Московские каникулы - Kancstc

Ну и последним представился тот самый мужик с бородой — Михаил, в клубе — Садко, начальник бригады сантехников в одной из местных управляющих компаний, в клубе занимался тем же самым — руководил мастерскими, клепающими сувениры, снарягу для реконструкции и прочее и прочее. А заодно нашёл себя в роли главного купца, потому и прозвище своё получил.

Дальше пошли разговоры, посмеялись над ваниным посохом, все кроме Голубы, которая провела вдоль древка швабры рукой и выдохнула:

— Вот это да! Вот это сила!

Ваня преподнёс свой подарок — ксерокопию одной из древних книг, хранящихся в библиотеке Спецкафедры. Собственно саму книга — два десятка деревянных дощечек с вырезанным на них текстом — студентам на руки не выдают, по причине ветхости, так что Ваня предпочитал изучать её по сканам на собственном планшете, но для предполагаемых союзников её распечатали на цветном принтере.

Боян и Ярослав издали сдавленный писк и бросились просматривать преданные им листы.

— Вы… уверены?… — сдавленным голосом спросил старый профессор.

— С подлинника XII века, — спокойно ответил Ваня, — но сама книга переписана с источника VIII века. Только меня просили передать просьбу: не публиковать эти материалы, даже там, где обсуждают альтернативную историю, и вообще желательно, чтобы это не вышло за границы Церкви Прави.

В том, что утечки будут не сомневался никто. И даже предполагали, что именно из этой книги утечёт. А дальше начинались интересные варианты, суть которых в силу молодости и почти полного отсутствия профильного образования Ваня понимал пока очень приблизительно. Ярослав и Боян по жизни были далеки от таких игр, но прониклись. Князь прищурившись спросил:

— Кто же вы такие? И от чьего имени выступаете?

Но тут подал голос глава местных мастеровых:

— А давайте лучше к столу, там всё и обсудим! В ногах-то правды нет.

— И то верно, — согласился князь. — Пошли в терем!

И тут со стороны капища раздалось:

— Идите, куда хотите, шваль! Но Светка пойдёт со мной!

Все обернулись. На середине центральной площади городища, аккурат между избой-теремом и капищем стоял Рома. Более дурацкой позиции он выбрать не мог при всём желании: стоя на линии, соединяющей намоленное место силы и двух волхвов, этой силе сопричастных, он рисковал получить сразу с двух сторон. Уж сколько повторял им на свои уроках Соловей: «Как бы ты ни был уверен в себе, держи все известные источники угрозы под контролем!». И Ромка на этих уроках тоже был, но вот поди ж ты, взыграло самомнение. А Ваня, видя это, вдруг успокоился. Он выступил вперёд и спокойно сказал:

— Рома! Ты связался не с теми людьми. Возвращайся в школу, помоги найти Машу и, думаю, даже Кощей тебя простит.

В ответ на это Рома рассмеялся, на взгляд Вани как-то уж слишком театрально. А отсмеявшись крикнул:

— Мне не нужно прощения от всякой швали! Светка! Что стоишь? Мне тебя за шиворот тащить?

Тут Ваня понял, что говорить с Ромой бесполезно. Он ударил древком своей швабры по земле со словами:

— Мать Сыра-Земля! Порази врага!

От швабры в сторону отступника побежала трещина, которая разошлась под его ногами на метровую ширину. Ромка на это даже не пошевелился, просто остался висеть над провалом. Только взглянул себе под ноги и расхохотался, опять же по киношному, демонстрируя своё превосходство. Но тут Света, с яростным выкриком: «Ну подавись же ты, скотина!», кинула ему в лицо тот мешочек, которым её снабдила мавка. Мешочек разбился аккурат о нос Ромы и разлетелся мелкой серо-зелёной пудрой. Рома закашлялся и тут же словно невидимый молот чудовищной силы вогнал его в разлом, который тут же сомкнулся с глухим ударом. И за какое-то мгновение до этого, в уже закрывающийся разлом, чёрной молнией упал отвесно с неба крупный ворон. А ещё через секунду ворон выскочил из Земли и обернулся Кощеем.

— Добрый день, — сказал он вежливо, — с наступившим Новым Годом всех.

— И тебя, Кощей, — улыбнулся Ваня и, уже обращаясь к остальной компании: — Позвольте представить: Кощей Бессмертный, он же Мор, он же Мороз.

— Он же Дед Мороз, — со сдержанной улыбкой добавил Кощей. Это величание ему самому очень нравилось, подчёркивало, что бог смерти является одновременно и богом обновления, перерождения.

— А где же тогда Снегурочка? — подколол Садко, простая душа.

Кощей на это потемнел лицом:

— Снегурочку этого года похитили при прямом участии того мерзавца, который заявился сюда.

— Ну теперь-то ему точно конец! — с хищной ухмылкой сказала Света.

— Боюсь, что нет, — ответил Кощей. — Это была проекция. Бросив критический взгляд на своих студентов он счёл нужным пояснить: — Вы этого ещё не знаете. Он тоже, но ему дали артефакт, с которым он и играется…

— Как идиот с гранатой! — снова не сдержалась Света.

— В общем да. Я придержал канал и часть удара по проекции передалась ему. Как и часть яда, который ты в него бросила. Кстати, что это было?

— Плесень… Ночью Василиса вырастила, на всякий случай.

— Да уж… — покачал головой Мор. — От женской мести даже мне бывает страшно. Но вы уж извините, мне пора. Канал я отследил, группа уже выдвигается, а мне ещё надо успокоить Надю с её провожатым.

Сказав это, Кощей взлетел в воздух чёрным вороном, а Света вытащила телефон — Хотелось самой успокоить Надю и позвать её с дядей Стёпой сюда. Сидеть на стрёме смысла уже не было.

* * *

В одном из подмосковных дачных посёлков стоял в сторонке неприметный автомобиль — ухоженные «Жигули» старой модели. Неожиданно автомобиль сорвался с места и проскочив несколько участков резко остановился у самой калитки, водитель выскочил и забежал в небогатый, но ухоженный домик. И, удивительно, но все двери, даже запертые на засов изнутри, услужливо распахивались перед ним сами.

Этот человек прекрасно знал куда идти. Он целенаправленно вбежал в подвал, в убранстве которого вполне можно было узнать и заклинательный чертог волшебного замка, и зал для медитаций и зал для занятий восточными боевыми искусствами. Посреди зала лежал большой полированный камень, теперь уже расколотый и, упав на него головой, лежал Рома. Из его носа и ушей сочилась кровь. Вошедший ловко подхватил лежащего без сознания юношу, взвалил его на плечи и также стремительно бросился прочь, уже не думая о дверях. Впрочем, входная дверь в домик за ним захлопнулась, а