Московские каникулы - Kancstc

о приближении Зоры. А вскоре и сама старая циганка приземлилась к ним на скамейку.

— Ох, красивые мои, как же вы по Москве скачете. И не поймать.

— Да вот, Наде с Василисой Москву показываем, а времени-то мало! — в тон ей ответил Ваня. — А вы, никак, что-то важное принесли? Если нас по всей Москве ловите.

— А позолоти ручку!

Ваня подумал, подумал, да благословил старуху:

— Долгих лет вам, бабушка, да здравия на всём пути, — произнёс он, делая положенный жест и добавляя в свои слова капельку Света.

Старая ведьма всё поняла и всё прочувствовала:

— Ох-хо-хо! За такие слова век не расплатишься!

— А я, бабушка, не жадный. Вы уже нам помогли, ещё помогать пришли, что ж добром-то на добро не ответить?

— Ох щедрый ты, яхонтовый мой! Вы уж, красавицы, проследите, чтобы он всего себя даром не роздал!

— Мы проследим, — хитро улыбнувшись ответила Света, а Ваня добавил:

— Да и не даром получается. Но вы говорите, бабушка, говорите.

— Рома, значит, с концами пропал…

— А чего ему не пропасть, если Ваня его прикопал. Да не просто прикопал, в землю запечатал. Правда Кощей говорит, что не с концами, но ему полюбому не до нас, — откликнулась Света.

— Хм… Токо не говори, что Кощей это тот, который Бессмертный, — проворчала старая цыганка.

— Именно он, Мор собственной персоной, — подтвердил Ваня.

— Да, страшная там у вас компания собралась… Ладно. Вот ещё: удалось мне узнать, что Богдан последние дни что-то очень много общается с полицией. С теми, кто по наркотикам. Ну это, знаете небось, что наши промышляют, вот барон их и прикрывает, через полицию… А чего вы на меня так смотрите? Жизнь есть жизнь…

— Ладно, не будем, — выдохнул Ваня, останавливая готовую разразиться гневной тирадой Свету. — Пусть так. Жизнь есть жизнь…

Зора тоже сдержала замечание, продолжила по существу:

— В общем договаривается, чтобы какой-то машине устроить подставу, где-то на трассе…

И в этот момент ожила рация:

— Внимание! За бабкой хвост. Парень, синяя куртка, без шапки… — и точное указание, где он сидит.

Ваня прервал старуху:

— Подождите, бабушка, вы точно одна пришли?

Блицопрос выяснил, что за ней никто приглядывать не должен, а когда Ваня указал на выявленного безопасником соглядатая, она резко посмурнела:

— Богданов хлыщ! Богдан держит его для разборок и чтоб деньги выбивать.

— Посмотрите, только аккуратно, нет ли кого ещё из той же братии? — уточнил Ваня.

Тут пришлось признать, конспиративная работа у цыган в крови. А может бабка где и училась этому, кто знает, но повела себя она грамотно: не вертелась, не дёргалась, осторожно просканировала глазами пространство, в конце выдала вердикт:

— Вроде нет никого.

— Разберусь, — бросила Света и слиняла.

Через пару минут она села рядом с соглядатаем и стала что-то ему говорить. Не быстро, но и не медленно, цыган ей отвечал, всё более и более охотно, а на лице его всё сильнее проступало выражение искреннего восхищения и почитания. Потом они встали, парень поклонился Свете и ушёл. А сама юная волховица уже не скрываясь направилась к своим. Её била крупная дрожь.

— Эт куда ты его так лихо послала? — спросила обалдевшая бабка.

— В монастырь… грехи замаливать… Знаете, ребята, Свет это страшная штука! Страшнее Тьмы!

Ваня взял её за руку, тихо сказал:

— Ты всё сделала правильно. Он торговал наркотиками, убивал, он всей своей жизнью нёс Зло. Ты его остановила. Возможно, даже направила на другой, на лучший путь.

— Ты, главное, свой собственный свет не гаси, — добавила Надя. — Если ты не заметила, у нас всё на тебе держится.

— У нас всё вокруг Вани крутится, — грустно возразила Света.

— Может, вокруг меня и крутится, а держится на тебе, — улыбнулся Ваня. — Ладно, мы это всё ещё обсудим, а сейчас дело. Бабушка Зора…

— А что: «Бабушка Зора»? Я всё сказала. Договаривается богдан, чтобы менты какую-то машину остановили на трассе и дурь подкинули. А уж точней — извините, у меня своей службы прослушки нет. А, да. Нашептали мне ещё, что на днях Богдан с твоей мамкой встречался. Долго о чём-то шептались. Ну вот и всё, пойду я пожалуй, пока кто ещё мне на хвост не сел…

— И на том спасибо, — сказал Ваня. — Как вас найти, если что?

— Не надо меня искать, расходятся наши дорожки. И вам, яхонтовые, спасибо, интересно с вами было, да и беду от бабки отвели.

— И всё же, как говорят, пусть дверь остаётся открытой. Вот, возьмите, — и Ваня протянул ей бумажку со своим телефоном.

— Ну ладно, уговорил, — ответила Зора вставая и бодро направилась к выходу из парка.

Карты никогда её не обманывали. Сегодня утром она нагадала, что домой уже не вернётся, поэтому выходя на эту встречу взяла с собой всё необходимое, благо, ромалы не привыкли обременять себя лишним вещами. Ведь никто не знает, когда придётся сниматься с места и уходить в неизвестность. Впрочем, «неизвестность» это сейчас не про неё: есть много людей, которые её примут и укроют. И передадут её слово куда надо, не сообщая ничего Богдану. Впрочем, самому Богдану быть осталось недолго, об этом ей тоже карты сказали.

* * *

Больше ничего интересного до конца каникул не происходило, разве что у Светы дома прошло бурное обсуждение на тему: «Что делать?». В конце концов из всех вариантов был выбран самый жёсткий: Если схватки не избежать (а то, что старший Продан не успокоится ясно было всем), значит провести её надо на своих условиях. Тем более, что дети сумели убедить старшего Панакеева, что постоять за себя смогут и в случае чего до подхода второго эшелона операции продержатся.

Вечером 7 числа у Вани случился очень тяжёлый разговор с матерью. Та требовала, чтобы он остался дома, все аргументы, от того, что Ване в этой школе нравится до того, что он в любом случае, даже если она запретит, туда вернётся, только на два года позже, игнорировались. В конце концов Ваня вынужден был перейти к силовому решению вопроса:

— Мама! Я. Туда. Поеду. Если будешь очень напирать, мы с Василисой просто уйдём сейчас и на такси едем к Свете и поедем в школу уже оттуда.

—