Поэзия трубадуров. Поэзия миннезингеров. Поэзия вагантов - Гильем IX

* * * Зря — воевать против власти Любви! Если в войне и победа видна, Все же сперва нас измучит война. Лучше на бой ты Любовь не зови. Войны несут — их жестоки повадки — Мало добра, а страданья — в достатке. Мучит тоскою Любви маета, Но и тоска так светла и чиста! Счастлив, кто знал даже скорби Любви,— Скорби глубоки, но счастье без дна! Радость утех над тоской взнесена, Стоны глушит ликованье в крови. Что же скрывать? Не играю я в прятки: Мучит Любовь, но мученья нам сладки. Вот почему, хоть мечта и пуста, Нам дорога и такая мечта. Не сосчитать всех даяний Любви! Речь дурака стала смысла полна, А в подлеце снова честь рождена, Злой подобрел — хоть святым объяви, Скаредный — щедр, и мерзавцы не гадки, Скромен гордец, робкий — смел без оглядки. Жизнь не собой лишь одной занята, С жизнью другой воедпно слита. Верно, не зря послужил я Любви (Впрочем, теперь поскупее она!): Чести закон я усвоил сполна,— Ну-ка, и честь без Любви наживи! Были во мне и дурные задатки,— Но позабыл я былые ухватки. Стала близка мне и слов красота, Песню Любовь мне вложила в уста. Донна! И вам, и высокой Любви В песне хвала неспроста воздана. Что я без вас? Вами песня сильна — Значит, певец, благодарность яви! Мысли, слова в благозвучном порядке Ваши хранят на себе отпечатки (Ваша ко мне возрастет доброта — Будет хвала выше звезд поднята). Песня, плыви, восхваленьем Любви, Прямо к тому, кем германцев страна Прежде всех стран и горда и славна,— К Фридриху ты, моя песня, плыви! Щедр он, могуч, смел в атаке и схватке, Да и в любвн — благородной он складки. Пусть суетой занята мелкота, Подвиги славные не суета. Донна! Тут хитрой не нужно догадки! Ночью и днем я горю в лихорадке. В вашей красе — всех красот полнота. Здесь я навек! И разгадка проста... 

АЙМЕРИК ДЕ ПЕГИЛЬЯН И ЭЛЬЯС Д' ЮССЕЛЬ

* * * — Эльяс, ну как себя держать С той, без кого мне счастья нет? Она взяла с меня обет — Когда с ней буду возлежать, Желанья пылкие сдержать, А лишь прижаться потесней Да тихо целоваться с ней,— И вот позволила прийти! Могу ль обет не соблюсти? — Что ж, Аймерик, тут рассуждать! Вам случай упускать не след. Ведь вы, мой друг, не старый дед — Как можно с донной лечь в кровать И наслажденья не урвать! Нет, не такой я дуралей: Любовь обетов всех сильней. А клятва станет на пути — Нарушу, господи прости! — Эльяс, ведь я не плут, не тать. Даете вы дурной совет,— Повергнет он в пучину бед! Тем, кто готов ему внимать, Любви вовеки не понять. А клятве изменив своей, Ни в Донне, ни в царе царей Мне милосердья не найти. Нет, против клятвы не пойти! — Но, Аймерик, зачем опять Нести бессмыслицу и бред! Какой же в этом будет вред — Свою красавицу ласкать И невзначай добычу взять? Потом, изволь, хоть слезы лей, Плыви за тридевять морей,— Святую землю посети И отпущенье обрети. 

ПИСТОЛЕТA

* * * Мне б тыщу марок звонким серебром, Да и червонцев столько — но беда, Амбары бы с пшеницей и овсом, Коров, баранов и быков стада, В день — по сту ливров, чтобы жить широко, Да замок бы, воздвигнутый высоко, Да порт — такой, как любят моряки, В заливе, при впадении реки. Но мудрость Соломонову притом И здравый смысл мне б сохранять всегда, А давши слово, вспоминать о нем, Когда придет для дела череда; Вовек не ведать скупости порока, Чтоб рыцари не слали мне упрека, Не пели бы жонглеры-шутники, Что не видать щедрот моей руки. Вот стать бы мне красавицы дружком,— Да чтоб была мила и не горда! Мне б сотню рыцарей, они б верхом За мною вскачь неслись туда-сюда, Блестя бронею и с мечом у бока — В вооруженье я, признаться, дока! Да и купцы б везли ко мне тюки — Тюки бы скоро делались легки! Кто пропитанья ищет день за днем, Униженно, сгорая со стыда, Тех бы созвать к себе в богатый дом Пусть не гнетет их горькая нужда,— Кормить их сытно до любого срока, А платы с них не требовать жестоко. Одна помеха — грезам вопреки, Доходишки мои невелики! Зато уж вам, любовию влеком, Я, Донна, отдал сердце навсегда, А будь я всемогущим королем, Весь мир принадлежал бы вам тогда. Но я и так прославлю вас далёко, При всех дворах, до самого Востока. Вам посвящу все песни, до строки, О мой источник счастья и тоски!