Свет в тёмной башне - Марина Ефиминюк

— И ты его не надела, — усмехнулся Алекс. — Оно старомодное и принадлежало моей бабушке?

— Ты решил не размениваться на семейные бриллианты и купил мне совсем новенькие лунные кристаллы в королевском ювелирном доме.

— Так почему они не на тебе? Решила утереть нос моему отцу?

— Не подошли к платью, — без малейших мук совести соврала я.

— Разве лунные кристаллы не изменяются под цвет одежды? — сморщился Алекс.

— Меняются, — согласно хмыкнула я.

За светской беседой мы незаметно добрались до лестницы. Народ уже постепенно прибывал, и Чейсы-старшие тихо переговаривались с самыми первыми гостями. Лакеи помогали снимать вновь прибывшим верхнюю одежду, горничные услужливо подносили игристое вино. В общем, дом постепенно оживал. Ирэна была одета в золотое платье по фигуре, вспыхивающее от любого движения, как снег на солнце.

— Готова к спектаклю, моя дорогая невеста? — хмыкнул Алекс и неожиданно предложил мне локоть: — Держись, иначе свернешь шею.

— Поэтому ты никогда не помогал мне спускаться? — искренне заинтересовалась я. — Надеялся, что я не дотяну до последней ступеньки и не придется жениться?

— По-моему, ты обо мне предвзято судишь, — парировал Алекс.

— По поступкам.

Аккуратно подхватив длинную юбку одной рукой, второй я вцепилась в предложенный локоть.

— Думал, что откажешься, — хмыкнул мой почти бывший жених.

— Шея дороже гордости, — честно призналась я.

Будем падать только вместе! В одиночку я с этой лестницы в преисподнюю не покачусь!

— В академии говорят, что у тебя не язык, а змеиное жало, но я недоумевал, кого ты вообще способна ужалить. Теперь понимаю, о чем шептался народ, — самым любезным тоном, словно сыпал не гадостями, а комплиментами, поделился размышлениями Алекс.

— Представляешь, как мне приходилось сдерживаться? — не стала отпираться я.

— Зачем? — бросил он на меня взгляд искоса.

— Думала, если буду хорошей, то ты в меня влюбишься.

Спустившись, мы приблизились к Чейсам-старшим. Увидев, что мы держимся под локоток, как настоящая пара, готовая летом с такими же торжественными минами отправиться в храм к брачной чаше, Энтон удовлетворенно кивнул.

— Госпожа Чейс, вы потрясающе выглядите! — с восхищенной улыбкой обратилась я к Ирэне, только-только закончившей разговор с кем-то из гостей.

— Уж точно не лучше тебя, моя дорогая, — улыбнулась женщина в ответ.

Гости прибывали. Здоровались, отвешивали ничего не значащие, пустые комплименты, осматривались.

— Какое чудное украшение, — тихонечко, чтобы никто не услыхал, промурлыкала Ирэна и указала на узор, украсивший мою руку.

— Подарили на Новый год безделицу, — не ожидая подвоха, пояснила я.

— Вот как… — Она таинственно улыбнулась и пригубила из высокого бокала мутно-белый напиток, по всей видимости, какой-то коктейль. — Не знала, что теперь живые украшения Энариона считаются безделицами. Похоже, я безнадежно отстала от жизни.

Насмешливо отсалютовав мне бокалом, она немедленно вернулась к супругу, встречающему прибывающих гостей, а я ошарашенно пыталась переварить новость. Если Ирэна права, то «безделица» на моей руке стоила достаточно, чтобы никогда в жизни больше не принимать с ней горячую ванну… И немедленно вернуть дарителю, едва закончится новогоднее мучение.

— Что тебе сказала маменька? — нахмурился Алекс.

— Что стоило надеть колье и не кривить физиономию, — сухо отозвалась я.

— Изредка она дает дельные советы, — с ехидцей хмыкнул он и вдруг оцепенел.

Даже на расстоянии ощущалось, как напряглось его поджарое тело, упакованное в смокинг. Невольно я проследила за взглядом жениха, устремленным в сторону входной двери. Слуги суетливо помогали раздеться ректору Ос-Арэта с супругой. Вместе с ними в дом зашла компания студентов, видимо, приглашенных на традиционный академический ужин в канун Нового года.

Не представляю, чем Чейс-старший подкупил главу учебного заведения, разве что красочным фейерверком в полночь, но увидеть Ноэля в поместье было одновременно странно, волнительно и очень похоже на сон.

Он передал пальто прислуге и, как всегда, безошибочно глазами отыскал меня. Мы обменялись долгим проникновенным взором, а потом сдержанно друг другу кивнули, как хорошие знакомые, но не настолько близкие, чтобы обниматься при встрече.

Ноэль с бесстрастным видом повернулся к друзьям. Я перевела взгляд на новую пассию Алекса, появившуюся в особняке вместе с другими гостями. Она осматривалась в роскошном холле с робостью человека, впервые попавшего в серпентарий к аристократам. Застенчиво улыбнулась горничной, должно быть, предложившей унести верхнюю одежду в гардеробную комнату для гостей.

— Теперь я понимаю, что именно имел в виду твой отец, говоря, что обо всем позаботится, — насмешливо прокомментировала я возникновение стипендиатки на приеме. — Пойдем его порадуем? Вдруг он будет счастлив и подарит тебе на Новый год что-то стоящее. Ты не просил у светлых духов Нового года коняшку или…

— О чем ты, Шарлотта? — Александр резко перехватил меня за локоть, заставив остановиться.

— Твой отец решил продемонстрировать, кто в доме хозяин и кто в этом же доме настоящая невеста. Боюсь, твоей мышке с книжкой придется пережить встречу с реальным миром.

— У нее есть имя! — процедил он, не зная, к чему прицепиться.

— Очень рада, но не нахожу ни одной причины, почему должна его помнить.

Обмен любезностями с ректорской четой был коротким, но достаточно емким, чтобы у окружающих создалось ошибочное впечатление, будто мы ближе, чем были на самом деле. Наверняка умненькая стипендиатка с прекрасными магическими способностями, упрямо кусающая губы и подчеркнуто избегающая смотреть на нас с Алексом, считала, будто я поступила в одну из лучших частных академий королевства, не пошевелив ни одним из двух накрашенных блестками мизинчиков. Просто принесла документы и отправилась почитывать мертвые языки в толстых фолиантах.

К огромному сожалению, поступать мне пришлось в общем потоке, и я едва не провалилась! Да и учеба, мягко говоря, простой не оказалась. На единственной дочери Гатри Тэйра преподаватели отыгрывались за все поколения мужчин нашей семьи, прежде окончивших Ос-Арэт. Страшно представить, в какой ад превратилась бы моя жизнь, окажись я на факультете высшей магии.

— С господином Коэном вы, полагаю, знакомы. — Ректор указал на Ноэля, прежде стоящего за его плечом.

— Добро пожаловать в наш дом, — изображая благодушие, поприветствовал Чейс-старший. — Как вам Шай-Эр? Уже привыкли к местным нравам, господин Коэн?

— Вполне… Люди здесь приветливые, — ответил он. — К слову, пару дней назад мне рассказали о традиции застольных игр. В одну я даже сыграл. Было познавательно и весело.

У меня вспыхнули щеки и появилось непреодолимое желание начать избавлять мир от северных варваров с помощью любимой чугунной кочерги.

— Шарлотта, ты хорошо себя чувствуешь? — заботливо уточнила супруга ректора.

— Простите? — отвлеклась я от мысленной расправы над Коэном.

— У тебя покраснели щеки.

Да демоны вас всех раздерите! Если еще секунду назад всем было наплевать, как я себя чувствую, то теперь обернулись даже Рэдмин с Эйнаром, спокойно ожидающие окончания приветственной