то и обсуждать было бы нечего»… Важнее всего впечатление, остающееся от облика их игры. Динамовцы постоянно активны как на своем поле, так и на чужом, турнирные очки они не собирают и накапливают, а завоевывают. Всегда чувствуется их хорошее настроение, которое на поле проявляется в знании дели, в естественности и легкости командных и групповых маневров… Никаких заимствований известных игроков со стороны, все внимание молодым и, главное, постановочной работе, имеющей целью «свою игру». Так что лидерство минского «Динамо» в нынешнем чемпионате — факт далеко не частного значения, оно показывает на каких дорогах следует искать хорошую игру».

Это фрагмент из статьи, опубликованной в газете «Советская Белоруссия» 11 августа 1988 года.

Начался второй круг, играть было сложно, обнаружились всевозможные околофутбольные казусы — по-видимому, кому-то не хотелось, чтобы минское «Динамо» впервые стало чемпионом СССР. Но ребята сражались достойно, да и были мы тогда, скажу откровенно, на голову сильнее всех остальных команд. На голову! И мы прошли не дрогнув сквозь все — и сквозь игры первенства, и через закулисные игры.

А ведь все началось с моего заявления, в котором были, с одной стороны, и блеф в определенной степени, и самоуверенность, а с другой — постоянное стремление ставить перед собой только максимальные задачи. В общем, как только я вывел «Динамо» в высшую лигу, то на вопрос руководства клуба «А что дальше?» решительно ответил: «Через три года будем чемпионами!» — и оказался провидцем.

Да, я не боялся и не боюсь ответственности. Может, поэтому и много шишек себе в жизни набил. Но ведь не запорол ни одной работы! А вот переживал за результат всегда сильно, особенно когда в наш футбол стали проникать негативные явления. Считаю, что победы, которая может принести удовлетворение, можно добиться только честным путем. К тому же, как оказалось, и самоуверенность может быть положительным качеством. Когда она подкреплена знаниями и умением работать, когда она проявляется не на пустом месте, когда тренер знает, как надо создавать команду!

Финишной прямой сезона «Динамо» достигло в отличной форме, о чем говорят результаты игр. Последний, решающий матч мы проводили в Москве со «Спартаком» — командой, в которой я начинал путь в большой футбол. «Динамо» первым пропускает мяч в свои ворота, потом забивает москвичам четыре гола, но те в ответ сокращают счет до минимума — мы побеждаем (это пятая за сезон победа, которой минчане добиваются, уступая сопернику в счете по ходу игры) со счетом 4:3. Все, чемпионы!

Команда возвращается в Минск, а я специально остаюсь на денек, опасаясь того, что может произойти в столице Белоруссии. И действительно, на вокзальной площади организуется многотысячный митинг, команда с трудом пробирается сквозь ликующую толпу. А мне, честно говоря, последние дни первенства, прошедшие в огромном эмоциональном напряжении, дорого стоили. И пауза была необходима.

А какая могла быть пауза при том ажиотаже, который сопровождал возвращение динамовцев домой? Так что я в Минск на следующий день приехал, втихаря.

Конечно, торжества по случаю нашего чемпионства устроили грандиозные. Если же говорить о материальном вознаграждении, то ничего похожего на раздачу автомобилей не было. Мы в Минске всегда играли за идею. Нет, в деньгах нас не обижали, но хочу подчеркнуть, что республика нас никогда и не баловала. Но я ни разу ни от одного футболиста, ни от одного человека из руководства клуба и слова не слышал о том, что, вот, мол, недодали, могли бы больше заплатить. Подобный взгляд на вещи — свидетельство того искреннего футбола, который мы исповедовали.

И я бесконечно благодарен за это людям, принимавшим участие в строительстве нашего минского «Динамо». Тем, кто поверил, что странные тренировки Эдуарда Малофеева, например с игрой в футбол на льду, дадут свой результат: команда станет играть быстрее всех в чемпионате, громить именитых соперников с крупным счетом. К радости болельщиков.

А одним из самых рьяных болельщиков был заместитель председателя Совета министров Белоруссии Владимир Федорович Мицкевич. Человек, который во время подготовки к Олимпиаде-80, когда один из групповых футбольных турниров проводился в Минске, работал на реконструируемом стадионе «Динамо» буквально в качестве прораба — настолько тщательно он контролировал ход выполнения строительства. Владимир Федорович был фанатично предан футболу. Когда я вернулся Минск в качестве тренера, при любой из наших встреч он сразу же задавал традиционный вопрос:

— Эдуард, есть команда?

— Есть, Владимир Федорович! — отвечал я.

— Ну а как ты в матчах собираешься держать Кипиани, Гаврилова?

— Я, Владимир Федорович, никого держать не буду. У меня совершенно другой принцип игры, — объясняю. — Я мешать чужому футболу не хочу. Я буду наращивать качества так, чтобы мы были сильнее и Кипиани, и Гаврилова.

— Да? Отлично! Ну что, какие проблемы в команде?

Скажешь — сразу же следует решение.

Мне кажется, Владимир Федорович за футбол, за то, чтобы быть полноправным его соучастником… ну не знаю, многое готов был отдать.

Разные люди в тот период времени приняли участие в становлении минского «Динамо». Но сейчас мне хочется сказать добрые слова о человеке, с которым я был близок лично. Это журналист Дмитрий Михайлович Болдырев. Мы вместе шли по жизни с 1963 года, с того момента, как я поступил в динамовский коллектив. Он писал обо мне, когда я был действующим футболистом, но тогда наше знакомство было скорее деловым. Подружились мы позже, когда я возглавил команду как тренер. Именно в беседах с ним и родилось определение, сопровождающее меня всю дальнейшую спортивную биографию. Это он, Дмитрий Болдырев, помогая мне выбраться из хаоса просящихся наружу мыслей, предложил использовать термин «искренний футбол». Об этом футболе мы частенько беседовали с ним заполночь. Он мне, человеку эмоциональному и порой склонному к не очень дипломатичным действиям, вдалбливал прописные истины правил общения, стремился, чтобы я умел взглянуть на человека под разными углами зрения. Потому что ему, фронтовику, житейской мудрости хватало, а мне нет. И впервые написать книгу о футболе мне предложил Дмитрий Михайлович, я закончил ее, готовясь вместе с ним к различным выступлениям, встречам, тренерским совещаниям. Но оказалось, не суждено нам поработать с Дмитрием Болдыревым над книгой, он умер от инфаркта. Умер, успев познакомить меня с замечательными книгами — художественными, по педагогике, психологии, спортивной журналистике. Его журналистское перо стало для меня образцом, эталоном. Не раз я потом обижался на представителей спортивной прессы, и, мне кажется, справедливо. Да, раньше спортивная журналистика была другой, но тогда в ней и люди другие были, они больше были мужиками, если вы понимаете, о чем я говорю. Меньше зависели от гарантий материальных благ и прочих подводных течений. Увы, чем дальше от войны, тем люди все больше подлят. С готовностью идут на компромиссы сами с собой…